Скрыть объявление
ВНИМАНИЕ!

Сайт больше не поддерживает распространение ссылок на пиратское скачивание игр The Sims. Подробности здесь.

TS3 ВРАТА

Тема в разделе "Sims-сериалы и рассказы", создана пользователем Vainona, 11 ноя 2011.

  1. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 7 июн 2012 | Сообщение #21
    [​IMG]


    Только в помещении Энжел смогла взглянуть на человека, которого держал на руках Энрике. Парень, как казалось, с некоторым опасением позволил Ноэлю, медику экспедиции, сбросить плащ, в который была укутана его ноша, на пол, освобождая пациента для осмотра.

    [​IMG]


    Парнишка, худенький, темноволосый, лет тринадцати-четырнадцати. На шее - знакомое серебристо-белое кольцо.
    Ноэль приподнял ему веко, проверяя реакцию зрачка на свет, нащупал пальцами сонную артерию и замер, прислушиваясь к пульсу.
    - Сюда! - жестом указал он в глубину комнаты.
    Энрике осторожно положил парнишку на кушетку и отошел в сторону, устало прислонившись к дверному косяку.
    В первый момент Энжи показалось, что мальчик мертв. Запавшие щеки с нездоровым румянцем, заострившиеся черты лица, землистого цвета губы. Лишь присмотревшись можно было заметить, как он часто и неровно дышит.

    Доктор Грасс уже колдовал над мальчишкой с анализатором.
    - Что с ним? Как давно? – спросил он, не оборачиваясь.
    Энрике слегка подался вперед.
    - Не знаю. Думаю, это воспаление легких. Кашель, жар, озноб и боль в груди, тошнота. А потом он начал задыхаться и терять сознание от головной боли. Сегодня... шестой день.
    - Ничем не лечили? - сердито обернулся Ноэль к парню.
    - Нет, только отвары трав. У меня нет лекарств, Грейс не дал, - закончил он почти шепотом, - сказал, простуда, само пройдет.
    - Давно без сознания?
    - С рассвета.
    - Часов шесть значит, – буркнул Грасс себе под нос, – М-да... Рик, присел бы ты, на ногах еле держишься! - он кивнул на диванчик у стены.
    Энрике сделал шаг и сел на самый краешек, бессильно уронив голову на руки.
    - Энжи, помоги мне, - окликнул её Ноэль.
    Снимая промокшую одежду, Энжи чувствовала жар, исходящий от тела, сердце у парнишки билось в сумасшедшем ритме, а руки и голова болтались, как у тряпичной куклы.

    [​IMG]


    Запищал сигнал экспресс-анализатора.
    - Тааак, похоже, ты прав, парень, у мальца действительно пневмония. Возможно, на фоне пневмонии еще и менингит добавился. А это уже хуже.
    Энрике поднял голову, сжал руку в кулак и поднес к губам, словно пытаясь заставить себя не закричать.
    - Сам-то в порядке? Видок у тебя не очень здоровый, - Ноэль окинул парня оценивающим докторским взглядом.
    - Я в порядке… Он выживет? Вы ему поможете?
    Отчаянная надежда, звеневшая в голосе, заставила Грасса, снова склонившегося над мальчишкой, обернуться.
    - Конечно, - сказал он, глядя Энрике прямо в глаза, - не сомневайся, сделаем все возможное! Еще часов семь и он бы умер у тебя на руках, тогда бы я ему точно помочь не смог. Но ты успел, он жив, выцарапается. Через недельку будет как огурчик. А теперь уходите, не мешайте мне работать. Дальше я без вас справлюсь. Как только биокамера выйдет в нужный режим, я сам его туда перенесу. Мне нужно сделать еще пару анализов. Энжи, займешься Риком, хорошо? Идите! Грязи мне натащили! - Ноэль сердито сдвинул брови, глядя на мутную лужу у ног Энрике и следы от обуви Энжел по всему кабинету. Повелительно махнул рукой в сторону двери и отвернулся, продолжая колдовать с капельницей над кушеткой, на которой все также недвижимо лежал больной парнишка.
    Энжи подошла к Энрике и присела у диванчика, заглядывая ему в глаза. В его взгляде усталость боролась с отчаяньем, а тревога так и не уступила место надежде.
    - Все будет хорошо. Пойдем...

    [​IMG]


    Он даже не смог ничего сказать в ответ, с трудом поднявшись с дивана, словно это движение отняло у него последние силы. Энжи ухватила его под руку и потянула на выход.
    Снова дождь, освежающим ведром воды, хлынул им на головы. Энжи запрыгнула в машину, чтобы пролететь пару метров до трейлера. Оставлять «Скайвей» здесь ей не хотелось, как и топать по грязи к своему домику. Даже если до него не более пары десятков метров.
    - Спасибо, Энжи… Я не знаю, как мне благодарить… - начал Энрике, как только двери отрезали их от окружающего водяного безумия.
    - Перестань, - прервала она его, - лучше скажи, как ты попал на территорию базы?
    - Пришел.
    - Пришел? От самого ранчо «Грейсленд»? И мальчишку нёс? Это же больше ста километров отсюда! – Энжи недоверчиво посмотрела на Энрике, но тот лишь кивнул.
    Она припарковала флаер у дверей трейлера.
    - Идем! – позвала парня Энжел, открывая дверь своего домика.
    Тот продолжал стоять у машины, не обращая внимания на потоки воды.
    - Я должен вернуться на ранчо…

    [​IMG]


    - Ты с ума сошел? - Энжи пришлось снова нырнуть в дождь. Она поймала его за руку и втащила в трейлер.
    - Нет, - слабо сопротивлялся Энрике, - я не могу… я должен вернуться, пока не поздно.
    - Как долго ты сюда добирался? Сутки? Двое? И готов еще столько же идти обратно? Ты только завтра к вечеру доберешься в лучшем случае.
    - У меня нет выбора. Может Грейс не знает, что я ушел. И, если дождь не кончится до вечера, то, может быть, и не узнает. Я должен вернуться. А он… он может остаться у вас? Пока не поправится?
    - Конечно! - Энжи удивляла его решимость отправиться обратно, она прекрасно видела, что он смертельно устал и едва держится на ногах.
    - Хорошо…. Тогда сделаем так... – сменила она тактику. - Ты все равно раньше, чем завтра утром туда пешком не добрался бы. Останешься здесь, отдохнешь, выспишься, а на рассвете я отвезу тебя в «Грейсленд» на флаере. Идёт?
    - Отвезешь...
    На секунду он замолчал, словно такое развитие событий даже не приходило ему в голову.
    - Спасибо, - Энрике поднял на Энжи усталые глаза и едва заметно улыбнулся, - идёт.
    - Для начала тебе нужно отогреться.
    Она провела его в душевую.
    - Раздевайся, - Энжи включила воду, наполняя ванну. Порылась на полке, высыпала полбанки порошка и запустила режим джакузи, отчего вода приобрела молочный цвет и забурлила сотней пузырьков.
    Обернулась.
    Энрике никак не мог расстегнуть молнию на куртке, замерзшие пальцы не слушались. Он попытался уверить её, что справится, но Энжи, несмотря на его сопротивление, принялась сама мучить застревающий из-за грязи замок. Замок, наконец, сдался, она сняла с него куртку, промокшую насквозь рубашку. Парень покорно дал стянуть футболку, влажную и прилипшую к телу. Энрике била дрожь, кожа была не просто холодной, она казалась ледяной. Энжел обняла двумя ладонями его бицепс: мышцы напряжены и дрожат, непонятно только, от усталости или от холода.

    [​IMG]


    Усадила его на стул, а сама присела у ног, пытаясь совладать с застежками на покрытых грязью ботинках.
    - Каким чудом ты до нас добрался и не заблудился? - подняла она на него глаза.
    - Твой «базон» меня привел.
    - Кто? …А! Наш биоридер? Откуда он у тебя? Ты же всегда снимал браслет, возвращаясь на ранчо…
    - Это тот, самый первый, который Грей разбил, а «крошка-базончик» цел остался. Биоридер в куртке, в кармане. Он как компас меня вел сюда. Если бы не этот ориентир, я бы точно заблудился.
    - Понятно. А… позвонить. Я бы приехала. Грей не дал?
    - Нет. Он и лекарств-то не дал… Я не знал, что мне делать. Я сбежал, Энжи… - Энрике криво усмехнулся, - и унес его. Я надеялся, что ты… что здесь смогут ему помочь. Только мне надо вернуться. Грей будет меня искать. За помощь беглым рабам здесь сурово карают.
    Энрике вздохнул:
    - Я тебя подставляю, прости, Энжи. Он умирал…
    - Ты все правильно сделал, Энрике. За меня не беспокойся, я Грейди не по зубам. Захочет меня скушать - подавится.
    Наконец, Энжи удалось справиться с ботинками и снять их.
    И ноги как лед.
    - Боже, как ты вообще сюда дошел...
    - Энжи, все в порядке, я сам… - во взгляде сквозила растерянность перемешанная с решимостью.

    [​IMG]


    - Ну, хорошо, сам так сам! – уступая его протестам, сдалась Энжи, - снимай штаны своими силами. – А потом сразу в ванну - отогреваться, иначе и ты с воспалением свалишься. Я скоро приду, поищу тебе одежду. Мне тоже надо переодеться, куртка от дождя совсем не спасла, – она улыбнулась, выливая воду из кармана на пол, в приличных размеров грязную лужу, которая натекла с их одежды.
    Ответная улыбка солнечным лучиком пробила застывшую в глазах усталость.

    ***

    Но спокойно переодеться ей не дали, начались звонки растревоженных неожиданным происшествием ребят, потом состоялся долгий разговор с Грассом по поводу его нового пациента. То, что он описал, вызвало у Энжи бурю негодования.
    - Энжи, мальчишка весь в синяках и шрамах, у него на спине места живого нет. Его избили, избили очень сильно недели две назад. У него множественные ушибы и ожоги от электрошокера на коже! Я сначала думал, что это грязь, но нет, это ожоги! Святые Врата! Какие изверги это с мальцом сделали?
    - Он, похоже, тоже раб, как и Энрике... – Энжи с трудом произнесла это слово. Её просто корёжило от него. - На нем ошейник. И сделал это с ним Грей или кто-то из его приятелей. Но скорее всего с его подачи. Вокруг Грейди этих шакалов тьма-тьмущая, так и вьются.
    «Этим садистом может быть и Легран», - шевельнулась неприятная мысль. Парень не был ангелом, выросший на ранчо среди рабов, он впитал этот дух. Но верить, что он может хладнокровно избить ребенка или ударить его шокером, ей не хотелось.
    - Чертова планета! Энжи, как может мальчишка быть рабом? Ему же и пятнадцати нет! А рабство лет двадцать как отменили.
    - Ага... Отменили... Везде кроме здесь! - Энжи горько усмехнулась. – В этом мире рабство в законе.
    - Я не про это. Он не проходил Врата, он «чист», а это означает - его родители тоже их не проходили. Это незаконно, недопустимо.
    - Да ладно, Ноэль, незаконно! Про эту дыру я молчу, но как их с Земли вывезли? Или только его? Да еще и после отмены рабства!
    - Грейс наверняка знает, какой он. Как он вообще здесь оказался? Это абсолютный закон: пройти Врата должны все. Зная, что он «чист», мальчика должны были отвезти на Землю, к Вратам. И обратно, с Земли на Байлу, он бы уже не вернулся, так как рабство отменено, и не важно, кем бы он стал. Он не должен быть рабом. Он не «немой». Это незаконно.

    [​IMG]


    - Никто не должен быть рабом, Ноэль. Но... Поднимем крик на всю Галактику – сами влипнем по самые помидоры. Светиться нам категорически противопоказано…
    - Энж, надо что-то придумать. Нельзя пацана отдавать этим нелюдям.
    «А Энрике можно?»
    Она чувствовала своё бессилие, как в тот день, в доме Грея, когда они с Майклом оставили Энрике в подвале. Они пили кофе и виски в гостиной, а внизу двое приятелей Грейди, смеясь, топили связанного человека в баке с водой. Тогда она тоже горела желанием «взять и всё отменить». Разговор с Дэйвом вправил ей мозги. Нет, она не отказалась от идеи с «отменой рабства на Байле», но решила отложить её на неопределенный срок. Пока они не добудут ксилл. Если поднять вопрос с рабством сейчас – набегут правозащитники, комиссии, на планету ринутся дипломаты и законотворцы. О поисках ксилла придется забыть. А продолжать, при шумихе, которая поднимется вокруг планеты - будет смерти подобно. И не факт, что все закончится для планеты и её жителей благополучно. Сценарий «ксилл по-Шугарайски» вполне может повториться.
    На душе было так же мерзко, как и за окном. Энжи утешала себя, что как только они найдут ксилл и сделают отсюда ноги, она сразу же поднимет вопрос о рабстве на Байле перед Федерацией. Да, конечно, она так и сделает, Энрике она здесь не оставит, а мальчика тем более. С деньгами и влиянием, которое принесет им ксилл, это будет в разы легче… Но почему так погано? Почему она боится вернуться и посмотреть Энрике в глаза?
    - Ноэль, мальчишку я не отдам. Костьми лягу, но не отдам. Сделаю Грейди предложение, от которого он не сможет отказаться…

    ***

    Она вернулась в душевую. Её встретил все тот же усталый и обеспокоенный взгляд.
    - Ну как ты, отогрелся? – она коснулась пальчиком молочно-белой, кипящей водяными пузырями, воды. – Не слишком горячая?
    - Нет, спасибо, все хорошо.
    Она присела возле ванны, осторожно дотронулась до его руки, лежащей на бортике, ожидая, что он привычно вздрогнет от её прикосновения. Но он лишь поднял на неё непроницаемый взгляд.

    [​IMG]


    Энжи снова обхватила ладонями напряженный бицепс. Кожа теплая, но внутренняя дрожь так и не прошла. Слишком сильна усталость. Просто горячей ванной её не снять.
    - Больно? У тебя, наверное, все болит, каждая мышца, ты столько сюда добирался... Это уже похоже на мышечный спазм. Без массажа ты завтра просто двигаться не сможешь.
    Энрике лишь слабо улыбнулся.
    - Пройдет… Я просто устал.
    Энжел покачала головой:
    - А вот геройствовать не надо. Согрелся? Ванна больше не поможет. У меня только халат для тебя нашелся. Ничего другого нет, надо идти на склад. Это потом. Пока и халата достаточно. Оденешься – иди в медкабинет, попробуем другой способ справиться с твоей усталостью.
    Энжи захватила с полки коробку с массажными маслами и покинула душевую.

    ***

    - Ложись, – кивнула она на кровать, когда Энрике появился в медкабинете её трейлера.
    Снова он здесь, как в тот вечер, когда они с Майком впервые забрали его с ранчо.
    - Только массаж сможет привести тебя в норму. Иначе ты ни рукой, ни ногой к утру пошевелить не сможешь. В массажный кабинет к Грассу я тебя не потащу, да и у него сейчас дела поважнее, придется мне заняться тобой здесь.
    Энжи попыталась как можно непринужденнее улыбнуться.
    - Энжел, не беспокойся, это пройдет, я немного устал и все... Ничего не нужно… – Энрике отрицательно замотал головой.

    [​IMG]


    «Отпирается, словно я предлагаю вегетарианцу бифштекс с кровью».
    Энжи вздохнула. Пора покончить с этими непонятками.
    - Энрике. Ты в команде. Ты один из нас. Мне наплевать, кем считает тебя Грейс. Для нас это не имеет значения. Я сделаю для тебя столько же, сколько для любого из ребят. Тебе необходим массаж, если оставить как есть - боль не пройдет, а завтра будет еще хуже. Хочешь мучиться? Зачем? Считай я, что ты обойдешься без этого - не стала бы зря предлагать. Или… Ты меня стесняешься, того, что я девушка? Я не знаю, может тебе религия не позволяет принимать помощь от особ женского пола или обет какой-то, табу? Или это планета, с тотальным отсутствием женщин, так влияет? У нас в команде два медика: Ноэль Грасс и я. А специалистов по массажу трое: опять же мы с Ноэлем и Егор. Ноэль занят, сам знаешь, Егор на дежурстве, на нем сегодня охрана базы, остаюсь я. Но могу подменить Егора. Позвать сюда «медведя»?
    Энрике растерянно молчал. Наконец он поднял на неё взор, наполненный какой-то отчаянной решимостью, по губам неуверенно поползла улыбка:
    - Не надо Егора.
    Энжи прыснула и заулыбалась. Темный усталый взгляд стал чуть светлее от лучиков в уголках глаз.
    Витавшее в комнате напряжение слегка рассеялось, хотя и не исчезло полностью.
    - Тогда снимай халат и ложись. Полотенце на тумбочке…
    - Святые Врата! – пробормотала она себе под нос, отворачиваясь к двери от смущенного взгляда Энрике, пытаясь удержать рвущуюся улыбку, - можно подумать я обнаженных мужчин никогда не видела.

    [​IMG]


    В груди разливался жар. Энрике стесняется… Понятно, конечно, этот мир, с недостатком женского населения и, соответственно, женского внимания, накладывал на людей определенный отпечаток. У рейнджеров все иначе, грани между мужчинами и женщинами были практически стерты. Космос, тесная компания и ограниченное пространство практически полностью лишали людей присущего им в обыденной жизни стеснения. Стеснялись новички… Но со временем и они переставали делить команду по половому признаку, становясь просто боевыми товарищами. Лишь личные симпатии нарушали привычный ритм… Пройдя с десяток экспедиций в составе медперсонала, она научилась распознавать рейнджерский мужской контингент. По тому, насколько "скромно" они себя вели и как крепко держались за штаны в моменты оказания медпомощи или в космическом быту, Энжи всегда легко отличала проженных космических волков от понтующихся новичков. Или от тех, кому она нравилась, как девушка. Правда иногда попадался и другой сорт мужчин, ведущих себя нагло и вызывающе, демонстрирующих полное отсутствие стыда, но, во-первых, Энрике явно не из их числа, а во-вторых, и таких монстров Энжел всегда умела ставить на место. Уставший и измученный дорогой до крайней степени равнодушия к себе и боли, Энрике все равно её стеснялся. Видел в ней женщину, а не просто медика. Возможно, она ему не безразлична. Не безразлична! Может быть, за преградой, которой он отгородился от неё в последние дни перед сезоном дождей, он прятал от Энжи свою симпатию. Она ему нравится?
    Энжи закусила губу, пытаясь успокоиться и сосредоточиться. Она должна быть профессионалом, а не влюбленной кошкой.
    «Боже мой! Назвала себя «влюбленной кошкой»… Уговариваю себя быть профи. Дожили… Неужели все настолько далеко зашло? Что я чувствую к этому парню?»
    Энжи выдохнула, погасила улыбку и со взглядом доктора, держащего в руках «кружку Эсмарха», повернулась к Энрике.
    Если бы воздух мог искриться от взглядов… Эта комната бы уже полыхала. И воображаемый предмет этот пожар потушить явно не мог.
    Энжи надеялась, что он видит строгую тётю-доктора в белом халатике, а не девушку, исподтишка разглядывающую полуобнаженного парня с полотенцем на бедрах, оказавшись наедине в почти интимной обстановке.
    Он вытянулся на белой простыне, обняв подушку руками, не отрывая беспокойный взгляд от её лица. Загорелая кожа казалось бронзовой на кипельно-снежной ткани. Энжи присела на краешек кровати, подвинув коробку с подогретыми маслами, выбирая нужное.

    [​IMG]


    - Вот это подойдет лучше всего.
    Она наклонила пузырек. Несколько капель упали на ладонь. Девушка растерла масло в руках. Легкий аромат сандала и цитрусовых поплыл в воздухе.
    - Подушку можно убрать, чтобы она не мешала, - Энжи вылила в ладонь содержимое крошечной бутылочки и коснулась его плеча, скользя рукой по коже, осторожными движениями массируя и втирая в тело ароматное масло.
    - Господи, что это?
    Она наклонилась, разглядывая его спину. Вся она была исчерчена тонкими линиями шрамов. Они были почти не видны, но рукой она их чувствовала прекрасно. Кожа на месте ран не рубцевалась, оставляя вечные неустранимые следы, она восстанавливалась, и все повреждения, похоже, зарастали бесследно. По виду шрамов сложно было определить, как давно они получены. Они выглядели так, словно им уже много лет, но наверняка совсем свежие. А старые давно исчезли.
    «Это на спине столько шрамов. А что тогда сделали с его душой?»
    - Энжел, не надо было возиться со мной… Я не хотел, чтобы тебе было неприятно. Из-за шрамов, из-за того, что я «немой». А тебе приходится делать это… Я знаю… - в голосе ясно чувствовалась боль.
    - Неприятно?! - перебила его девушка. - Не говори глупостей. Думаешь, я шрамов боюсь или крови? Я же медик, Энрике! Уж крови и ран я насмотрелась во время экспедиций больше, чем достаточно, поверь мне. Меня подобные вещи не пугают... Твои шрамы… они не такие, как обычные рубцы от ран… Похоже, ты получил, проходя через Врата, особый дар. Регенерация, так? Все твои раны быстро заживают, шрамы исчезают бесследно. И эти исчезнут. Со временем. Они, наверняка, совсем свежие, но, кажется, что прошло много-много лет. Теперь понятно, почему ты сам так молодо выглядишь, хотя двадцать лет назад уже работал в шахтах. И жизнь у тебя не сахар, но ты в отличной форме. Это регенерация - твоё тело всегда в стремлении к идеалу, самовосстанавливается после ран и болезней, замедляются возрастные изменения… Так?
    Он помедлил, едва заметно кивнул и закрыл глаза.

    [​IMG]


    Энжи провела ладонью по спине парня, кожей чувствуя многочисленные шрамы, и стараясь не думать о том, сколько боли скрыто под тонкими почти незаметными линиями.
    - И расслабься, Энрике, ты напряжен. Иначе всё, что я делаю, бесполезно.
    - Я постараюсь, - только и произнес парень.
    Он попытался. Расслабиться и не реагировать на её прикосновения. Но без особого успеха.
    Энжел чувствовала, как все его тело следовало за движением её рук. Когда ладонь отрывалась от кожи – замирало дыхание, каждому новому прикосновению набатом вторил удар сердца. Её пальцы, казалось, скользили по обнаженным нервам. А от осторожных поглаживаний и растираний из-под рук в разные стороны разбегались толпы мурашек, вызывая почти осязаемую дрожь.
    «Если бы ты был котом, от твоей шерсти летели бы искры», - невольно улыбнулась девушка.
    Она постаралась выкинуть из головы все посторонние мысли, увлекаясь ритмом медленных движений, массируя и разминая затекшие мышцы. Парень постепенно расслаблялся под её ладонями, то ли усталость повлияла, или он, наконец, смог справиться с собой и своей, непонятной для Энжел, зажатостью. Это не походило на стеснение. Скорее страх. Словно он боялся её, её прикосновений… Или себя…
    Изредка перекидываясь незначительными фразами, они все ближе подбирались к теме, которая невидимым туманом висела в воздухе, эхом отдаваясь в каждом прозвучавшем слове.
    - Кто он? – Энжи озвучила вопрос уже давно витающий в комнате вместе с легким ароматом эфирных масел. Энрике шевельнулся и скосил на неё глаза.

    [​IMG]


    - Он такой же, как я, немой, раб Грейди Келлена.
    - Немой? – переспросила Энжи, вспомнив слова Ноэля о том, что парнишка «чист».
    - Конечно… - Энрике удивленно вскинул бровь. - Он без сознания, но это же… ясно… наверное...
    Неожиданно он дернулся под её рукой:
    - Ты не знала? Что он «немой»… Вы ему поможете? – настойчивые вопросы разразились тревогой в голосе.
    - Конечно, Энрике! Какая разница, кто он?
    «Он не знает что парнишка «чист». Сам понять этого не может, и ему никто не сказал. Грей знает, наверняка знает, но зачем-то скрыл это».
    Энжи тоже решила промолчать. Пока все не выяснится, лучше ничего Энрике не говорить.
    - Кто он тебе? Брат? Сын…
    Сын… маловероятно… Исходя из «теории» Врат - Энрике не может быть его отцом. Он – «немой» и проходил Врата задолго до его рождения, а парнишка Врата не проходил. Как и его родители…
    Парень не отводил глаз, словно пытаясь заглянуть ей в душу. Она понимала значение этого молчания и внимательного взгляда.
    Вот он и пришел, тот момент, призрачный рубеж, за которым недоверие между ними либо исчезнет и он раскроется. Либо парень продолжит все таить и держать в себе, и стена может остаться навсегда.
    Время истины.
    Он улыбнулся. Устало. Несмело. Облегченно. Счастливо…
    - Он всё, что у меня есть в этом мире.
    Вот так. Коротко и ясно. Она это знала, видела в каждом жесте, в каждом слове и взгляде, в том, как он держал парнишку на руках, в том, на что он готов ради него. Но эти слова должны были быть произнесены. И они прозвучали.
    - Нет. Он мне не брат и не сын, не родственник, - продолжил Энрике. - Но он мне как сын, как брат, друг… У меня больше никого нет, кроме него. И у него тоже. Ему и семи не было, когда он остался совсем один. Я обещал его отцу позаботься о нем. Не знаю, как получилось, я не хотел, но привязался к мальчику, как к родному сыну. Он - все, что меня держит в этом мире... А я – зло для него. Энжи, все его беды из-за меня. Я не знаю, что мне делать…
    Энрике сделал резкий глубокий вдох, как человек, получивший долгожданный глоток воздуха.
    Энжи прекратила массаж и присела на корточки у кровати, так, чтобы видеть глаза.
    - Это им Грей тебя шантажировал? Ноэль сказал, что у парнишки куча синяков и его избили недавно.
    Парень кивнул, в глазах полыхнула боль.

    [​IMG]


    - Да, Грейди знает, что он для меня значит. Его избили потому, что он – моя пара.
    - Пара? - Энжел нахмурила брови и растерянно уставилась на Энрике.
    Секунд пять он непонимающе смотрел ей в лицо, озадаченный такой реакцией.
    - А… «Пара»… Этот термин придумал еще отец Грейди. Это не то, что ты подумала… Он всех своих рабов разбил на «пары», выбрав самых близких: друзей или родных. Накосячит один, а попадает за это другому. Очень действенный способ держать в узде всех, – криво усмехнулся он.
    - Понятно… Извини… Для меня «пара» означает совсем другое.
    - Я забыл, что у этого слова есть иной смысл, - грустно улыбнулся Энрике. - Грей ненавидит нас всех, таких как я, но меня особенно, а достается за меня Микки. Это моя вина в том, что его избили. Я привязался к нему. А Грейди мне хочет сделать больно. Всё из-за меня…
    Взгляд его скользнул в сторону, пряча боль под тенью ресниц.
    Энжи осторожно прикоснулась к плечу.
    - Энрике, ты не виноват в таких нечеловеческих правилах, которые позволяют бить ребенка. Нормальные люди не могут так поступать. Это нелюди. И нечеловеческие законы... Сколько ему? Четырнадцать?
    - Тринадцать исполнилось.
    Карие глаза тепло блеснули.
    Энжи улыбнулась.
    - А зовут его как? Микки?
    - Микеле. Микеле Маусси. Я зову его Микки.
    - Микки… Как Микки Маус? - еще шире улыбнулась Энжи. - Мышонок.
    Он растерянно заморгал, как будто Энжи вторглась в закрытые области его души.
    - Мышонок, - повторил он еле слышно, - да, Мышонок…

    [​IMG]


    - Не беспокойся, Энрике. Я постараюсь выцарапать Микки из лап у Грейди.
    - Помоги ему, пожалуйста… Забери его. Купи его. Увезите его как можно дальше отсюда, или просто с ранчо "Грейсленд". Чем дальше от меня, тем будет лучше для него.
    Он замолчал, прикрыв глаза.
    Энжи поднялась и продолжила массаж. Они больше не говорили. Но тишина уже не давила и не стояла между ними каменной стеной. Молчание теперь связывало их общими, невысказанными, но понятными им обоим, мыслями, сближало, как общая тайна. Пружина в нем чуть ослабла. Он рассказал, отдал ей часть своей боли.
    Говорил ли Энрике об этом кому-нибудь? Или только ей?
    Закончив, она накрыла парня простыней и укутала одеялом.
    Энжел знала - боль из мышц не ушла, не ушла и усталость, просто стало легче.
    И не только физически.
    - Думаю, небольшая доза снотворного, обезболивающего и витаминов в завершение тебе не помешает.
    Она зарядила в вакуумный шприц несколько ампул. Безболезненный и бесследный укол в плечо.
    - Ну вот, теперь ты сможешь хотя бы уснуть. А утром я отвезу тебя в «Грейсленд», заодно и с господином Келленом пообщаюсь.
    - Спасибо, Энжи.
    Глаза уже затянула дымка сна.
    - Спи. Все будет хорошо, - еще раз улыбнулась она у выхода из комнаты, и осторожно прикрыла дверь.

    [​IMG]


    ***

    Энжел попыталась снова скрыться в дебрях графиков и данных, но из головы не шел рассказ Энрике и новый пациент Ноэля. Заметив, что она в пятый раз читает одну и ту же строку, не понимая смысла, Энжи закрыла программу с расчетами, нашла свою любимую музыку, нацепила наушники и забралась с ногами на диванчик. Ей передстояло найти способ переиграть Грейди на его же поле.
    Мелодия унесла её далеко от трейлера на забытой богом планете. Она слепо глядела на огромный экран на стене, на котором, в такт музыке, плясали разноцветные всполохи, сплетая в замысловатые узоры паутину красочных линий, а в голове постепенно складывался план действий.
    Сколько она так просидела…
    Из гипнотического танца цветов и оттенков её вырвал Майк. Она не слышала, как он вошел, очнувшись от того, что её бесцеремонно трясут за плечи. Взгляд сфокусировался на круглых от беспокойства глазах Майкла. Он что-то говорил, но она его не слышала, все еще находясь в плену музыки, играющей в наушниках.
    Парень снял с неё наушники. Обрушившаяся тишина зазвенела в ушах.
    - Энжи! Я не мог до тебя дозвониться! Ты меня вообще слышишь? - с сомнением в голосе произнес парень.
    Она кивнула, медленно возвращаясь в реальность.
    Майк здесь. Он обеспокоен. Очень сильно обеспокоен.
    - Что случилось? - внутри разливался холодок. Энжи еще не знала, чего опасаться, но понимала, что хорошие вести он не принес.

    [​IMG]


    - Грейди приехал. Егор сказал ему, что ты, скорее всего, в командном бункере, и он шлепает сейчас на виллу от самой парковки. Мокрый и очень злой. Оттуда он отправится к тебе в трейлер. Так мы выиграли немного времени. У нас есть минут десять, пока он будет месить грязь, топая по базе из пункта «А» в пункт «Б». Я не знаю, что ты решила с Энрике и мальчиком. Что будем делать?
    Энжи выдохнула.
    «Как же я это ненавижу!»
    Она знала, что ей предстоит. И это её совсем не радовало.
    - Пункт «Б» - план «Б». Майк, поможешь мне, только ничего пока не спрашивай...

    Огромное спасибо:
    Ginara - две потрясающие парные позы для этой серии и многие другие из её великолепной мастерской;
    IMHO - за позы, как авторские из блога, так и созданные специально для сериала, а также за спецзаказ - "Мышонка Микки" и сима из мастерской (JOSE / sim by IMHO -доктор Ноэль Грасс).
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  2. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 26 июн 2012 | Сообщение #22
    [​IMG]


    Прошло чуть больше трех часов с тех пор, как она закрыла двери медкабинета, оставляя засыпающего парня наедине с его усталостью. И надеждой.
    Совсем не таким ему, наверное, представлялось пробуждение.
    Да и она предполагала, что все сложится по-другому, но Грейди, с маниакальным упорством, раз за разом путал её планы.
    Хватит ли у Энрике сил пережить сегодняшний вечер и ближайшую пару недель?
    Она знала, что хотел Грейди, и готова была дать ему то, что он хочет, получив взамен то, что нужно ей.
    Майкл остановился у дверей, молчаливо-угрюмый, как всегда, когда ему приходилось встревать в её авантюры, не зная, что задумала Энжел.
    - Энрике… Энрике! Проснись! – она осторожно трясла парня за плечо. Лицо спокойное, даже умиротворенное, несмотря на слой усталости, тенями разлитый под глазами и тяжестью опускающий вниз уголки губ.
    Он с трудом вернулся в реальность: открыл глаза, но они ничего не видели, попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь невнятный стон. Сел на кровати, но едва ли осознавал, где он и что происходит. Энжел продолжала трясти его за плечи и повторять имя. Наконец, взгляд сфокусировался на её лице, с каждой секундой все больше наполняясь отчаяньем.

    [​IMG]


    - Микки? Что? - она едва разобрала произнесенные им слова.
    - Микки? Что… случилось? - наконец ему удалось облечь страх в разборчивые звуки. - Он… жив?
    Энжи помолчала, позволяя отчаянью запустить когти в едва проснувшуюся душу.
    «Прости меня, Энрике...»
    - Жив… Состояние крайне тяжелое, динамика отрицательная. Времени потеряно много… Я не поэтому пришла... Грейди приехал. Через десять минут он будет здесь.
    Он все понял без дальнейших слов. Спустил ноги на пол, покосившись на лежащий на стуле халат.
    - Майки, отдай Энрике свою одежду. Его наряды я выбросила, они все в грязи и мокрые. А до склада мы добежать не успеем.
    - А мне полотенечком обернуться или халатик одеть? – не удержался Майк.
    - Халатик, солнце, халатик. Будешь изображать перед Грейди радушного хозяина. Хмуриться не надо, ладно?
    Энжи отвернулась к двери, внимательно изучая неровности на металлической поверхности, прислушиваясь к шорохам за спиной. Хмыканье Майка и позвякивание армейских медальонов, шуршание ткани. Энрике словно не было в комнате. Она не слышала ни звука, сколько не прислушивалась, только Майкл грохотал непонятно чем, как слон в посудной лавке.
    - Всё, хозяйка, мы готовы, – раздался голос над ухом, заставив её вздрогнуть от неожиданности.
    - Майк! - она попыталась зарядить ему локтем в живот, но парень проворно отскочил назад от рассерженной Энжи.
    - А нечего подглядывать! Ой! Подслушивать! – усмехнулся он с безопасного расстояния.
    Энжи покачала головой, стараясь не расплыться в улыбке. Энрике сидел на стуле, в серой футболке и голубых джинсах Майкла, куртка лежала на коленях. Снотворное валило его с ног, отчаянье пыталось поглотить душу, но он все равно улыбался, сквозь усталость, боль и дрему. Каких трудов стоит ему держаться - Энжи даже не представляла.
    Он улыбался, он ей верил. Ведь она сказала - все будет хорошо… Он надеялся и верил.
    - Парни, на выход! Купец скоро явится.

    ***

    Дверь резко распахнулась. Гость шагнул в тамбур трейлера и бросил зонт в угол.
    Тряхнул головой. Изящным движением руки откинул назад мокрые волосы. Капли воды сверкающими брызгами разлетелись в разные стороны. Энжи невольно залюбовалась вошедшим. Сказать про него «мокрый, как собака» не поворачивался язык. Грязь на высоких ботфортах лишь украшала и казалась идеально точным слоем глянца на грубой обуви. Струйки дождевой воды серебристыми змейками извивались по черной коже куртки, на миг замирали на краю и самоубийцами бросались вниз, разбиваясь на тысячи мельчайших искр, а затем покорно сливались вновь у ног своего повелителя в блестящую смоляной чернотой лужу. Влага превратила его лицо в совершенный мрамор, безупречно гладкий и сверкающий, к которому хотелось благоговейно прикоснуться самыми кончиками пальцев, повторяя идеальные линии скул. Подбородок высоко поднят. А уж царственную осанку не смыть никакому потопу. Следом за ним протиснулся второй, солнечно улыбаясь, несмотря на стекающие, как слезы по щекам, капли дождя.
    - Легран!? - Энжи не ожидала, что Грей явится с приятелем. Ей никто не сказал, что он прибыл на базу не один.
    Грейди покосился через плечо на блондина.
    - А меня ливнем смыло? – нехорошо усмехнулся он.

    [​IMG]


    - День добрый и тебе, мил человек! С чем пожаловал? - в тон ему ответила Энжи, жестом приглашая гостей в комнату. Грейди первым шагнул в помещение, внимательно разглядывая обстановку.
    Легран задержался в дверях, чтобы поймать руку Энжел. Прижал её пальчики к губам и замер, втягивая носом воздух, зажмурившись от удовольствия.
    Только выдохнув и снова набрав полную грудь воздуха, он открыл глаза и прошептал, касаясь губами её рук:
    - Привет… Ты просто фантастически пахнешь, Энжи! - и добавил едва слышно. - Я ужасно скучал…
    Энжел лишь улыбнулась, приглашая парня в комнату. Запах сандалового масла, пропитавший кожу, никогда не казался ей «фантастическим».
    - Скромно, - вынес свой вердикт Грейди, осмотрев все вокруг, усаживаясь на диван и закидывая ногу на ногу. - Ну, и где они?

    [​IMG]


    - В каком виде господин желает получить своих рабов? Как два трупа? Упаковать? – съехидничала Энжи.
    - Они сюда добрались живыми. Это сейчас я данных с ошейников не вижу, но они здесь, оба здесь, - он вытащил из кармана приборчик и показал Энжи экран, на котором тускло мигали непонятные сигналы.
    Энжел стояла напротив Грея, скрестив руки на груди.
    - Твое счастье - живыми. Ты понимаешь, что он мог не дойти?
    - Дошел же. Обратно этот ублюдок с фанфарами поедет, - недобро усмехнулся Грей. - Я следил, и легко догадался, куда его понесло. Поэтому и вызвал Леграна. Взялся за них отвечать – вот и отвечай, дружочек.
    - Грей! Кто знал, что он сбежит? Дал бы ему таблеток… - вмешался блондин.

    [​IMG]


    - Таблеток? – зло произнесла Энжи. - Вы хоть знаете, что с мальчиком? Менингит, как осложнение пневмонии! Это вам о чем-нибудь говорит? Какие таблетки?! Ты знаешь, Грей, что он пришел поздно? Поздно! Мы его вытащим, но какие последствия будут - мне даже представить страшно. Оглохнет, ослепнет или вообще парализует, если из комы выйдет. Что тебе мальчик сделал? Почему ты отказал ему в помощи?
    - Я как раз собирался дать лекарства, этот урод сам виноват, сбежал не вовремя.
    - Да? И чего ты ждать собирался, чтобы лекарство дать? Предсмертных хрипов? Ты хоть понимаешь: если мальчик умрет - ему плевать будет и на тебя и на ксилл? А если выживет, но инвалидом станет, то на ксилл ему будет начхать! Ты парнишку выхаживать будешь? Какого черта, Грей, ты мне палки в колеса ставишь? Мне нужен ксилл, а твои игры в рабовладельцев мне мешают работать. Я и без твоего парня обойдусь. Он лишь приятный бонус в нашем поиске, а ты вернешься к своему одному процентику. Можешь гнить на этой планете и демонстрировать Энрике свое превосходство сколько влезет. Тебе все равно его не сломать. Больше нечем! – Энжи добавила к насмешке пару капель яда, сознательно провоцируя, и, с удовольствием отмечая, как стальные серые глаза наливаются вороненым металлом.
    - Кстати… знаешь, где сейчас мальчик? В биокамере, наполненной ксилл-гелем. Ты представляешь, сколько это стоит? Я медик и не могу отказать умирающему в помощи. А платить – тебе, мой хороший! Он ведь твой раб? Я пришлю счет. Не сможешь оплатить - минус пару процентов от твоей доли.
    - С какой стати! – взорвался Грейди. Легран ерзал на неудобном стуле, не отводя от Энжи изумленных глаз.
    - С такой! – зло ответила Энж, - за отказ в медпомощи меня могут лишить лицензии. Я все делаю по правилам – а тебе платить. Ну как, сейчас своих заберешь?
    - Майк! – крикнула она в приоткрытую дверь кухни, - приведи Энрике, господа уезжают! Я и мальчика тебе отдам, если хочешь. Вытащим его из биокамеры. Забирай! - продолжила девушка, обращаясь к Грейди. – Только подпиши отказ от медпомощи, и что дальнейшее лечение продолжишь сам. Мои руки чисты, для медколлегии такой бумажки будет достаточно. Но за ксилл-гель и биокамеру все равно заплатить придется.
    - С какой стати! – снова повторил Грейди, но в его голосе к едва сдерживаемой злости добавились нотки растерянности. Но только на миг.
    - Ах ты, ублюдок! - прохрипел он, заметив вошедших Энрике и Майкла, порываясь встать.
    Майк развернулся к Грейди, направил на него пистолетиком палец и прищурился, сверкая голубыми глазами, словно рассматривая гостя в перекрестье прицела.

    [​IMG]


    «Вот молодец, сразу видно - «добродушный хозяин», о чем я и просила», - усмехнулась Энжи, в глубине души довольная своим напарником.
    В приоткрытую дверь кухни парни слышали их с Греем разговор. Майкла услышанное «завело», и сумасшедшинка, всегда ему присущая, вылезла наружу, сияя в холодном блеске глаз и проскальзывая в нарочито расслабленных и медленных движениях.
    Энжи называла такой взгляд - «Дай Мне Только Повод».
    Грею хватило ума остаться на диване.
    Но сидеть, вальяжно развалившись и закинув ногу на ногу, он больше не мог. Грейди напрягся, словно тигр перед прыжком, бешенство клокотало в груди, затмевая разум. Объект его ненависти находился всего в паре шагов, но впервые - недоступный его ярости. Майк, босой, в банном халате, распахнутом до резинки трусов, с позвякивающими на груди армейскими медальонами, «вооруженный» лишь пальцем, казался опаснее любой сторожевой собаки.
    Он подтолкнул Энрике к креслу в углу зала, слегка нажал на плечо, заставив того сесть, и бросил ему на колени куртку.
    Демонстративно сдул несуществующий дымок с дула несуществующего пистолета и, по-ковбойски крутанув «оружие» на пальце, отправил его в воображаемую кобуру.

    [​IMG]


    Грей фыркнул и покосился на Энжи:
    - Он свое все равно получит. В двойном размере. Не хочешь, чтобы я трогал его на твоей территории? Твоё право.
    Он резко встал и подошел к ней вплотную:
    - Зря ты его защищаешь…
    - Здесь ты его не тронешь... Ты не сможешь им управлять, если мальчик умрет или так и останется в коме. Ты доигрался, Грей.
    - Сдохнет, значит, судьба такая. Эта тварь его ненадолго переживет. Ты думаешь, я - мерзавец, а он - кролик, белый и пушистый? Он убийца, Энжи. Посмотри не него! Эта тварь – убийца!
    Энжи невольно обернулась, на долю секунды встретившись с Энрике глазами, но он мгновенно отвел взгляд и опустил голову. Пальцы, сжимающие край куртки, лежащей на коленях, побелели от напряжения.
    - Ну и что, - наконец произнесла Энжи, - ты думаешь, я не убивала?
    - А если бы он убил самого близкого и дорогого для тебя человека? Единственного, кого ты любил, и кто любил тебя? Если бы весь твой мир рухнул в одночасье вместе с ним? Ты бы тоже его оправдывала?
    Грейди уже не психовал. Голос был спокоен, только в самой глубине яростно бьющегося сердца предательски дрожала струна, добавляя словам надрыва, а глазам - стеклянного блеска.
    - Я хочу, чтобы он почувствовал то же, что и я. Он будет мучиться до самого последнего вздоха. Я уничтожу всё, что ему дорого. Отниму у него всё.

    [​IMG]


    Слова летели в цель как тяжелые булыжники, смертоносные и неотвратимые. Парень, сидящий в кресле, лишь ниже опускал голову, сжимая губы в тонкую нить, не пытаясь «уворачиваться», и что-либо отвечать.
    - У него и так ничего нет, - неожиданно выпалил Легран, разрывая нависшую тишину.
    Грейди зло зыркнул на блондина, но трагизм момента развеялся, и Энжи с облегчением вздохнула.
    - Что с него взять? Он же раб! – пожал Легран плечами, - пусть отрабатывает за биокамеру. Правду говорят, что в ксилл-геле великая сила? С того света вытянуть может? И его просто так нигде не купишь? А весь его запас поделила между собой верхушка Галактической Федерации? И …
    Грейс недовольно сверлил приятеля взглядом. Но тот словно не замечал Грея и продолжал пытать Энжел вопросами.
    - Стоп, - рявкнул Грей, - Легран, тебя куда понесло? – и продолжил уже спокойнее, - Энжи, эта тварь отработает все до последнего цента. Обсудим?
    Блондин, своими дурацкими вопросами, вернул Грейди из долины мести на грешную Байлу, приземлил и заставил считать деньги. Энжи была в тайне благодарна болтливому парню, за то, что он смог ненавязчиво остановить Грея, и не дал ему превратиться в безумного мстительного духа.
    - Хорошо. Грей, идем, посекретничаем, - кивнула она в сторону кухни, - а вы, парни, фильмец какой-нибудь посмотрите.
    Легран недовольно сморщился и откинулся на стуле: Энжи жестом остановила его попытку увязаться за ними.

    [​IMG]


    Чтобы еще больше выразить свое возмущение жизненной несправедливостью - взял со стола журнал, демонстративно развернул его вверх ногами и «углубился в чтение».
    Майк присел на жалобно скрипнувший шахматный столик рядом с Энрике и принялся щелкать кнопками пульта.
    Энжи подождала, пока Грейди пройдет на кухню, и плотно притворила за ним дверь.
    - Виски? - не дожидаясь ответа, она достала из холодильника бутылку и разлила крепкий напиток в низкие бокалы.
    Грей в два больших глотка опрокинул всю предназначавшуюся ему порцию. Энжи нацедила ему еще столько же, но, заметив едкую усмешку, кинула в бокал пару кубиков льда и долила его до краев.
    Парень повертел бокал в руке, сделал еще один глоток и замер, глядя на Энжи сквозь тонкое стекло поверх темной жидкости.
    - Мальчишка умрет?
    Энжи внимательно смотрела ему в глаза. Этот вопрос – тревога за жизнь или беспокойство за потерю рычагов управления? Но вороненый металл под капризно изогнутыми бровями не позволял заглянуть в душу.
    - Если останется у нас – нет. И не таких с того света вытаскивали. Но гарантию, что будет здоров, дать не могу.
    - Хорошо, сделай все возможное, за ценой не постою.

    [​IMG]


    - Грей, мне нужен ксилл. С тобой или без тебя - я его достану. Мне по барабану ваши счеты. Или ты со мной, или бери в зубы свой процент и вали отсюда.
    - Я с тобой, - криво улыбнулся Грейди и сделал еще один глоток.
    - Тогда отдай мне мальчишку!
    - Что?! – чуть не поперхнулся он.
    - Отдай, продай, подари… Он должен быть моим! Ты уже загнал Энрике в угол. Больше, чем он сделал под угрозами, он уже не сделает, ничего нового не расскажет. Если ты продашь мне мальчишку - он из шкуры выскочит, чтобы найти нам ксилл... Он понимает, что жизнь мальчика висит на волоске. И если он выживет… И к тебе больше не вернется. Он будет благодарен мне по гроб жизни… Ты плохой полицейский – я хороший. Вместе мы его расколем. Энрике знает, где ксилл, где-то на уровне подсознания знает… У ксилла есть своеобразное излучение, организм его чувствует, но приборы не улавливают. Если он ходил по тоннелям вблизи него – он обязательно чувствовал воздействие этого минерала… Просто не осознает, что это и было «излучение ксилла», забыл те ощущения. Когда он будет спокоен и уверен, что его мальчик в безопасности - он вспомнит и покажет нам место.
    Грей усмехнулся:
    - Хороший и плохой полицейский? Мне это нравится. Люблю быть плохим. Скажешь, что мальчишку я тебе продал. Пусть пока остается у тебя.
    - Не-е-е! – насмешливо протянула Энжи, - так не пойдет! Он же не дурак. Он поймет, если мальчик так и останется твоим.

    [​IMG]


    - Если щенка у меня не будет - он с цепи сорвется. Я не хочу беспокоиться, что он кого-то еще убьет. На нем не одна смерть. Четыре года назад он убил моего охранника.
    - Опасный, выходит, он у тебя типчик… Буду глядеть в оба! Грееей! Ты же умный парень! Оформим продажу на условиях. Он сделает все, что угодно, чтобы мальчик к тебе не вернулся. Условия продажи распишешь ему в самых ярких красках. Убьет кого-нибудь - мальчик вернется к тебе, будет оказывать сопротивление, ослушается твоих приказов - мальчик вернется, попытается умереть, убить себя - мальчик снова станет твоим, погибнет в шахтах в результате несчастного случая - я верну тебе мальчика. Он будет дорожить своей шкурой в сто раз больше, чем раньше, и слушаться тебя, как бога.
    - А ты умеешь манипулировать людьми…
    - Я умею заставлять людей делать так, как нужно мне. Сейчас мне надо прогнуть тебя, мой господин. Чтоб ты, наконец, начал работать с нами в одной команде! А не пилил сук, на котором мы все сидим, - она подмигнула Грею и чокнулась с ним бокалом.
    Грейс засмеялся и отхлебнул виски. Глаза его уже блестели под воздействием принятого спиртного.
    - У меня еще есть пара условий: он твой – но я тебе ничего не должен, ни за какой ксилл-гель, плюс десять баксов сверху. Передавать товар третьим лицам нельзя, продать щенка ты можешь только мне. А вывозить рабов с планеты законы запрещают. С ним тебя не выпустят отсюда. Поэтому я подожду, пока мы найдем ксилл, а когда захочешь улететь с Байлы – продашь его мне.
    - И сколько ты мне за него заплатишь? - усмехнулась Энжел.
    - Десять баксов. Он больше не стоит.
    - С удовольствием избавлюсь от него. Ты в курсе: мальчик - не «немой», он не проходил Врата. Ты должен был давным-давно отвезти его на Землю.
    - Он «немой»!
    - Нет, Грей, он «чист». Хочешь сказать, что ты его никогда не «слушал», не «сканировал»?
    - Нет, конечно! Зачем мне «сканировать» этих вонючих тварей? Ты хочешь, чтоб меня стошнило? Меня от того, что они рядом трясти начинает! Да ни за что! – Грейди брезгливо сморщился.

    [​IMG]


    - Почему я тебе не верю…
    - Твоё дело... Помню… Отец говорил, как-то сюда ввезли «чистых» под видом «немых». И крышует это кто-то из высшего руководства Байлы. Захочешь увезти его на Землю – убьют вас обоих, чтоб не вскрылась тайна. Хотя… мальчишка – местный, он родился на ранчо.
    - Значит, его родители не проходили Врата. Они попали сюда контрабандой. Если это выплывет наружу – полетят головы на самых верхах этой планетки, и на Земле тоже.
    - Энжи... Это же задница Великой Галактики! За пределы Байлы такая информация никогда не выйдет. Он жив, пока никто не знает, что его родителей ввезли сюда незаконно и он тоже «чист»… А узнают про него – просто убьют. Я хотел от него избавиться…
    - Значит знал? Влип ты с ним. Еще есть такие?
    Грейди пожал плечами.
    - Еще осталось человек десять… «Немых»… Хочешь и их купить? - подозрительно прищурился парень.
    - Не-не-не! - замахала руками Энж, - мне этого добра не надо, я не собираюсь превращаться в рабовладельца. Мне вообще эта дикость не нравится. Но если уж разыгрывать «плохого и хорошего полицейского» - давай вывезем их куда-нибудь подальше от ранчо, я оплачу полный пансион и уход, так сказать возьму шефство. Пусть живут припеваючи и не мешают, ни мне, ни нашим поискам. Не висят на шее у Рика еще одним камнем. А у тебя будет еще один рычажок давления на него. Накосячит – привезешь обратно. Ты же умеешь такие ситуации устраивать, не правда ли? Привези одного. Пусть Рик знает, что это не шутки. И следующий будет мальчик. А я потом обратно увезу… «Уговорю тебя простить». У Энрике будет еще один повод верить мне. Понимаешь, Грей… - Энжи потянулась к нему через стол и положила на его ладонь свою руку, заглядывая в глаза и понижая голос. - Он должен мне верить. Должен. Я заставлю его мне довериться. Но для этого мне нужен мальчик. Я ему пообещала купить парнишку.

    [​IMG]


    - Ха! – фыркнул Грей, - я ехал сюда с огромным желанием придушить обоих. О продаже речи не было.
    - Как здорово, что ты передумал! - усмехнулась Энжи. - Не волнуйся, он же вернется к тебе… Когда мы найдем ксилл. Только не вздумай сболтнуть о нашем договоре!
    Размышляя о чем-то своем, Грей едва уловимо улыбался.
    - Я не могу допустить, чтобы побег сошел этой твари с рук.
    - Смотри, не покалечь! Лучше его не трогай, а скажи - ждешь мальчишку и, как только он поправится, привезешь его на ранчо… Рик не будет знать, что ты его продал… пока... Пока я не скажу. Каждый твой отъезд с ранчо будет для него адом. В сезон дождей он мне не нужен, во дворец к тебе я не приеду, а ты можешь забавляться с ним, сколько влезет. Есть боль, пострашнее физической. А незнание, что с твоим близким человеком, ужаснее пинков и ударов. Сейчас у тебя в руках кнут, который бьет больнее электрошокера. Ты же хочешь мести… Хочешь, чтоб ему было больно? Тело может вынести многое. Душа – хрупкая субстанция. На ней остаются самые страшные раны, и они очень долго не заживают.
    Грей кивал, сверкая серебряными монетами глаз.
    - Но не переусердствуй, чтобы он совсем не загнулся. Он и так еле на ногах держится. Иначе останешься с одним процентом! Он мне нужен живым и здоровым, когда закончится этот сумасшедший небесный водопад! По рукам?
    Грейди опрокинул остатки виски себе в рот, отставил пустой стакан в сторону, поднялся, и протянул руку.
    - Согласен. Готовь бумаги.

    ***

    - Ну, уродец, пора домой!
    Грей стоял над Энрике, потирая руки. Дождался, когда тот поднял на него глаза и скомандовал:
    - Подъем! Расселся тут…

    [​IMG]


    Майк предусмотрительно оказался рядом. Энрике встал, а Грей засветился злорадной улыбкой, заметив, что далось ему это с трудом.
    - Надевай куртку, - негромко шепнул Рику Майкл. – Грей, я вызвал Кано, он ждет у выхода. Добросит вас к твоему флаеру на парковке, а Энрике отвезет до самого ранчо. Чтобы он тебя в машине «не смущал».
    - Ты прав, места в салоне у нас для него не предусмотрено. Зато багажник большой, – захохотал Грейди, - можно бы щенка туда погрузить, но забирать полудохлого нет смысла. Пускай выздоравливает, приеду за ним через несколько дней. Ему еще отвечать за твой побег, а тебе отрабатывать мои расходы… - он торжествующе блестел хмельными глазами.
    Энжи сомневалась: сможет ли Энрике сам натянуть куртку. Он справился, но застегивать не стал, слишком заметно дрожали руки.
    «Хорошо, что я ему приличную дозу обезболивающего вкатила».
    Она боялась его взгляда. Боялась молчаливого укора. Боялась презрения. За обман, за то, что обещала, но не выполнила. Еще и Грейди раздраконила. После разговора на кухне Грей может и не тронет его физически, но будет бить по самому больному. Поиздевается всласть.
    Она не могла даже намекнуть Энрике, что Микки уже фактически принадлежит ей, и отсюда никуда его Грей не заберет. Он не сумеет скрыть это знание, как бы он не прятал свои эмоции – Грей увидит. Он не позволит ему этот глоток счастья, а если его «заклинит» – переиграет все, даже себе в убыток. Энрике он никогда не простит, за то, что тот убил какого-то близкого для него человека. Вот она – причина его болезненной ненависти к рабу.
    «Снова всплывает это убийство. Еще Легран предупреждал, что он опасен. Но почему для меня это пустой звук? ...Грей не шутит».
    «Нет! Энрике не мог никого убить специально… Это наверняка случайность. Трагическая случайность. Я не верю. Он не может быть хладнокровным убийцей».
    Она глянула на Энрике. Бледный, с потухшим взглядом, как будто неживой. Такое впечатление, словно ему стало хуже, чем было, когда он пришел сюда.
    Грей в дверях негромко отчитывал Леграна, тот энергично кивал головой, соглашаясь со всеми его словами и стараясь побыстрее от него отвязаться.
    - Энрике, - Энжел остановилась прямо перед ним. Он помедлил и поднял на неё взгляд.

    [​IMG]


    Что она ждала от него… Обиды, укора, презрения, разочарования, даже ненависти… Ничего этого не было. Лишь потухший взгляд раздавленного человека, словно все, что произошло – должно было случиться, с ним только так и должны поступать, и ему это не удивительно. Он другого и не ждал. Только усталость и двойная доза отчаяния, безнадеги и ожидания худшего.
    «Боже, какая я сволочь, сознательно натравила на него Грейди, научила, как побольнее ударить».
    «И под шумок забрала то, что хотела. Мальчика».
    «Но расплачиваться за это не мне, а Энрике. Я его превратила в разменную монету».
    На сердце не просто кошки скребли, стая голодных гиен пришла им поживиться, злобно хихикая, отрывая кровоточащие куски и смачно чавкая. А она даже не могла их прогнать, не хотела, чувствуя свою вину. Пусть сожрут все. Может, будет не так больно.
    «Так надо, терпи, Энжи», - уговаривала она себя.
    «Отойди от него. Не наделай ошибок. Иначе весь этот цирк впустую».
    Но внутренний голос не смог остановить её. Она сорвалась. Энжел поймала его ладонь и на краткий миг сжала её тонкими пальчиками.
    - Я приеду за тобой, когда кончатся дожди. Слышишь?
    Он замер. Просто смотрел ей в глаза, словно сомневаясь в услышанном. Не веря.
    - Я приеду, – повторила Энжи.
    Он кивнул. Устало и отрешенно, как робот.
    - Энжи! – раздалось у неё за спиной. Легран, наконец, вырвался из лап Грейди и оказался возле неё. – Я могу приехать завтра? Не буду сегодня тебя отвлекать. Я хотел…
    В голосе вдруг появились нотки удивления и растерянности. Он повернулся к Энрике. В чистой зелени глаз разлилась тьма, парень нахмурил брови, втягивая носом воздух, как ищейка.
    Губы искривила невеселая усмешка.
    - Черт… Ладно… Потом… - резко развернулся к выходу.
    «Ежу понятно, какой запах он учуял».
    Энрике просто благоухал сандаловым маслом.
    Тот не понял неожиданной перемены в Легране, но в его взгляде, косо брошенном в спину блондину, добавилась еще одна порция неотвратимо ожидающих его бед.
    «Господи! Куда уж больше!»
    - Легран, - Энжи решительно догнала парня. От его хорошего настроения не осталось и следа. Он обернулся, но взгляд скользнул мимо Энжел и уперся в стену.
    - Эй! - Энжи развернула его лицо к себе. Он дернул подбородком, избавляясь от её пальчиков и еще больше отворачиваясь в сторону.
    На скулах играли желваки.

    [​IMG]


    - Легран, - понизила она голос и добавила бархата. Скользнула вбок, чтобы снова оказаться с ним лицом к лицу. Несколько секунд он сопротивлялся и смотрел сквозь неё.
    - Энжел. Я поеду… - хотел отвернуться, но не удержался. - Он просто пропах тобой… Или ты им! - бешено прошипел Легран, судорожно сглотнул, дернулся, пытаясь уйти, но Энжел цепко держала его за рукав куртки. Повторил попытку вырвать руку из её пальчиков, но уже не так настойчиво. Энжи молчала и ждала, когда он на неё посмотрит. Ему понадобилось еще несколько секунд, чтобы взять себя в руки и исподлобья глянуть на Энжи.
    Она отпустила рукав его куртки и сложила руки на груди.
    - Пропах не мной, а сандаловым маслом для массажа.
    - Массаж? Ему? Ты ему массаж делала? – Легран аж задохнулся от возмущения.
    - Ему пришлось больше суток идти сюда, пытаясь спасти жизнь ребенка. Как еще снять усталость после долгой дороги? Ты думаешь, раз он раб и немой, то не достоин даже такой малости? Если ты так считаешь – можешь валить отсюда следом за своим хозяином. Или у тебя тоже есть повод для ненависти?
    Он шевельнулся, желая возразить, но промолчал. Попытался усмехнуться, но уголки губ лишь нервно дернулись.
    Энжи ждала.
    Парень облизнул пересохшие губы и опустил голову.
    - Я, наверное, дурак. Я тебя ревную. К рабу ревную! Сказать кому… - Легран покачал головой и запустил ладонь в густые светлые волосы. - Он раб, все равно раб для меня, Энж. Он должен быть пустым местом. У меня даже мыслей таких быть не должно! А мне плохо оттого, что ты к нему прикасалась. Словно ты его ласкала, а не массаж делала. Черт! - Он ударил кулаком в стенку трейлера.
    - Почему я к Майку тебя не ревную… Это же он в трусах и в халате у тебя дома рассекает, - парень стрельнул в сторону Майкла сумрачным взглядом. Тот уже «сдал» на руки Кано хмурого, но спокойного Грейди, и теперь что-то негромко говорил Энрике, невольно отвлекшись на звук удара, и с недоумением поглядывая на блондина.
    - А зря, - улыбнулась Энжи, - я его очень люблю. Он мой самый близкий и дорогой человечек.
    Блондин смог вымучить в ответ нечто, похожее на улыбку.

    [​IMG]


    Энрике и Майк прошли мимо них на выход.
    - Идешь? - бросил Майкл через плечо, с плохо скрываемыми неприязненными нотками.
    Легран удивленно вскинул бровь.
    - Я… сейчас… - он снова посмотрел на Энжи. - Я могу приехать? Завтра?
    - Ответь мне на один вопрос… - перебила его девушка. - Ты его бил? Мальчика?
    Парень растерянно захлопал ресницами.
    - Значит следы от шокера на парнишке твоих рук дело? Ты его избил? - глаза Энжи хищно сузились. - Лучше тебе убраться отсюда.
    - Избил? Энжи - нет. Я же уезжал! Я только сегодня утром вернулся. Грейди меня разыскал и вызвал на ранчо из-за того, что… Рик сбежал с мальчишкой.
    Легран замолчал под недоверчивым взглядом Энжел.
    - Я даже не знал, что его били… Я просил Грейди не трогать их, и он обещал. – Легран усмехнулся. – Обещания он выполняет… Сам не тронул. Наверняка кто-то из охраны выслужился… Энжи! Да не трогал я его! – возмутился парень.
    - Никогда?
    Снова заминка.
    - … Пинков он от меня получал… Энжи! Меня тоже били в детстве! Я же не умер. - Теперь он поймал девушку за руку, пытаясь удержать, - Наказывает охрана! Не я.
    - Ха! Почетное право бить ребенка доверили другим? Самому слабо? Надо же, какой добрый.
    - Энж, я не думал, что кто-то тронет его, или пацан заболеет… так… серьезно. Я же не чурбан железный. Я понимаю, что там, в пещерах... - он запнулся, - Энрике мне жизнь спас. Мне просто тяжело чувствовать себя обязанным тому, кого и человеком-то никто не считает. Пойми меня, пожалуйста.
    Легран удерживал Энжел за запястья, настойчиво пытаясь заглянуть в глаза.

    [​IMG]


    - Я могу понять Грейди – ему ненависть затмила разум, он болен ей. Она, как раковая опухоль, пожирает его изнутри, и он не понимает, где добро, а где зло. И что он творит во имя этой высшей ненависти. Но ты! Легран, ты мне симпатичен, и я не хочу думать, что ты способен избить ребенка.
    - Да не бил я его! …Ну, попадало пацану иногда и от меня. Меня тоже на улице шпыняли! Я еще моложе его был.
    - Ты защищался, сопротивлялся?
    - Конечно, - вырвалось у Леграна, и он резко замолк.
    - А он? Он защищался? Отбивался от тебя?
    Парень тяжело вздохнул.
    - Да понял я… - еще один тяжелый вздох. – Энжи… Ты ломаешь мой мир. Все, к чему я привык и считал единственно верным… Ты совсем хочешь его разрушить?
    - Ты сам должен его разрушить. Твой мир – Ад. Ты живешь в аду вместе с его жертвами. И только ты сам можешь уничтожить его. Я лишь показала тебе в трещину, что там, за стенами, есть другой мир. Выбирать тебе.
    Из тамбура в комнату снова заглянул Майк.
    - Легран! Тебя ждут.
    - Энжи, только не думай, что я совсем конченый! – прошептал парень и поплелся к выходу.

    [​IMG]


    Майк стоял под козырьком, прячась от косо хлещущих струй дождя. Большой флаер-лимузин Кано, с тремя рядами сидений, ярко освещенный изнутри, припарковался у самых дверей трейлера. Энрике на заднем сиденье, сквозь мокрое стекло смутно белело лицо. Грейди и черноглазый японец шумно обсуждали какой-то прибор, видимо тот, что он показывал Энжел.
    Неожиданно в одной из комнат зазвонил телефон, громкий настойчивый сигнал вызова весьма походил на сигнал тревоги. Энжи молча развернулась и исчезла в глубине трейлера.

    В этой серии огромное количество поз, сделанных на заказ.
    Если бы не вы, девочки, я не знаю как бы выкрутилась!
    Огромное спасибо Джемме за прекрасные позы, за быструю и оперативную помощь, они просто потрясающие!
    Ginara, солнышко, благодарю за помощь с позами и твою великолепную мастерскую, все что могла я оттуда утащила! А от позы с Майклом-пистолетиком я просто в неописуемом восторге.
    Спасибо IMHO за прекрасные сеты поз, которыми она щедро радует своих поклонников.
    Большое-прибольшое спасибо!
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  3. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 19 июл 2012 | Сообщение #23
    [​IMG]


    Легран еще не успел разместиться в салоне авто, как Энжи вернулась. На ходу сунула ноги в сапоги, и, даже не накинув куртку, вылетела под дождь.
    - Энжел! Ты куда? - удивленно ахнул Майк.
    - Ноэль вызвал. Майки, ты оставайся здесь, - она запрыгнула в машину.

    [​IMG]


    - Кано, добросишь меня до медблока.
    - Что случилось? - вальяжно развернулся Грейди с переднего сиденья.
    - Срочный вызов. Парнишке нужно сделать переливание крови… У нас с ним одна группа.
    Грей фыркнул.
    На заднем сиденье раздался шорох.
    - Можно ему мою кровь перелить? ...Грейди, можно ему мою кровь? Прошу, пожалуйста, разреши.
    Энжи с удивлением развернулась назад. Голос настолько хриплый, что девушка едва его узнала. Ей стало страшно… Что он делает? Зачем говорит? Он же провоцирует Грея… При первых же словах Энрике, Грей шумно втянул носом воздух, словно бешеный бык, раздувающий ноздри на алую мулету тореро и роющий землю копытами. Ярость была просто физически осязаемой.
    Рик это тоже почувствовал... Но все равно продолжил.
    - Грей, пожалуйста, разреши… Моя кровь ему подойдет.
    - Захлопни пасть! - рявкнул Грей резко, - или я прямо здесь тебе кровь выпущу.
    - Энрике, не беспокойся, крови хватит, – торопливо произнесла Энжи, заметив, что парень не собирается «затыкаться». – Я рада твоей готовности помочь, но мы справимся. Ты и сам еле живой.
    Он отрицательно покачал головой:
    - Я в порядке, моя…
    - Заткнись, тварь, я кому сказал, - змеёй зашипел Грей. Казалось, еще слово - и Грейди сам кинется заклеивать ему рот скотчем. Энжи интуитивно чувствовала: Грейс вот-вот сорвется…
    - Энрике, ты уже сделал все, что мог.
    Она смотрела ему в лицо. Постепенно лихорадочные огоньки в его глазах начали тухнуть.
    - Поехали! – скомандовала Энжи.
    Но нет, он не остановился.
    - Энжел! – шепот на грани слышимости. Не оборачиваясь, она отклонилась назад.

    [​IMG]


    - Возьми для него мою кровь.
    Не оглядываясь, Энжи отрицательно покачала головой.
    Машина остановилась у медблока. Перед тем как выйти из флаера, Энжел пересеклась взглядом с Энрике, и снова едва уловимо покачала головой, останавливая слова, готовые сорваться с языка у парня.
    Он опустил глаза, лицо превратилось в застывшую маску.
    Неожиданно Легран выпрыгнул следом за ней под дождь.
    - У меня первая отрицательная. Моя кровь тоже всем подходит. Можно я останусь, я пригожусь, Энж!
    Девушка невольно улыбнулась. Вот парень, сто поворотов на километр!
    - Хорошо, оставайся, если хочешь…
    - Грей, Кано довезет тебя до ранчо на лимузине, а я потом прилечу на твоем флаере. Хорошо? Я останусь помочь Энжи, - с просительными интонациями в голосе затянул блондин.
    Мысли Грея были заняты чем-то другим.
    - Оставайся, - отмахнулся он от приятеля. - Мы тронемся или так будем здесь буксовать?! Поехали! – нервно скомандовал он.
    Кано слегка перекосило от такого обращения, но, под суровым взглядом Энжи, он снова натянул на лицо восточную невозмутимость.
    Легран облегченно выдохнул и помахал рукой в затылок Грейди. Флаер медленно развернулся и исчез в пелене дождя.
    Энжел и Легран забежали в медблок.
    - А его, какого черта, принесло? - Ноэль встретил парня весьма недружелюбно. - Я вас в грязной обуви не пущу! Уборочный робот мне только что стерильную чистоту навел. В блок дезинфекции и чистки - живо!

    [​IMG]


    Ноэль пару раз съязвил, глядя с какой опаской Легран входит в камеру дезинфекции. Но парень выдержал и это испытание.
    - У меня группа крови всем подходит. Готов поделиться… с ним, - заявил он, едва выйдя из блока очистки.
    - Нет нужды. Мешаться будешь – выставлю за дверь, ясно.
    - Ясно, док, - вздохнул блондин.
    - Энжи, я все приготовил для прямого переливания. Сначала тебе сделаем укольчик для «активизации».
    Болезненный укол заставил Энжи поморщиться.
    - Сколько взять? - поинтересовался Ноэль, после того как Энжел разместилась на каталке, рядом с биокамерой.
    - Бери с запасом, лучше двойную.
    - После двойной тебе отлеживаться до утра придется.
    - Ничего. Легран со мной посидит, - улыбнулась Энж.
    Блондин кивнул и заглянул в стеклянную капсулу биокамеры. Побледнев, торопливо отошел в сторону. В паутине из датчиков, проводков и трубочек парнишка с большой натяжкой походил на живого человека.
    - Довели пацана, изверги, - бурчал себе под нос Грасс, опутывая Энжел не меньшим количеством проводов и трубок и настраивая вразнобой попискивающие приборы.
    Легран забился в угол кабинета, подальше от доктора, необычно молчаливый и задумчивый, настороженно сверкая на девушку зеленью глаз.

    [​IMG]


    ***

    - Ну, вот и все.
    Легран и Ноэль помогли Энжи перебраться с каталки на кровать, спрятавшуюся за ширмой в самом конце большого кабинета.
    Блондин тут же уселся рядом на стульчик и ухватил Энжел за руку, явно опасаясь, что доктор Грасс выставит его на улицу.
    - Все нормально, Энж? Можно с тобой этого балбеса оставить? Биокамера в штатном режиме, я схожу, поужинаю.
    - О’кей, Ноэль. Иди.
    Когда доктор исчез за дверью, Легран облегченно вздохнул.
    - Я думал он мне в морду даст еще на входе.
    - А следовало бы. За то, что с парнишкой сотворили. Мальчик даже не «немой», а вы его рабом сделали.
    - Нет! – растерялся парень, - не может быть! Я же его не слышу и не вижу, даже когда сканировал ничего не видел - пустота! Я думал он вообще… того… супернемой.
    - Он «чистый», он не проходил Врата. Если бы он прошел Врата, он, скорее всего, стал таким, как мы.
    - Нет, - упрямо замотал головой Легран. - Его родители были «немые», может он вдвойне «немой» из-за этого?
    - Легран. Ты Врата в школе изучал?
    - Эммм… я только в начальной школе учился, пока мама была жива. Потом бродяжничал, а в приюте школы вообще не было. К Грею на ранчо учителя сами приезжали, он на дому учился. Я самый мелкий был из нас троих, а программа обучения одна, чему смогли – научили, если что недопонимал – прощали. Вот такое у меня образование...
    - М-да. Выходит, ты про Врата ничего не знаешь?
    - Почему... немного знаю.
    - Лекцию тебе прочитать? – усмехнулась Энжи, - чтоб не путал «немых» с «чистыми». Ты, наверняка, и половины имеющихся у тебя способностей никогда не использовал? Обмен, например?
    Легран отрицательно покачал головой. Глаза его стали печальными, даже натянутая улыбка не стерла из них непонятную тоску. Парень лишь крепче сжал её ладонь в своих руках.

    [​IMG]
    ***

    Благодарю Ginara за заказик с шикарными позами для сериала , IMHO за великолепные сеты поз, а MrLazy за урок "рисуем дождь".
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 14 другим нравится это.
  4. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 26 авг 2012 | Сообщение #24
    [​IMG]

    [​IMG]


    - Что ты вообще знаешь про Врата?
    Легран сделал круглые глаза и затараторил, словно прилежный ученик, вызубривший урок, перед строгой учительницей.
    - Около ста лет назад их придумал сумасшедший ученый с Земли и построил в самой ужасном на планете месте – в Бредовском треугольнике в центре океана, где раньше исчезали корабли и самолеты, а человек, попадая туда, сходил с ума… Их создали, чтобы люди, пройдя Врата, могли жить в космосе. Они влияют на мозг и делают всех умнее и позволяют раскрывать свой разум друг другу. Но некоторым людям это недоступно и они становятся «немыми», это самые бесполезные для общества особи, самые… - он замолчал, подбирая слово, а Энжи негромко засмеялась.
    - Хосспади! Что за бред!
    Легран фыркнул:
    - Все так считают, не я один.

    [​IMG]


    - Ты прав лишь в одном. Врата находятся на Земле, и создал их немецкий ученый Йоэль Фабер в конце XXI века. Но он не сумасшедший. Это величайший ученый на Земле, равный Платону, Архимеду, Галилею, Эйнштейну, Ньютону. Он создал теорию взаимодействия полей, материй и излучений. И не просто теорию. Он построил механизм – Врата. Фабер начинал свою научную карьеру с изучения различных аномалий. На Земле много аномальных мест, и одно из них его заинтересовало особо, из-за огромного количества полей различной природы, регистрируемых там. Это Бермудский треугольник. А ты как его назвал? Бредовый? По сути это не треугольник, это аномальная пирамида, с идеальными пропорциями. Аналогов её нет нигде: ни на Земле, ни на других известных планетах. Бермудский треугольник - сто сорок тысяч квадратных миль океана, на дне, почти в самом центре еще в двадцатом веке была обнаружена огромная древняя пирамида из материала, похожего на стекло. До сих пор не известно кто её построил: древние индейцы майя, внеземного она происхождения или это удивительное природное создание. Нет никакой теории, как она там оказалась. Высота этой пирамиды почти сто сорок метров. Фабер выяснил, что это не часть дна, а отдельное сооружение. Смог удалить с неё веками копившиеся слои морских отложений, словно счистил кожуру. Это оказался идеально точный псевдо-стеклянный тетраэдр. Ученый организовал подъем этого сооружения со дна и смог поместить его в самый центр Бермудского треугольника, точнее пирамиды, образуемой этим треугольником. Он очень точно рассчитал местоположение найденного стеклянного тетраэдра относительно сторон Бермудского треугольника и дна океана. Эта пирамида, согласно его расчетам, должна быть перевернута вверх основанием и одна из вершин направлена вниз, к самому центру Бермудского треугольника.
    У Фабера есть теория, что найденная пирамида-тетраэдр, эта лишь часть сооружения древних, пережившая века, а раньше это была тригональная звёздная бипирамида. То, что эзотерики называют МерКаБа. И пирамида эта внеземного происхождения, не просто внеземного, но и внегалактического, сотни тысяч лет назад она находилась в этом месте, и это был портал между мирами, между галактиками. Пока этому нет подтверждения...
    [​IMG]


    МарКаБа, в представлении древних людей - средство передвижения, позволяющее перемещаться в высшие или низшие миры. На самом деле, МерКаБа — это нечто гораздо более значительное, а не просто транспортное средство. По сути МерКаБа - это первозданная модель, породившая всё во вселенных, как материальных, так и невидимых ментальных и астральных, и она может быть чем угодно.
    Еще в Древнем Египте на Земле эта первичная модель называлась Мер-Ка-Ба. Собственно говоря, это три слова, а не одно. Мер — это абсолютное движение, вращающийся в себе свет. Ка - значит «дух», в данном случае человеческий, а Ба — человеческое тело, или физическая оболочка, реальность. Таким образом, в Древнем Египте всё слово целиком означало вращающийся свет, переносивший дух и тело из одного мира в другой. Позже, в двадцатом веке, на Земле считалась, что МерКаБа - лишь символ, и относится он только к человеческому духу и параллельным реальностям его существования. В серьез его воспринимали лишь эзотерики. Но Фабер пытался доказать, что у МерКаБа есть и физическая модель, и древние внеземные цивилизации создали её. Или она их. И часть этой МерКаБа тысячелетия покоилась на дне океана в центре Бермудского треугольника.
    Но даже у части этого фантастического устройства остались удивительные свойства прототипа.



    Он доказал, что эта пирамида – по своей сути резонатор всяческих колебаний, волн, излучений, полей, она усиливает их многократно и направляет в единственную точку в самом её центре.
    Фабер развил и дополнил "Теорию Всего" Гаррета Лиси, объединил с древними рунами: МерКаБой и Звездой Давида, добавил свою теорию взаимодействий полей, материй и излучений - и на основе древней пирамиды-резонатора создал Врата.
    В нужных точках сферы, окружающей эту пирамиду, расположил все известные науке генераторы излучений, частиц, полей, волн. А так же создал новые, которые ранее существовали лишь в теории. И запустил этот удивительный механизм. Все генераторы движутся в строго определенном порядке, по своей орбите вокруг пирамиды с точно выверенной скоростью. Поэтому в самом центре пирамиды всегда разные параметры излучений. Никогда не повторяется одно и то же, точнее может повториться раз в «пи» умноженное на количество генераторов, и утроенное количество резонаторов пирамиды и умноженное на... В общем, формулу наизусть зачитывать я тебе не буду, там очень много параметров. А раз «пи» - иррациональное бесконечное число, то точность повтора не вычислить никогда. И не повторить.
    Легран скорчил несчастную рожицу, поднял глаза к потолку и издал протяжный звук «у-у-у-у».
    Энжи засмеялась.
    - Что? Не силен в математике? А в школе должны были это все проходить. Хорошо, хватит с тебя теории. Перейдем к практике. Так вот, человек может попасть в центр пирамиды по одному из четырех коридоров, входы в которые, расположены в центрах граней пирамиды и носят названия сторон – Американский, Багамский, Атлантический и Небесный – вход с верхней грани. Центр – это полость в форме, опять же, пирамиды, стены которой состоят из множества треугольных граней, каждая из которых является резонатором одного из генераторов в определенный момент времени. Этот центр и называют Врата. Человек попадает в эту комнату и получает гигантскую дозу различных облучений и воздействий. И выходит оттуда уже изменившимся. Как нет одинакового набора генов у разных людей – так нет и одинакового набора излучений. Всегда все происходит по-разному. Но есть одно общее у всего комплекса воздействий. Люди, побывав в этой комнате, или, как обычно говорят, «пройдя Врата» становятся невосприимчивы к любым излучениям. То есть никакая радиация больше человека не убьет… Но и не вылечит. Поэтому, побывав там один раз и, получив защиту от всяческих излучений, идти в пирамиду снова нет смысла. Врата больше не смогут воздействовать на организм, они тебя уже изменили и ты уже защищен от их излучений. Все эти изменения передаются по наследству. Дети тех, кто прошел Врата, тоже защищены, даже если только один родитель побывал в пирамиде. Врата дали возможность людям расселиться по всей галактике, летать, и не бояться никаких космических излучений, солнечной радиации и мутаций, связанных с этим. Так что не так уж и не прав был Фабер в своей теории: Врата - это портал в другие миры.

    [​IMG]


    Но не только защиту от излучений они дают людям, но и множество других удивительных вещей, самых невероятных изменений в организме человека. Мутаций, если угодно. Самая главная из них – они расширяют возможности нашего разума, человеческого мозга. Мы можем использовать свой мозг во много раз эффективнее, быстрее обучаться, хранить в памяти больше информации, быстрее её доставать и использовать. Врата словно поменяли нам в голове процессор на более мощный, мозг задействовал ранее не используемые области. У кого-то эти изменения очень значительны, у кого-то почти незаметны или не используются. После того, как Врата начали работать и люди поняли что это, после того, как их прошли ученые – было сделано множество открытий: придумали гравитационный двигатель, создали ракеты, которые переплюнули скорость света. Люди научились путешествовать между звездами, протыкая пространство, и очень быстро расселились по всей галактике, обживая новые планеты. Ведь Врата дали им эту возможность. Невозможное стало возможным.
    А еще люди смогли общаться мысленно. Существует такое понятие – сияние чистого разума. Теперь все мы можем «видеть» друг друга на ментальном уровне, видеть это сияние, словно раньше наш разум был заключен в скорлупу, в броню, которая не пропускала внутренний свет. И вот она исчезла. И все люди стали как бы сияющими солнечными сгустками. Мы можем «видеть» друг друга, разделенные миллионами километров пространства, чувствовать друг друга, поддерживать, дарить тепло и свет нашего разума, некоторые могут общаться с родственными, близкими им людьми ментально, несмотря на любые расстояния. Но большинству нужен тесный, физический контакт для такого общения. Иногда гораздо проще найти человека ментально, чем физически. Позвать, и через тысячи миль он услышит «зов». И позвонит, например... Или в гости прикатит.

    [​IMG]


    - А ты умеешь общаться через расстояния?
    - Немного. Только с очень близкими мне людьми. Я могу найти Майкла, например, где угодно, я увижу его свет через любые расстояния почти мгновенно. Я не буду знать, где он, не почувствую, за дверью он или за сотни километров от меня, но его сияние будет рядом со мной, если он откликнется на «зов». Словами, мыслями через расстояния обмениваться, увы, не могу. Так и не научилась. Только образами. Могу послать ему ментальную картинку, а он мне. Но такая картинка не всегда четкая и понятная. Мне нужно, чтобы человек был рядом, нужен физический контакт, чтобы войти в его разум или впустить его к себе. Ты можешь не знать ни одного языка и общаться ментально. Можешь не объяснить словами, а показать мысленную картинку. Но, впуская человека в свой разум, ты уже не сможешь солгать. Ты как на ладони. Это даже помогло бороться с преступностью. Больше не обвинят невиновного, он легко докажет, что невиновен, впустив в свой разум. Преступники, конечно, не любители позволять правосудию копаться в их мозгах, только если их обвиняют в более тяжких преступлениях. Раскрыв разум, становятся понятны мотивы преступлений – умысел это или трагическая случайность, и в чем причина того или иного поступка. Больше нет места лжи. Мы не умеем лгать ментально. Врата раскрыли нас друг другу, а мы, люди, снова начали прятаться, учиться закрываться. Я сама не открою свой разум тем, кому не доверяю, не впущу. И не полезу в голову к незнакомцу.
    Впервые прошедшие Врата – открыты, их разум сияет и практически любой может проникнуть в него. Они учатся защищаться, закрываться, есть даже специальные курсы по ментальной защите. Зато у них в результате получается самая мощная броня, за которую без разрешения не пробиться ни одному человеку, как бы сильны не были желающие проникнуть туда. Дети тех, кто прошел Врата, рождаются открытыми и «сияющими». У них нет секретов, их разум чист и светел. Матери теперь могут общаться ментально со своим ребенком с самой первой минуты, они видят, отчего плачет их малыш или чему рад. Учат его общению с самого раннего детства, учат защищать себя и свой разум, а к пяти годам ребенок уже умеет контролировать его… и «закрывается». Из-за такого общения дети в первые годы жизни и в дальнейшем очень привязаны к своим родителям, а точнее к людям, их воспитавшим. Ты был очень близок со своей мамой?
    - О, да! Я её безумно любил, она меня понимала, принимала таким, какой я был, со всеми моими шалостями… Я помню, как мы с ней общались мысленно, и я знаю, как она меня любила. Я видел… как она умирала. Был рядом с ней до самой последней минуты, отец не смог меня от неё отогнать. Помню, как она «погасла».
    Парень замолчал.
    - Больше я ни с кем не общался и никого к себе в голову и в душу не пускал.
    - И не пытался? А Грейди? Или Дамон? Они же твои друзья.
    - Грейди… - Легран усмехнулся, - он никого на пушечный выстрел к себе не подпустит. Его отец был очень суровый человек, даже жестокий. Грей его любил и боялся, и находился полностью под его влиянием. Отец всегда пытался влезть ему в голову, а он не мог ему сопротивляться. Даже если хотел. Наверное, потому он больше ни с кем и не захотел общаться ментально: после такого «обмена», он всегда был как выжатый лимон.
    - Не думаю, что это был именно «обмен». Отец просто влезал к нему в голову, «читал» его, позволял «читать» себя. Отец Грейди родился «сияющим» или он первое поколение?
    - Что? Какое поколение? – с недоумением спросил Легран.
    - Первое поколение – те, кто сами прошли Врата, второе – их дети… А ты знаешь, какое ты поколение, Легран? Ты говорил, что твои родители прилетели сюда с какой-то планеты?

    [​IMG]


    - Мой дед, мамин отец, он - с Земли и проходил Врата. А мама родилась на планете Татос. Я даже не знаю, в каком это созвездии.
    - Значит, дед прошел Врата, твоя мама родилась уже со способностями, ты третье поколение, тоже родился «сияющим» и потом закрылся. Многие почти не используют ментальную возможность общения, предпочитая традиционную - речь. Да, это непросто, быть отрытым со всеми своими грехами и прелестями. Даже самым близким людям сложно полностью раскрыться. Иногда страшно впустить кого-либо даже на мгновение. Не только за себя. Не все люди белые и пушистые. Иногда внутри они очень страшные, даже если мухи никогда не обидели. Ты видишь, чего они хотят, их самые жуткие мечты и самые гнусные желания. Я никогда не смогла бы быть ментальным дознавателем. Они видят ужасные вещи. От которых легко сойти с ума. Наш мозг может создать такие картины, которые переплюнут любые ужасы реальных войн или фильмов. Боюсь, Грей сталкивался именно с такой стороной человеческого разума, и я не знаю, что теперь у него в голове.
    - Отец ему показывал… - Легран снова резко замолчал, вглядываясь ей в лицо. – Ты говоришь, ментально врать нельзя? Никак не соврать?
    - Ой, люди! В этом вся наша суть. Нам дали возможность избавиться от лжи, а мы все равно думаем, как бы соврать! – засмеялась Энжи.
    - Это я не о себе! – обиделся парень, - мне интересно просто.
    - Да и я не о тебе, а о человечестве в целом. Нет, ментально мы врать не можем, точнее ты можешь попытаться сказать неправду, но твой партнер сразу увидит, что это ложь, почувствует. Чтобы ложь стала правдой ты сам должен верить, что это правда. Внушение и гипноз никто не отменял, к тому же Врата могут даровать такую способность, многократно усиленную. Такие люди были, гипноз - опасный дар, он может принести вред не только другим, но и самому обладателю. Такой человек может внушить мысль другому человеку, и тот будет уверен, что это истина и его ментальные собеседники тоже будут верить, что он говорит правду. Но если обычный человек не заметит разницы, то ментальные дознаватели сразу увидят внушение или гипнотическое воздействие. И могут убрать «чужую правду». Мы умеем прекрасно врать и не краснеть, язык то без костей, – улыбнулась Энжел. - Врата так и не смогли искоренить ложь и не сделали людей по-настоящему открытыми. Мы все равно врём и прячемся друг от друга.
    Энжи замолчала.
    - А обмен? Энжи, ты знаешь что это? Его все боятся…
    Легран неподвижно сидел на стульчике, одной рукой сжав ладонь девушки, неосознанно поглаживая кончиками пальцев нежную кожу чуть выше запястья.

    [​IMG]


    - Обмен прекрасен, когда ты с человеком един по духу. Это как любовь, только не физическая, а духовная. Полное единение душ и разумов, когда ты сливаешься в одно целое с другим человеком, это бесконечное счастье оттого, что тебя понимают. Это абсолютное доверие и полное взаимопонимание. Ты знаешь о нем все, и он все знает о тебе. Это сложно. Это страшно сначала. Но это прекрасно. После «обмена» вы либо всегда будете близки. Словно возникает некое кровное родство. Либо… «Обмен» напугает, а увиденное в другом человеке шокирует так, что дальнейшее общение может стать невозможным, ибо ты будешь помнить о том, что видел в его душе, в его разуме, в его голове. Дети, подростки часто используют «обмен», дружба, скрепленная обменом, остается на долгие годы, либо сразу приходит осознание, что этот человек не может быть тебе другом. Ты же «сияющий» с рождения, и я удивлена, что ты никогда не использовал «обмен». В подростковом возрасте это намного проще, скелетов в шкафу меньше, тайн тоже, все и так открыты, а обмен помогает понять другого человека еще больше. Взрослея, все больше боишься за свои секреты, и накапливается груз поступков, за которые и перед собой-то стыдно, а уж открыть их кому-либо еще вообще сложно. А ты не сможешь ничего скрыть от партнера по обмену и он от тебя тоже. Обычное ментальное общение не раскрывает тебя полностью, ты показываешь то, что хочешь, и читаешь в другом человеке то, что он тебе позволил. Если он умеет закрываться, а если нет, то потянув за ниточку можно весь клубочек вытянуть и узнать все, что интересует, даже то, что от тебя хотели бы скрыть. А «звать» ты умеешь?
    - Конечно! Это все умеют! - горячо заявил парень.
    - Ну, найди меня! Позови меня, – подзадорила девушка.
    Легран склонил голову на бок, крепче сжал её ладонь. Взгляд под опущенными ресницами потерял четкость, и глаза словно заволокло дымкой.
    - Я тебя вижу… - заулыбался он в неизвестность, - ты очень яркая и светлая. Очень яркая. Мне нравится твоё «сияние».
    Они сплели пальцы, и Легран накрыл другой рукой её ладошку.

    [​IMG]


    - «Слышишь» меня? - он сильнее наклонил голову к плечу, невидящими глазами скользя по стене.
    Энжи засмеялась.
    - Вот ты какой! Настоящий пульсар! А зов тихий совсем… Теперь я тебя найду в любом месте нашей Галактики. И ты очень открытый. Защита совсем слабая, любой дурак к тебе в голову залезет. Кто-то пытался? …Не бойся ты! Я уважаю чужое личное пространство, - успокоила его Энжел, почувствовав, как дернулась рука парня в инстинктивной попытке разорвать «контакт».
    - Я не боюсь! Может, я хочу, чтобы ты узнала, какой я!
    - Ага! И поэтому едва не сбежал! – улыбнулась Энжи. – Не надо кидаться в незнакомый омут с головой. Всему свое время. Я могу научить тебя «звать» так, чтобы тебя «слышали» за сотни световых лет, могу научить защищать свой разум… только не сегодня. Тяжелый денек выдался… - ей снова стало грустно и беспокойно на душе.
    Как там Энрике…
    - Тебя что-то тревожит? Я это чувствую.

    [​IMG]


    - Мальчик меня беспокоит, Легран. Он очень плох. Я понимаю, мы сделали все что могли, но все равно боюсь, вдруг этого недостаточно.
    Парень вздохнул и опустил голову.
    - Я не думал, что меня будет беспокоить жизнь кого-нибудь из них. Это же «немые». А теперь… Я не знаю.
    - А «немой» не человек разве? Это лет сто назад, с появлением Врат и «немых», у людей появились фобии на их счет. Тогда многих пугало то, что они не видят их «сияния» и не «слышат». «Немых» стали бояться, словно это монстры без души и разума. Но сейчас даже детям ясно, что это была ошибка. И эта ошибка стоила людям свободы, а многим и жизни. Тогда настоящую «охоту на ведьм» устроили… Дикость средневековая! Еще немного - и на кострах жечь бы начали. А потом вообще человечество в рабовладельческий строй скатилось. Слава Богу, не все планеты это поддержали, не везде рабство прижилось. И, в конце концов, Федерация вынудила Землю отменить этот кошмарный закон, а потом и другие миры от него отказались. Только ваша Байла все еще живет в прошлом. Я ушам не поверила, когда поняла, что здесь сохранилось рабство, да еще и партнер наш - рабовладелец. И ты туда же!
    Энжи презрительно скривилась.
    - Энж, я же в этом не виноват! – обиделся Легран.
    - Ты принимаешь рабство и поддерживаешь. Бьешь мальчика, Рика, который тебе жизнь спас, за человека не считаешь. Сколько там еще рабов? Им от тебя тоже шокером достается за непослушание?
    Парень молчал. Возможно, впервые он не находил слов, не знал, что ответить.
    «И хорошо, что не пытается оправдываться», - подумала Энжи. Ей не хотелось спорить. Наконец её накрыла волна апатии и усталости, слабость после переливания крови растеклась по всему телу, делая конечности тяжелыми, словно ватными, а долгий разговор утомил Энжел окончательно. Она старалась не зевать и улыбаться, но веки стремительно наливались свинцом, не закрывать глаза и сохранять четкость взгляда стало все труднее.
    Легран осторожно отпустил её руку и вцепился в стульчик, на котором сидел.
    - Ты хочешь, чтобы я ушел? Я тебе неприятен? Ты не сможешь полюбить меня… такого… с таким прошлым… - голос был совсем тих, на Энжел он не смотрел, разглядывая собственные ботинки.
    Энжел приподнялась на кровати и протянула руку к Леграну, поймала его ладонь и сплела пальцы в замок.

    [​IMG]


    - Ты совсем как мальчишка! Я ему о любви к ближнему, а он мне … – устало заулыбалась девушка, разыскивая его «сияние» в ментальной реальности. – «Видишь» меня? Я рядом. Ты хороший, Легран, пусть у тебя не все гладко и полно ошибок, но ты хороший. И все у тебя будет замечательно. Я могу быть тебе другом, Легран. Не уверена, что я вообще смогу кого-нибудь полюбить, а мне бы хотелось, чтобы ты был счастлив, и твоя любовь была взаимна. У тебя обязательно будет потрясающе красивая девушка…
    - Не нужна мне другая девушка! - сердито оборвал её Легран, вырываясь из ментального пространства. Энжи отпустила его руку.
    - Ты мне нужна! Я пытался о тебе не думать все это время, я хотел выкинуть тебя из головы, но не смог! Пытался сбежать от тебя, от себя… но это бесполезно, - он усмехнулся, горько и обреченно. – Я не хочу быть тебе просто другом, и не хочу ни с кем тебя делить...
    Негромко хлопнула входная дверь, Легран замолчал, а Энжи облегченно вздохнула и мысленно поблагодарила Грасса, что он избавил её от нелегкого разговора.
    Ноэль демонстративно прокашлялся и заглянул за ширму.
    Укоризненно покачал головой, мгновенно оценив состояние Энжи. А расстроенную физиономию Леграна просто проигнорировал.
    - Вот что, приятель… Энжел нужен полноценный отдых. Неужели не видишь, что она устала?
    Это был даже не намек, а откровенный пинок под зад.
    - Да, хорошо, я уйду… - Легран поднялся. – Мне уехать, Энжи? - с отчаянной надеждой в голосе произнес парень, всматриваясь девушке в глаза, страстно желая, чтобы она его остановила. Но Энжи промолчала. Ей хотелось остаться наедине с собой и съедавшими её мыслями и тревогами. Она даже улыбаться уже не могла.
    Неожиданно Легран опустился на одно колено у кровати, поймал ей пальчики, и нежно прикоснулся к руке губами.
    - Энжи… Я такой эгоист, прости меня, негодяя. Я вижу, что ты устала, но мне так хочется, чтобы ты меня остановила, не дала мне уехать. А наш строгий доктор отправился бы ужинать в какой-нибудь ресторанчик на побережье. Подальше от медблока. Но он здесь, и если я сейчас отсюда сам не уйду, то Ноэль вытащит меня за шкирку… И в его глазах я не вижу ни грамма сочувствия, а ведь за окном ночь, и дождь хлещет как из ведра.
    - Сочувствия он хочет, - проворчал Ноэль, улыбаясь.

    [​IMG]


    - Дяденька, не выгоняйте меня, на улице холодно… - затянул парень, сидя на корточках у кровати.
    Ноэль рассмеялся, а Энжел вдруг увидела под улыбающейся маской светловолосого красивого парня – маленького одинокого бродяжку на крыльце большого дома.
    А следом волной нахлынули воспоминания: рассказ Леграна о его детстве, неожиданное признание, сумасшедшее желание и страстный поцелуй со вкусом пряностей и ментола. От мыслей жаром полыхнуло в груди, да так, что даже сбилось дыхание, и она невольно облизнулась, засмотревшись на его губы.
    Стоит ей только захотеть и...
    Она смутилась, пытаясь отвернуться и спрятать взгляд под веером ресниц. Но успела заметить, как расцветает счастливой улыбкой парень, словно прочитав её эмоции, нежно прижимая к своей щеке руку, все еще пахнущую сандаловым маслом.
    Ноэль неожиданно смилостивился.
    - Ладно, Легран, если хочешь - оставайся, но Энжел сейчас нужен отдых. Пусть она выспится. А чтобы ты, как кот мартовский, не слонялся у дверей, я тебя уведу к себе в кабинет, там есть диванчик – можешь занять его до утра, я все равно здесь у биокамеры буду дежурить. А завтра можешь развлекать её своим мурлыканьем с утра и до вечера.
    - Окай! - Легран поднялся, осторожно отпустив руку Энжел, как будто она была хрустальной.
    - Ну вот, опять мужчины все за меня решили, - усмехнулась Энжи, глядя на Леграна, который действительно в этот момент напоминал хитрющего зеленоглазого котяру, добравшегося до банки со сметаной. Только усов не хватало. Но воображение Энжел тут же пририсовало ему симпатишные кошачьи усики, и она невольно улыбнулась.
    - Сладких снов! - улыбнулся в ответ парень. - Доктор, я бы тоже мог здесь подежурить… Всё, молчу-молчу-молчу! – замахал он руками и попятился от сердито сверкнувшего глазом Ноэля.
    - Иди, давай! – посмеиваясь, он подтолкнул Леграна к выходу.
    Блондин, не торопясь, направился к дверям, но остановился у стеклянного купола биокамеры. Наклонился над голубоватым стеклом, вглядываясь в лицо юного пациента.
    - Он жив?
    Ноэль подошел и встал рядом.

    [​IMG]


    - Жив. Что, не похоже?
    - Это вода, в которой он лежит – ксилл-гель? - проигнорировал Легран язвительный тон Ноэля.
    - Да, биокамера заполнена ксилл-гелем.
    - А это маска для дыхания? – Легран указал на закрывающий рот, нос и подбородок прозрачный колпак, напоминающий респиратор, плотно прилегающий к лицу и соединенный широким гибким шлангом с корпусом биокамеры. - В маске тоже вода? - пригляделся он.
    - Там тоже ксилл-гель, - поправил его доктор Грасс, - только более насыщенный кислородом. Раствором ксилл-геля можно дышать, ты не знал? В нем кислорода столько же, сколько в горном воздухе, организму хватает, да и легкие очищает отлично. Только вдыхать его первый раз страшно, кажется, что захлебнешься, но это чисто физическая паника. Никакого риска нет. А мальчик вообще был без сознания, так что не испугался даже. Рик его сюда принес еле живого, и сам в таком же состоянии был. Грей его на ранчо забрал, зачем? Чтоб вы над ним поизмываться смогли?
    - Не сделает с ним Грейс ничего…
    - Ты уверен? Рик, между прочим, и тебе жизнь спас, и Энж. Ты сам в пещере был, все видел и на собственной шкуре прочувствовал. И теперь позволишь его угробить за то, что он и парнишке умереть не дал?
    Легран вздохнул.
    - Я понимаю, Ноэль… Не в моей власти изменить порядок вещей в этом мире.
    - Не прикидывайся беспомощной овцой, - жестко хлестнул его Ноэль. Ты можешь быть дерьмом или не быть дерьмом. Выбор невелик. Но он есть.
    - Ноэль! Я то что могу сделать?
    - Ты можешь….
    Энжи закрыла глаза, устав прислушиваться к разговору, и почти мгновенно провалилась в беспокойный сон, в котором Легран продолжал отбиваться от наседающего на него Грасса, где-то рядом хрипло дышал умирающий мальчик, а в темноте дождливой ночи ей мерещилась одиноко бредущая по дороге фигура в грязной промокшей куртке. Она пыталась докричаться, срывая голос, но усталый путник её не слышал, удаляясь все дальше и дальше...
    [​IMG]

    Благодарю Severinka за супер биокамеру, созданную на заказ.
    Fierce - за выполненные на заказ великолепные позы для моих героев.
    JoelFaber за шикарный Portal, ставший прообразом Врат, и имя, позаимствованное для их создателя.
    Спасибо всем креаторам, труды которых использованы в сериале.
    Видеоролик принадлежит неизвестному автору, найдено в интернете.
    *Основано на реальных событиях* - подробнее узнать что такое Меркаба, "Теория Всего" Гаррета Лиси, Бермудский треугольник, тригональная звёздная бипирамида и т.п. можно воспользовавшись поиском или обратившись к Википедии
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  5. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 12 сен 2012 | Сообщение #25
    [​IMG]


    Милое дитя,
    Ты не знаешь ничего,
    Кроме этого холодного мира.​



    Стеклянный купол биокамеры с негромким гудением поднялся.
    - Может зря ты настаивала на такой дозе снотворного? - спросил Ноэль, осматривая мальчика, лежавшего в капсуле, - так бы он проснулся еще час назад.
    - Он бы проснулся внутри биокамеры. Это могло его напугать, он же совсем ребенок. Выдержал бы он еще час внутри, пока выравнивалось давление, и проходила адаптация после ксилл-геля? Может у него клаустрофобия? Я понимаю, это вредно, когда человек спит под воздействием снотворного во время завершения процесса и выхода из биокамеры, но это меньшее из зол. Еще ошейник снять надо. Пусть Кано разберется с этой штукой, пока мальчик спит, так безопаснее для парнишки. Он может испугаться, дернуться, а там тонкая, почти ювелирная работа, опасная для жизни. Не хочу рисковать. Я вызвала Кано сюда. А пока давай перенесем мальчика на кровать.

    [​IMG]


    Ноэль подхватил парнишку и осторожно вынул его из капсулы.
    - Он крепкий парень, кажется худеньким, но мышцы у него есть. Немножко откормить и он еще перегонит всех своих сверстников.
    Ноэль положил мальчика поверх одеяла, тот тут же перевернулся на бок и свернулся калачиком.
    - Хорошая штука, этот ксилл-гель. Ты умница, Энж, что взяла такой большой запас. Посмотри, ни одного следа не осталось, - доктор провел ладонью по спине парнишки, - ни шрамов, ни ожогов, все восстановилось за двое суток в биокамере с ксилл-гелем. Ксилла там – ничтожно малый процент, а какая сила воздействия! А ты представь мощь ксилла, когда он в чистом виде! Это самая потрясающая вещь в Галактике. Энжи, мальчик полностью здоров, я и сам сомневался, что ему удастся выкарабкаться, так плох он был.

    - Последствий не будет? Менингит страшен именно осложнениями, – Энжел присела рядом с кроватью и взяла парнишку за запястье, прислушиваясь к пульсу. Мальчик спал, свернувшись в позе зародыша, и от этого казался еще более худым, маленьким и совершенно беззащитным.
    - Не думаю, ксилл и переливание крови полностью очистили его организм, и следов не осталось. Томограмма тоже показала, что никаких структурных изменений в головном мозге нет. О, вот и Кано! – улыбнулся Грасс. – Ты сквозь дверь просочился? Я даже не слышал, как она открывалась!

    [​IMG]


    - Меня учили быть стремительным, незаметным и бесшумным. Здесь мне не развернуться в полную силу, но не хочется растерять навыки, поэтому приходится всё превращать в тренировку. Я не должен подвести моих великих предков. Мой род очень древний и ведет к самому Хаттори Иэнага из Ига! - Кано горделиво расправил плечи.
    - Освобождаю тебе рабочее место, - Энжел встала со стульчика. – Ты отлично справляешься с поставленными задачами. Твои великие предки могут гордиться тобой.
    - Я сделал пару приспособлений, чтобы нить из ошейника вытащить за минимальное время и без риска. – Кано поставил чемоданчик на стул и начал вынимать из него детали механизма. – Ной, Энж, поддержите парня, он хоть и спит, но ворочаться не должен.
    Энжел и Ноэль послушно следовали всем инструкциям, пока Кано колдовал над ошейником. Десять минут показались девушке вечностью, а Грасс просто взмок от напряжения, как юный ассистент на своей первой операции. Кано же беззвучно что-то насвистывал и, казалось, не испытывал дискомфорта от кропотливой и смертельно опасной работы.
    У Энжи в голове заезженной пластинкой крутилась единственная мысль: «А как Энрике это выдержал?» Ведь это на нем был одет ошейник. И снимали его уже однажды… и он видел, на что способна нанонить, схлопываясь на шее. Затылок от одних только мыслей холодеет, а если ошейник носить…
    Энжел выдохнула и постаралась успокоиться, чтобы рука, поддерживающая мальчика, не дрогнула, и не случилось непоправимое.

    [​IMG]


    Только после того, как извлеченная нить с сухим треском перекусила металлизированный корпус ошейника, и Кано, приложив небольшое усилие, разломал его пополам и снял с мальчика, Энжел успокоилась. Они с Ноэлем одели на парнишку термобельё и уложили на кровать, накрыв теплым пушистым пледом. Всего два дня назад он попал к ним с воспалением легких, а когда проснется – придется идти через улицу до виллы, а там дождь и холод. Не хватало ему еще повторно простудиться.

    У бывших владельцев виллы, которую приобрела Энжел, похоже, был ребенок. Одна из комнат на втором этаже, судя по всему, принадлежала их сыну, он вырос, но в комнате еще остались следы его детских и подростковых увлечений, начиная от мягких игрушек и ростомера на стене, маек местных спортивных знаменитостей с автографами, и заканчивая вполне современной приставкой для компьютерных игр и неплохой гитарой. Огромный телевизор во всю стену, широченная двуспальная кровать и куча фильмов весьма специфического содержания, говорили о том, что сынок довольно рано повзрослел. Энжел, как примерная мамочка, вычистила всю память телевизора от подобной продукции, чем расстроила половину команды, которая только теперь поняла, сколько «интересностей» они упустили, ни разу не заглянув в «детскую», проводя свой досуг в бильярдной или кальянной этажом ниже, или развлекаясь в бассейне.

    [​IMG]


    Комнату решено было отдать мальчику, а Энжел перебралась из своего трейлера на виллу, захватив лишь самое необходимое, и заняла хозяйскую спальню по соседству с «детской».
    За эту пару дней, пока мальчик лежал в биокамере, вся команда успела побывать в медблоке, чем довела сверхчистоплотного Ноэля до белого каления. Каждый хотел посмотреть на юного пациента и принести хоть что-то для него – конфеты и сладости с продуктового склада, модели машинок и прочие безделушки, бережно хранимые как память о собственном беззаботном детстве, чтобы, проснувшись, он почувствовал окружающую его заботу и внимание. Грасс терпеливо выдержал часы посещений, стараясь не ворчать, и не слишком грубо загонять всех без исключения в комнату дезинфекции, прекрасно понимая чувства ребят.
    В команде рейнджеров не бывает детей или подростков. В полувоенных подразделениях это строго запрещено. Но во все времена неугомонные мальчишки самыми невероятными способами умудрялись просачиваться на военные транспортники. Космические волки с особой нежностью всегда относятся к подрастающему поколению, волей случая попавшему в их ряды, и если в какой-либо команде вдруг появляется «сын полка», его история очень быстро обрастает огромным количеством легенд. Таким командам завидуют, а юных рейнджеров буквально боготворят всем космическим флотом, конечно, если незваный гость не начинает проситься к мамочке через пару недель, хлебнув космических будней. Но такое случалось крайне редко. Услышав историю Микки, ребята тут же поставили Энжел в известность, что наплюют на любые запреты и строгую таможню на космодроме, и протащат парнишку на корабль. Никакая самая навороченная охрана, ни она, и никакой «Мистер Крутой Рабовладелец» их не остановит.
    Впрочем, Энжи в этом и не сомневалась. Даже втайне рассчитывала, что в эту лазейку, в случае необходимости, сможет пробраться не один Микки…

    ***

    Ноэль и Кано ушли, а Энжел осталась сидеть у кровати их юного пациента и дожидаться пробуждения, когда действие снотворного закончится. Мальчик крепко спал, тени от длинных ресниц лежали на щеках, от чего лицо казалось немного усталым.

    [​IMG]


    Она все время смотрела на него, ожидая, когда ресницы дрогнут, и он откроет глаза. Но дыхание оставалось таким же ровным и тихим, и она снова мысленно улетала в поисках лазейки из кажущейся безвыходной ситуации.
    И все же она прозевала момент, когда Микки проснулся. Энжел рассеянно разглядывала разноцветные воздушные шарики, принесенные в медблок кем-то из команды, кажущиеся слишком яркими в пастельно-белых тонах кабинета Ноэля. Девушка не сразу осознала, что вдруг наступила почти полная тишина. Она перестала слышать его дыхание, и без того почти неощутимое.
    Обернулась к мальчику и едва не вздрогнула, встретившись с широко раскрытыми яркими голубыми глазами.
    Насыщенная синева сапфира, бледно-небесный цвет топаза, прозрачность голубовато-зеленого аквамарина – словно все оттенки драгоценных камней слились в радужках его глаз. Майк, от природы голубоглазый, не смог бы похвастаться таким изумительным сияющим колором. Взгляд мальчика завораживал: прямой, внимательный, с долькой тревоги, с каплей грустинки, с частичкой удивления. Больше всего Энжел опасалась, что парнишка, очнувшись, будет как загнанный и запуганный зверек, в котором рабство убило все живое. Не верящий людям. Не верящий в себя. Она боялась этого и ждала, ведь Энрике именно такой. Но глаза мгновенно выдали всю суть их обладателя: да, ему было страшно, да, он был растерян, удивлен, боль и печаль уже въелись в его не по-детски серьезный взгляд… Но там было нечто, готовое перечеркнуть все страхи и невзгоды – жажда жизни. Она сияла, расплавленная в этой небесной синеве. Энжи не могла остановиться, она просто сидела и улыбалась, глядя в этот бездонный океан. Такой чистый, такой живой… Улыбалась, и не могла произнести ни слова.

    [​IMG]


    - Ты - Энжел? – легкая вопросительная интонация в голосе. Но он не сомневался, он знал кто она. Это было скорее утверждение, чем вопрос.
    Энжел заулыбалась еще шире.
    - Да, я Энжи…
    - Мне Энрике сказал… - уточнил он и осторожно улыбнулся в ответ.
    - А мне он сказал, что тебя зовут Микеле. Микки… Так?
    - Да… - он медленно обвел глазами комнату. – Я на базе рейнджеров?
    Энжи кивнула:
    - Энрике принес тебя, ты был болен и не помнишь этого, наверное. Что ты помнишь? – осторожно спросила девушка.
    Микки пошевелился и привстал на локте. Другая рука, чуть дрогнув, потянулась к горлу. Туда, где еще пару часов назад серебрился ошейник. Словно не веря, он коснулся пальцами шеи, провел рукой по коже.
    - Его нет? - сомнений в этом вопросе было намного больше, чем когда он поинтересовался - она ли Энжел.
    - Мы его сняли, Микки. Больше эта штука не будет тебе угрожать.
    Он кивнул, в знак того, что все понял, но руку с горла так и не убрал.

    [​IMG]


    - А где Энрике? – Энжи просто физически почувствовала, как все вокруг заискрилось. Вот он, самый главный его вопрос, все слова, произнесенные ранее, были лишь прелюдией. Взгляд стал тревожным.
    «Черт, как я скажу ему, что отправила Энрике в самое пекло».
    Мальчик помолчал, разглядывая её лицо и сел на кровати, обхватив руками коленки. Казалось, он знал ответ, но все-таки ждал, что скажет Энжи.
    - Грейди приехал и увез его, - осторожно сказала она, размышляя, как рассказать ему обо всем случившемся. А о чем умолчать. И как ответить, если она получит неудобный вопрос в лоб, а мальчик, похоже, не боялся прямых вопросов.
    - Он его не убьет, - успокаивая то ли себя, то ли Энжел, произнес парнишка. Попытка улыбнуться после этих слов, закончилась полным провалом, мальчик не смог скрыть тревогу и страх за своего товарища.
    «Как они в этом похожи».
    - Не убьет. Я очень надеюсь, что Грей его не тронет… но ему все равно очень тяжело придется. Он не знает, что ты жив.
    - Он думает - я умер?
    - Когда Энрике добрался до нас, ты был очень слаб. Почти умирал. Он это понимал. Грейди не скажет ему, что ты поправился. Пока я не приеду за ним на ранчо – Энрике об этом не узнает.
    - А я? Ты отвезешь меня туда. Я же здоров и могу вернуться.
    Энжи ужаснулась. Он готов был вернуться. В этот ад. Только чтобы его близкий не страдал там один в неизвестности.

    [​IMG]


    Ей хотелось обнять мальчика, но она не знала, как он на это отреагирует. Она надеялась, что у неё будет больше времени на знакомство, прежде чем состоится этот нелегкий разговор. Не так она представляла его, и не такой реакции ждала.
    - Микки… Энрике хотел, чтобы ты остался здесь, он сам попросил меня об этом. Ты больше не вернешься туда. Я уговорила Грейди продать тебя мне, и он согласился.
    - Нет, - отчаянно замотал головой Микки, - он не мог меня продать. Грейди бы никогда меня не продал, пока... пока Энрике… - он сбился с мысли, растерянно рассматривая свои руки. Затем потянулся и задрал майку, разглядывая бок, чистую ровную кожу, на которой ничего не напоминало об ожогах. Снова уставился на ладони, разыскивая несуществующие более шрамы.
    Поднял на Энжел удивленно-испуганный взгляд:
    - А сколько прошло времени с… с тех пор? Ничего нет… У меня был… - кончиками пальцев он с опаской ощупывал свой бок, словно ожидая боли.
    Энжел снова заулыбалась.
    - Два дня.
    - Два дня? - изумлению Микки не было предела. - Так не бывает! Так быстро даже у… - он резко замолчал.
    Энжи поняла, о чем он едва не проговорился, и заговорщически ему подмигнула.
    - Мы тебя вылечили сразу от всех болезней. Ты два дня спал в специальной лечебной капсуле, там такие сильные лекарства, что могут вылечить всё, практически любые раны затягиваются за несколько часов. А еще у нас в команде замечательный доктор, он и мертвого на ноги поставит.
    - У меня теперь всегда так быстро все будет заживать? – он склонил голову, и глаза его впервые улыбнулись. До этого улыбка жила лишь на губах. Энжи с удовольствием отметила, как быстро парнишка осваивается в незнакомой для него обстановке.
    - Увы, нет. Для этого нужны лекарства.
    - Энжи… Если ты меня отвезешь на ранчо, то Грей Энрике не тронет. И Рикки будет знать, что я жив. Отвези меня, пожалуйста… - голубые глаза наполнились отчаянной решимостью.
    Энжел отрицательно покачала головой.
    - Микеле, это не выход. Ты же знаешь, как Энрике о тебе беспокоится, у нас Грейди до тебя не доберется, и твоему другу так будет спокойнее, он будет знать, что ты в безопасности.
    - А он - нет… И сейчас он не знает, что со мной, - дрогнул голос.
    - Энрике я там навсегда не оставлю, мы что-нибудь обязательно придумаем. Но он не узнает, что ты жив, и о том, что Грей тебя отдал мне, пока не кончится сезон дождей, а это еще две недели как минимум. Это условие Грейди. А потом вы с Риком сможете видеться здесь.
    Микки кивнул, тяжело вздохнул и опустил глаза.
    Энжи пересела на кровать и осторожно положила ему руку на плечо, ожидая, что он вздрогнет или замрет в напряжении, как Энрике обычно. Но мальчик лишь поднял на неё глаза, в прозрачной глубине которых едва уловимо серебрилась слеза.

    [​IMG]


    - Я боюсь за него…
    - Я тоже…
    Страхи с новой силой нахлынули на неё. Энжи понимала, что никто не в силах их развеять. Это она виновата, она поставила Энрике на шахматную доску. Она выиграла партию, пожертвовав им, как пешкой. И что она теперь хочет? Ищет поддержки у мальчика? Ждет, что парнишка, хлебнувший за свою короткую жизнь немало кошмаров, успокоит её?
    - Микки, он выдержит? Ты его хорошо знаешь, он выдержит там… без тебя? Две недели… Или три. Считая, что ты мертв? Думая, что его предали? Он сказал, что живет только ради тебя. Энрике сильный, но он остался сейчас один на один с Грейди, а тот постарается причинить ему как можно больше боли. – Энжел пыталась быть спокойной, чтоб еще больше не напугать мальчика своими страхами, в глубине души понимая, что совершает большую ошибку, спрашивая об этом, пытаясь скинуть свой груз на мальчика. Но беспокойство за судьбу темноглазого парня и угрызения совести просто лезли из неё, грозя перерасти в панику. Что она сделает, если Микки подтвердит её худшие опасения? Она просто не представляет, на что способен Энрике, оставшийся без смысла своего существования. Не наделает ли он в отчаянии глупостей? Как ей это предотвратить.
    Мысли, одна ужасней другой, теснились у неё в голове. Она боялась взглянуть ему в лицо и увидеть в его глазах подтверждение своих страхов.
    «Надо быть сильной».
    Энжел подняла взгляд и окунулась в чистую прохладу голубых озер.
    - Я боюсь за него, - повторила она слова мальчика. - Я обещала Энрике, что не отдам тебя Грейди. Он продал тебя с условием, что Рик от меня ничего не узнает, пока Грей не разрешит. Энрике сейчас очень плохо и очень одиноко без тебя. Я верю, у него хватит сил выдержать эти недели, зато потом, когда он узнает, что ты жив и больше не вернешься к Грейди - он будет счастлив. Он хотел избавить тебя от этой участи. И переживал, что тебе достается из-за него. Понимаешь, если ты останешься у нас – ты подаришь ему свободу. Свободу от страха. Ведь любое его неосторожное действие отражается на тебе. Это самые тяжелые оковы, которые он носит. Ты можешь избавить его от этого груза. А если ты вернешься на ранчо - он так и останется рабом этого страха. В нашем с Грейди договоре тоже есть ряд ограничений: если Энрике погибнет, или попытается сбежать, или накосячит – я сказала ему, что верну тебя. Но, надеюсь, что первое не случится, а на прочие претензии Грея или попытки вернуть тебя, у меня найдется, что предложить взамен. Но тебя я не отдам. Меня только одно пугает - я боюсь, что Энрике может спровоцировать Грейди, боюсь за его жизнь, сам Грей его не тронет. Лишь бы Рик не наделал ошибок, ему сейчас нечего терять.
    Энжи осторожно накинула одеяло на плечи мальчику, слегка его укутав. Он молчал и, не отрываясь, смотрел ей в лицо огромными, немного испуганными голубыми глазами.

    [​IMG]


    - Микки. Ты его знаешь лучше, чем я. Мне нужен твой совет. Я верю в Энрике, надеюсь на его внутреннюю силу, что он сможет противостоять Грейди и не поверит до конца в то, что он будет говорить, а пока жива надежда, хоть капелька, хоть кроха - он выдержит все. Дождется моего приезда. Но я боюсь ошибиться, и моя ошибка будет стоить ему жизни. Он выдержит, Микки? … Или мне надо ехать и срочно спасать парня. Только это будет нарушением договора… и…
    Он опустил голову и еще крепче обнял коленки, прижавшись к ним подбородком. Казалось, еще немного и плечи затрясутся в беззвучных рыданиях.
    - Он дождется… Он мне всегда говорил: держись до последнего, даже когда думаешь, что шансов нет… Только мне все равно страшно. За него. Он там, а я здесь.
    - Мне тоже, Микки. Эти недели и для нас будут испытанием. Грей сюда еще явится, я уверена, он тебя тоже захочет напугать. Чтобы тебе тоже было плохо и страшно. Попытается заставить меня сделать ошибку. Ты должен остаться здесь, что бы он ни говорил, каких бы ужасов не обещал. Тогда Энрике победит, и мы переиграем Грейди.
    - Я понимаю… - он взглянул ей в лицо. Движение, почти неуловимое, скрытое толщей одеяла, в которое она его укутала. Движение к ней. Энжи не стала медлить, она прижала его к себе, вместе с коленками, которые он еще обнимал руками, словно боялся отпустить, вместе с одеялом. Обняла, слегка взлохматив волосы на макушке. Робкое доверие, пробивающееся тонкими ростками сквозь страх, позволило ему лишь уткнуться лбом ей в плечо. Но это уже был огромнейший шаг вперед, который Энжел не ожидала. Так быстро. Наверное, мальчику просто не хватало тепла, человеческого отношения. Один Энрике не мог заменить ему семью, заменить мать. К тому же, зная его замкнутость и опасения навредить, маловероятно, что он часто мог, в открытую, выражать свои эмоции. Но он смог не убить в мальчике жажду жизни и доверие к людям. Неизвестно, что он говорил о ней, но Микки знал про Энжи и её не боялся. Заранее доверял.
    Энжи была благодарна Энрике за такой «аванс». Она крепче прижала к себе парнишку и, осторожно подбирая слова, пересказала ему события последних дней: о чем они говорили с Энрике, договор с Грейди, то, что она ему наобещала, но не собиралась выполнять, даже планы ребят вывезти его (и, конечно, Энрике) на корабле с Байлы на Землю. Она умолчала лишь о том, что на Землю ему надо попасть, чтобы пройти Врата, а не просто получить документы, чтобы летать с рейнджерами, если он захочет.

    [​IMG]


    Обилие свалившейся на него информации ничуть не смутило Микеле. Он словно птенец, открыв рот, готов был поглощать её в неимоверных количествах. Сначала мальчик сидел почти неподвижно, но постепенно энергия, кипевшая в нем, взяла верх над сдержанностью. Он выпутался из одеяла, чтобы оно не мешало ему жестикулировать. Энрике почти не рассказывал о своей жизни у Грейди, замыкаясь в себе и отделываясь дежурными фразами при первых же вопросах, Микки же не стеснялся отвечать и рассказывать.
    Он замолчал лишь однажды, глядя на Энж растерянными извиняющимися глазами, не зная как ответить ей на вопрос об Энрике.
    Она поняла.
    «Это не твоя тайна? Можешь ничего мне не говорить. У всех есть секреты», - сказала она ему, и он облегченно улыбнулся.

    [​IMG]


    Так они просидели два или три часа, забравшись с ногами на кровать, иногда скатываясь в шепот, склонившись друг к другу головами, точно опасаясь, что кто-то услышит. Особенно когда речь касалась Энрике. Это словно стало их общим секретом. Мальчик каким-то внутренним чутьем понял особое отношение Энжи к своему другу. Но говорил о нем мало, стараясь не выболтать чужие секреты, чаще всего на один её вопрос, отвечая десятком своих.


    ***

    Идиллию задушевных разговоров нарушил Майк, ворвавшийся в медблок как огненный ураган.
    - Вот это да! Энжи! Ты посмотри, как он похож на моего младшего брата! – загрохотал он, едва увидев Микки. И тут же протянул парнишке ладонь для рукопожатия.
    - Майкл Райан! Можно просто Майк.
    Микки отпрянул к стене, а Энжи едва не кинулась, как курица-наседка, защищать своего цыпленка от неожиданного и такого громогласного гостя.
    Но Майк был бы не Майк, если бы это его остановило или смутило. Пара фраз и заливистый смех, заставили Микеле осторожно протянуть руку навстречу лапище Майкла.

    [​IMG]


    - Эй, приятель! С такими мышцами ты должен иметь хватку как у рейнджера! – Майк легонько ткнул его пальцем в бицепс. - У тебя же здесь не кисель! Энрике тебя учил здороваться как мужик? У него-то хватка не слабая! Ну, давай! Не подведи своего друга!
    Минут пять они трясли и пожимали друг другу руки, пока Майк не подвел итог:
    - Вот! Теперь ты перед нашим «медведем» Егором устоять сможешь. Молоток! Энжи! Ну, посмотри же! Как он похож на моего братишку. Только он помладше его был, когда я Дэнни видел в последний раз, - Майк, сверкая лучезарной улыбкой, пристроился рядом с Микки, демонстрируя Энж «похожесть». Парнишка несмело улыбнулся в ответ.
    Энжи рассмеялась, рассматривая две пары голубых глаз напротив.
    - Насколько мне помнится, твой братец был рыжий и конопатый.
    - Ну и пусть не рыжий! Смотри, у него даже конопушки есть, - Майк постучал подушечкой пальца Микки по носу.
    - Конопушки, что это? – Микеле растерянно ощупывал свой нос, с недоумением поглядывая на Майкла.
    - Идем, покажу! Хватай меня за шею. Доктор не разрешил тебе вставать с кровати, но я-то могу отнести тебя к зеркалу.
    Пока Микки мешкал, не слишком уверенный в словах Майка, тот подхватил его на руки и поднял с кровати. И тут же стремительное движение вниз, имитирующее падение, заставившее Микеле инстинктивно схватиться Майку за плечи. Энжи только ахнуть успела, а парень уже со смехом поднимался, «зависнув» в полуметре от пола.

    [​IMG]


    - Черт, Майки! Ты даже меня напугал! Хватит дурить! Отпусти Микки! - Она шагнула к нему, но парень с ношей на руках проворно скакнул назад, на манер горного козла, заставив Микки еще крепче вцепиться в него. Развернулся на каблуках, зацепив плечом ширму, так, что Энжи пришлось спешно ловить и восстанавливать пошатнувшуюся конструкцию, а сам исчез за углом, где находился умывальник и зеркало. Наконец-то ширме, с помощью Энжел, удалось восстановить утерянное было равновесие. Девушка, с некоторым опасением, оставила её и добралась до ребят.
    Майк уже усадил парнишку на тумбочку возле зеркала и демонстративно считал веснушки у него на носу.
    - Энж, не сердись, я не хотел разгромить Ноэлю медблок. – Майки смущенно улыбнулся, мгновенно обезоружив грозовую тучу в глазах Энжел. Ей оставалось только укоризненно покачать головой.
    - Я же не виноват, что парнишка наш такой тяжеленный! Я думал, что он весит как бабочка, раз Энрике его столько нес, - хитро подмигнул он Микеле.
    - Микки, этот рыжий конь тебя не напугал своими прыжками?
    Мальчик отрицательно затряс головой. Голубые глаза лучились, словно два маленьких сияющих солнышка.
    - Нет, я в порядке, – произнес он, заставив Энжел улыбнуться знакомой фразе.
    - Тогда я вызову доктора Ноэля, он еще раз тебя осмотрит, а потом отнесем тебя на виллу. Там тебе приготовили комнату, в которой ты будешь жить.
    Майк наклонил голову, дождался, когда парнишка обхватит его за шею, осторожно поднял его и перенес на кровать.
    Пока они ждали Ноэля, Майк успел рассказать кучу историй про своего хулиганистого братишку, оставшегося на его родной планете. Энжи знала, насколько глубоко Майк к нему привязан, как сильно по нему скучает и переживает, что перед этой экспедицией не смог с ним даже проститься. Микки, как губка, впитывал каждое слово, раскрыв рот следил за каждым движением парня, невольно заражаясь его жизнерадостным оптимизмом. Наверняка, он никогда раньше не сталкивался с таким как Майк, в котором до сих пор жил неугомонный подросток.

    [​IMG]


    Они мгновенно нашли общий язык, Энжи даже позавидовала.
    «Майк точно не даст ему грустить».

    Благодарю всех креаторов, чьи труды помогают мне работать над сериалом.
    Еще раз благодарю Severinka за спецзаказ биокамеру: открытый и закрытый её варианты.
    Fierce и Ginara : что бы я делала без ваших золотых ручек и сногсшибательныз поз! Спасибо, что выполняете мои просьбы-заказики. Низкий вам поклон! А так же всем поз-мастерам за ваши работы.
    И как всегда IMHO, автору замечательного "мышонка", которому и посвящена эта серия.
     
    may_korn, MantiCore, Галатея и 14 другим нравится это.
  6. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 11 окт 2012 | Сообщение #26
    [​IMG]

    Ноэль задал мальчику лишь пару вопросов о самочувствии, прошелся по спине и груди прохладным диском стетоскопа, под традиционное «дышите - не дышите», постучал молоточком по коленкам, попросил Микки высунуть язык и сказать «а-а-а», и, сложив руки на груди, обернулся к Энжел:
    - Как я и говорил, пациент абсолютно здоров. Но с обильным питанием я бы повременил, лучше понемногу и часто. Желудок у него уже урчит и требует пищи. Только прошу не кормить мальчугана вашими любимыми cuisses de grenouilles* , а лучше…
    Майк фыркнул, перебивая Ноэля:
    - С каких это пор ты записал меня в любители жареных лягушек в сухарях? Это Энж их обожает, а я эти деликатесы на дух никогда не переносил. По мне так лучше сочный шашлык из коровмота. Микки, ты же не хочешь есть лягушачьи лапки?
    Микеле, который, при словах о жареных лягушках, изумленно вытаращил глаза, спешно замотал головой.
    - И язычок можно спрятать, а то отсохнет, - засмеялся Майк, подмигивая Микки, который до сих пор сидел, высунув язык, после медосмотра. Хитрый Ноэль не сказал ему, что можно закрыть рот и Микеле героически ждал разрешения. Энжи и Ноэль засмеялись вслед за Майклом, а парнишка, ничуть не смутившись, облизнулся и заулыбался вместе с ними.

    [​IMG]


    - Ну что, Микеле, погнали на виллу. Майк тебя донесет к месту назначения, и, НАДЕЮСЬ, НЕ УРОНИТ, - чуть повысила тон Энжел, чеканя последние слова, и сурово глянула на неугомонного Майкла. Парень начал шутливо прятаться от Энжи за широкой спиной Микки, чем вызвал у всех новый взрыв смеха.
    - Лучше поторопитесь! Дождик взял тайм-аут, по крайней мере, промокнете только до колена, а не по уши, - Ноэль кивнул в сторону дверей.
    - Отлично! Упакуйте мне хлопца! – мгновенно откликнулся Майкл.
    Микки, как куклу, закутали в одеяло. Если он и был не слишком этим доволен – то виду не подал. Майк подхватил «кокон» на руки и бодрой рысью устремился к вилле. Едва они забежали в двери, как утихший на время дождь хлынул с новой силой.
    Компания поднялась на второй этаж, миновала пустой холл, большую «хозяйскую» спальню, где недавно обосновалась Энжи, и, наконец, добралась до «детской». Майк прошелся со своим «коконом» по периметру комнаты и, закончив краткий осмотр владений, усадил свою ношу на кровать. Микки с удовольствием выпутался из одеяла и, буквально открыв рот, стал изучать окружающее пространство.
    - Твоя комната! Располагайся.
    Майкл подобрал с пола пушистого ушастого зайца и бросил его Микки. Тот автоматически поймал игрушку.
    - Отличная реакция! – похвалил его Майкл.
    Парнишка довольно заулыбался.
    - Хорошо, парни, я пойду, принесу вкусную и здоровую пищу для нашего бойскаута, а ты, Майк, помоги ему здесь освоиться. И не стрескай у него все конфеты! – усмехнулась Энж, заметив, что Майк открыл коробку на столе, и приготовился положить себе в рот шоколадный шарик. - Ну ка, неси сюда коробочку!
    Рыжий шкодник тут же вручил конфету Микки, а следующую пару отправил себе в рот, потирая живот и приговаривая, что он проверяет, не лягушки ли это в шоколаде. Микеле снова сделал огромные глаза, с опаской поглядывая на лакомство.

    [​IMG]


    - Это просто конфеты, - улыбнулась Энж. - Только не увлекайтесь сладким, а то Ноэль нас убьет. Ты пробовал шоколад, Микки?
    Парнишка энергично кивнул.
    - Пробовал, Грей мне давал. Два раза, - он засунул конфету в рот и невнятно пробормотал, - только они были совсем другие. Такие я в первый раз ем…
    Энжи улыбнулось, а сердце невольно сжалось.
    Ну, ничего, в ближайшие дни у него много чего будет «в первый раз». Самое главное, что он не боится всего нового, не прячется и не замыкается в себе. Она видела, что он немного испуган, даже ошеломлен, но все равно держится отлично. Не каждый взрослый готов к таким резким переменам. А он готов, и она была этому очень рада.

    ***

    Дни перестали тянуться как бесконечная лента конвейера, и неожиданно ускорили ритм. Время превратилось для Энжи в беговую дорожку, её черная лента неслась под ногами с сумасшедшей скоростью, она боялась замешкаться и притормозить даже на секунду, словно любое промедление грозило ей падением и катастрофой. В сутках вдруг оказалось слишком мало часов. Она впервые не успевала. Время, как вода, стремительно утекало сквозь пальцы. Ей с трудом удавалось разрываться между расчетами, обработкой новых данных, кучей текущих проблем, ежедневными звонками Леграна, назойливым обществом Грейди, который чуть ли не ежедневно прилетал на базу и проводил по два-три часа в лаборатории, старательно вникая в подробности поисков и рассматривая 3D-карты. Он ни разу не взял с собой Леграна, ни разу не упомянул про Энрике, ответив лишь раз на прямой вопрос Энж: «Что с ним?» – «Не беспокойся, он живучий, как собака». Лишь раз спросил про Микки, жив ли он, и больше им не интересовался.
    Отношение к нему команды сильно изменилось за последние дни. Ребята были предупреждены Энж, не выказывать ему явно свой негатив, ибо она опасалась, что их недовольство Грейди отольется Энрике.

    [​IMG]


    Хуже всех держался Майкл. И еще Ноэль. Но если Ноэль пыхал в его сторону едва сдерживаемым ядовитым дымом, словно дракон, скрывающий свою огненную мощь и ждущий часа, чтобы прожарить врага до хрустящей корочки. Майк же просто попросил Энж по-возможности не давать им пересекаться на одной территории.
    «Или я его пришибу ненароком».
    Грей не мог не чувствовать изменившуюся атмосферу вокруг своей персоны, и с каждым днем, туча, окружающая его, становилась все темнее.
    Энжел прекрасно понимала Майкла и своих парней.
    Неожиданное появление на базе Микки стало для всех приятным сюрпризом. Мальчишка оказался ярким солнечным лучиком, разбившим дождливые будни. Она заметила, что парнишка немного побаивался мужчин, безоговорочно доверившись только Майку, который воспринимал его как младшего брата.
    Для Микки эти дни были полны открытий.
    Вода. Он обнаружил, что воды может быть больше, чем по колено, и просто влюбился бассейн, проводя там по несколько часов. Парнишка быстро научился плавать, нырять, и с удовольствием играл в водное поло с ребятами. К удивлению Энжел, он умел читать, считать и писать, много чего знал из истории Земли догалактического периода, но почти ничего - о современном мире. Представление о Вратах у него было довольно негативное и путанное. Энж скачала кучу программ по экспресс-образованию, чтобы он смог восполнить пробелы. Он не проходил Врата, и не был готов в полной мере воспринимать такие уроки, точнее его мозг не мог усвоить всю предложенную информацию, но его жажда знаний, нового, детская способность впитывать все как губка, во многом ему помогали. Он с удовольствием хватался за все, что ему предлагали: будь то краткий курс астрономии и история покорения Галактики, или обучение основам компьютерной техники, видеоигры, плавание, футбол. Он даже успевал поковыряться вместе с Майклом в его мотоцикле. А в моменты редких перерывов в бесконечном дожде - покататься с ним по залитой водой трассе на мощном байке… Пока Энж не прознала об этом и не пресекла опасные забавы.

    [​IMG]


    Мальчик мимоходом, не прилагая ни малейших усилий, влюбил в себя всех без исключения. Ребята с интересом смотрели вместе с ним обучающие программы, отвечали на сотни вопросов, играли, проказничали, как обычные подростки, с удовольствием окунувшись в детство. Энжи была рада, что ему не дают скучать, а насыщенный новой информацией и делами день не позволяет разрастаться тревогам и страхам за оставшегося на ранчо друга.
    И только ночью…
    Чутье снова её не подвело, подсказав ей переехать из трейлера на виллу.
    Спал Микки плохо. Она понимала: условия, в которых он жил, не могли не искалечить его психику. И если днем он вел себя как обычный тринадцатилетний подросток, то ночи заканчивались тем, что Энжи, разбуженная его кошмарами, спешила в комнату к мальчику. Микеле часто просыпался с криком и долго не мог прийти в себя, дрожа всем телом. Он не плакал, нет, глаза были сухими, но его трясло, как после хорошей истерики. Он не рассказывал, что ему снилось, просто прижимался к Энжи, обняв её за шею и уткнувшись лицом в плечо, пока не проходила дрожь, и он не успокаивался и не засыпал в этой же позе прямо у неё на плече. Энжел осторожно укладывала его в кровать, укрывала одеялом, и долго сидела над ним, перебирая мягкие как шелк пряди. Иногда он вздрагивал и просыпался еще несколько раз за ночь, но, успокоенный её присутствием, снова засыпал.
    Энжи не ждала, что кошмары быстро прекратятся, но её радовало уже то, что они врывались в его сны хотя бы не каждую ночь.

    [​IMG]


    ***

    Постепенно налаживающуюся жизнь едва не испортил Грей, в конце второй недели потребовавший показать ему Микки. Как назло Майкла не было на базе, он улетел в горы заменить сейсмограф.
    Энжел отвела Грейди в кабинет на втором этаже виллы и отправилась разыскивать Микеле. Она нашла его в спортзале, где Егор обучал его приемам рукопашного боя.
    Взмокший от усердия, но довольный, Микки, под руководством громилы Егора, колошматил манекен, отрабатывая удары.
    - Микки, Грей хочет видеть тебя. Он наверху, в кабинете.
    Парнишка мгновенно напрягся.

    [​IMG]


    Наскоро вытерся полотенцем и натянул чистую футболку.
    Они поднялись наверх. Чем ближе становилась дверь кабинета, тем медленнее он шел. Энжи казалось, что она слышит, как бешено колотится его сердечко.
    - Микки, - она остановила его и развернула к себе, - ничего не бойся, слышишь! Я не позволю ему тебя обидеть. Он попытается тебя напугать, может быть, будет говорить про Энрике всякие ужасы. Он Ничего Ему Не Сделает. Запомни. Самые страшные угрозы - просто слова. Если он пришел сюда к тебе – значит, Грей чувствует, что проигрывает. Он не сломал Энрике, ему больше нечего делать, он бессилен. Он попытается задеть тебя. Я не знаю, что он хочет и что за игру придумал – но Энрике сильнее его. И ты тоже. Что бы он сейчас не сказал и не сделал – мы уже победили. Не бойся его, мой мальчик.
    Она взлохматила ему волосы и убрала чуть влажную, после занятий спортом, челку со лба, открывая лицо.
    - Не бойся смотреть ему в глаза.
    - Я понимаю, - Микеле улыбнулся, но в глубине ясных голубых глаз по-прежнему жил страх.
    - Идем.
    Она толкнула дверь в кабинет, пропуская Микки вперед.

    Кто бы сомневался! Грей в своем репертуаре.
    Он по-хозяйски расположился в кресле за её столом, водрузив остроносые сапоги на лакированную поверхность из дорогого дерева. В пальцах Грейс вертел инкрустированный золотом старинный перьевой «Паркер», украшение со стола Энжел.

    [​IMG]


    Они вошли в кабинет и оказались перед Грейди, как школьники у доски. Микки чуть впереди, она слегка касалась его плеча рукой. Мальчишка замер и немного подался назад, прижавшись к ней спиной. Грей самодовольно улыбнулся.
    Энжи даже растерялась от такой бесцеремонной наглости, она лишь успела открыть рот, желая осадить наглеца, но Грейди и тут её опередил. Не дожидаясь гневного окрика Энж, он легко, словно играючи, убрал ноги со стола и через мгновение оказался перед ними.
    В следующий момент, ручкой, которую он предусмотрительно прихватил с собой, поднял Микки за подбородок, заставляя его смотреть ему в глаза.
    Самодовольная улыбка не сползла с его лица, даже когда Энж, довольно грубо, оттолкнула его руку, едва не выбив ручку, но он удержал её, и начал демонстративно крутить изящный корпус в пальцах, словно собирался показывать фокусы.

    [​IMG]


    - Не надо так нервничать, я просто устал ждать, - Грей растягивал слова и говорил нарочито медленно.
    - Убери ручку, - голос Энж был полон едва сдерживаемого негодования.
    - Ты же не думаешь, что мне хочется к ним руками прикасаться, - усмехнулся Грейди, внимательно рассматривая мальчика. - Как вы его откормили. Выглядит чересчур сытеньким. А ты боялась, что щенок сдохнет!
    - Ты что хотел от него? Посмотрел? Убедился, что он жив?
    Энж не была расположена продолжать разговор в таком тоне.
    Грей проигнорировал и её тон и её слова, продолжая удавом смотреть на парнишку.
    Энжи чувствовала, как Микки словно окаменел, прижавшись к ней спиной. Она крепче обняла его за плечи, но ей пришлось слегка податься назад от нависшего прямо над ним Грея. Отступить. Грейди не замедлил еще шире растянуть губы в улыбке, заметив это движение.
    Наступила минута молчания. Грей демонстративно разглядывал мальчика, а Энж с вызовом смотрела ему в лицо. Микки стоял впереди, по-прежнему высоко подняв подбородок, словно ручка все еще удерживала его. Казалось, он не дышал. Лишь биение сердца выдавало присутствие жизни в замершем теле.
    В стальных глазах Грейди сверкнула искорка, он перевел взгляд на Энж и нагло улыбнулся.
    - Я хочу кое-что забрать. Вот это! – и он ткнул ручкой в Микки. Золоченый корпус «Паркера» едва коснулся груди мальчика, но Микеле дернулся так, словно получил удар электрошокера.
    Энжи не видела, куда указывала ручка в руках Грейди, но прекрасно все поняла.

    [​IMG]


    Черный костяной медальон в виде когтя на кожаном шнурке.
    Энжи нашла его в кармане плаща, в котором Энрике принес Микки на базу.
    - Это твоё, наверное? Энрике не зря принес коготь вместе с тобой, - спросила она, отдавая простенькое украшение Микеле.
    По тому, как радостно загорелись его глаза, Энжел поняла, что не ошиблась.
    Микки сразу зажал в кулаке костяной медальон.
    - Этот коготь принадлежал Энрике, а он подарил его мне. Смотри!
    Взял руку Энжел и вложил в неё коготь, заставив сжать пальцы в кулак, как только что сделал он.
    - Чувствуешь? Он теплый. Так можно передавать тепло друг другу. Я дарю тебе своё тепло!
    Энжел улыбнулась серьезности, с которой Микки произнес эти слова.
    Она раскрыла ладонь, заново рассматривая черный талисман. Украшение очень старое, затертое временем. С одной стороны когтя с трудом просматривались какие-то слова. Буквы не просто стерлись от времени, но и старательно зацарапаны каким-то острым предметом, от них явно пытались избавиться.

    [​IMG]


    - Что здесь было написано?
    Микки заглянул ей в ладонь, словно впервые увидел коготь.
    - Не знаю. Так было всегда. Энрике говорил, что тут написано его имя.
    Энжи присмотрелась. В верхней строчке с большой натяжкой можно было заподозрить почти затертое слово – Энрике. Три слова ниже были практически не читаемы.
    - Это он его стер? Оно зацарапано специально.
    Микки удивленно поднял на неё глаза, видимо это никогда не приходило ему в голову.
    - Я не знаю. Энрике никогда не говорил. Это его талисман, и он у него очень давно. Он привез его сюда с другой планеты.
    - Хорошо, поинтересуюсь потом у самого Энрике, что написано на его медальоне.
    Она подержала коготь в кулаке и передала его Микки, повторив «ритуал».
    - Я дарю тебе своё тепло.
    Микеле радостно улыбнулся и нацепил его себе на шею. Больше он его не снимал.

    ***

    Похоже, не только Энжи знала, что значит это украшение для Микки и Энрике.
    Она не сомневалась, ручка в руках Грейди указывала точно в черный костяной коготь.
    - Энж, ты же не откажешь мне в этой мелочи, - прервал Грей затянувшееся молчание.
    - Зачем он тебе? - Энжел прекрасно понимала, что торговаться бесполезно: клещ уже вцепился в свою жертву.
    - Хочу привезти одному уроду доказательства, что его щенок сдох.
    Грей, каждым произнесенным словом, словно проверял, сколько она ему еще позволит.
    - Но… Можешь оставить себе, если хочешь, я не настаиваю, - голос лился сладкой патокой.
    Он ставил её перед выбором. Энжел понимала, чем закончится для Энрике визит Грейди на базу.
    Болью физической или болью душевной.
    А выбрать должна она.
    Она сделала еще шаг назад, разворачивая Микки лицом к себе. Бледный, нижняя губа едва заметно подрагивает. Как только Энж повернула его к себе, он автоматически поймал коготь в кулак, сжимая его так, что побелели костяшки пальцев.
    - Я верну его тебе, обещаю.
    Она протянула руку. Голубые глаза отчаянно умоляли не отнимать у него талисман.
    Но она молчала. Микки с ужасом взглянул на раскрытую ладонь… и снял шнурок с шеи.
    Осторожно вложил коготь и шнурок ей в руку. Энжел зажала медальон в кулак и перевела взгляд на Грейди.
    - Вернешь, - бросила она ему.
    Холодная сталь глаз, довольная улыбка, краткий безмолвный кивок.

    [​IMG]


    Энжел вытянула руку и выпустила черный груз старого медальона. Коготь закачался на ремешке в полуметре от груди Грея. Тот не торопясь вытянул руку и двумя пальцами брезгливо взялся за шнурок. Девушка помедлила и отпустила кончик ремешка, который еще держала в руке.
    Грей небрежно сунул талисман в карман и довольно усмехнулся.
    - Я попрошу, чтобы тебя кто-нибудь добросил до парковки, – холодно произнесла Энжи.
    Прошла через комнату к столу и нажала кнопку селектора.
    - Кто свободен? Прошу отвезти господина Келлена от виллы и до парковки к его флаеру. Гость нас покидает.
    Она даже не дослушала, кто отозвался, и шагнула к дверям, увлекая Микки за собой.
    - Спускайся, сейчас ребята подъедут, - бросила она через плечо.
    - Можно и повежливей! - насмешливо крикнул ей в спину Грей.
    - Ты же не рассчитывал, что я буду в восторге от твоих фокусов, - не оборачиваясь, буркнула Энжел и покинула кабинет.
    Увела Микеле в его комнату и плотно закрыла за ними дверь.
    - Микки…
    Но он уже не слышал. Его хватило только дойти до кровати, упасть пластом и уткнуться лицом в подушку. Из глаз текли горькие слезы, плечи сотрясались от беззвучных рыданий.
    Энжел молча сидела рядом с ним на кровати, давая Микки возможность выплакаться.
    Наконец, он приподнялся и сел, пряча покрасневшие глаза.

    [​IMG]


    - Микки… Я хочу, чтоб ты понял, что сейчас произошло... Один из великих полководцев Земли, Наполеон, однажды сказал: «Можно выиграть бой, но проиграть сражение; можно выиграть сражение, но проиграть кампанию; можно выиграть кампанию, но проиграть войну». Грей сейчас горд и доволен, он выиграл этот бой, но войну он уже проиграл. Он использовал свой последний шанс. Больше у него ничего нет против Энрике. Ничего. Рано или поздно Грей поймет, как он ошибся, отдав тебя, погнавшись за минутным желанием причинить Энрике боль, но в итоге получил Рика, который ему подвластен, но больше его не боится. Не боится за тебя, потому что ты – в безопасности. Но и Рика мы вырвем из его лап, это я тебе обещаю. Плохо, что Грей ненавидит Энрике до такой степени, что теряет разум, и в такие моменты способен на необдуманные поступки. Я этого боюсь. Грей обвиняет его в убийстве. Я не верю, что Энрике мог убить…
    Микеле поднял на неё глаза, полные слёз:
    - Он меня защищал. И убил охранника. Потому что он… Потому что он… - голос опять задрожал.
    Энжи придвинулась поближе и осторожно обняла мальчика, прижимая его к себе.
    - Микки, я бы тоже за тебя убила, - прошептала она, целуя его в макушку.
    Они просидели, обнявшись и разговаривая по душам, еще пару часов, пока слезы не высохли не только на щеках, но и в душе.
    Странно, но после встречи с Грейди Микки больше не просыпался от кошмаров, а спал спокойно всю ночь. А Грей больше не приезжал.

    ***

    Дождь лил как из ведра, не останавливаясь, уже три недели с тех пор, как Энрике принес Микки на базу. Терпение Энжи давно подошло к концу. Она каждое утро просыпалась с мыслью, что сегодня она наплюет на все и поедет к Грейди на ранчо, выдумав причину, по которой им срочно нужна помощь Энрике на базе. Но каждый раз останавливала себя, убеждая, что надо выждать еще немного.
    И все же час «Х» наступил неожиданно.
    К утру небо словно стало выше на пару километров, тучи больше не давили всем своим весом на залитую водой планету. Они воспарили, став огромными белыми и пушистыми монстрами с темно серым брюхом. Эти колоссы медленно плыли высоко в небесах, толкаясь толстыми попами. Их нестройные ряды то и дело пробивали солнечные лучи, скользя по земле узкими полосами света, исчезая и вновь появляясь в другом месте. Дождь не прекратился, нет, но стал теплым, а капли - крупными и звонкими. Монотонный шум ливня, сменился барабанной дробью капели.

    [​IMG]


    Рейнджеры, удивленные, высыпали на улицу, с удовольствием шлепая по лужам и подставляя лица каплям, размером с небольшое яйцо. Вздрагивали и хохотали от души, когда такой снаряд приземлялся точно за шиворот или на нос. Микки носился между парнями как довольный щенок, которого наконец-то выпустили погулять.
    Ему впервые выпала возможность показать свои познания об этом мире, и он, не уставая, повторял всем интересующимся, что до конца сезона дождей осталось не более недели, и ливней больше не будет, а только «небольшой» дождик, или, как его называют на Байле - каплепад, радуги и солнце. Именно радугИ, потому что они всегда появляются как минимум две сразу, а то и больше…
    Традиционный звонок Леграна Энжел не удивил.
    Она молча выслушала его речь.
    Микеле быстрее всех сообразил, что разговор не обычный, и с тревогой уставился на Энжи. Да подоспевший Майк, склонив голову к плечу, вглядывался в неизвестность. И чем дольше Энжел молчала, тем сильнее парень сдвигал брови, а лицо становилось все более недовольным.
    - Согласна. Скоро приеду, - только и произнесла Энж.
    Микки испуганно переводил взгляд с неё на сердитого Майкла, который уже получил от девушки ментальную картинку, и, похоже, она ему совсем не понравилась.
    - Что случилось? - Микки поймал её за руку и нетерпеливо подергал.

    [​IMG]


    - Я могу забрать Энрике прямо сейчас, если поеду с Леграном и Грейди на неделю отдохнуть на побережье. Либо они едут туда одни, а Энрике отправят в какой-то «концлагерь», под присмотр на время их отъезда. Всех оставшихся стариков мы с ранчо уже вывезли, я арендовала небольшой пансионат за пару тысяч километров отсюда и наняла людей, чтобы за ними ухаживали и кормили. Рик уже несколько дней на ранчо один.
    Теперь Грей, Легран и Дамон собрались на отдых. Грей хочет, чтобы его забрал какой-то приятель его отца на время их отсутствия…
    - Марио, – выдохнул Микки еле слышно.
    - А умница Легран предложил другой план - Рика мы забираем на базу, но я еду с ними развлекаться.
    - Ты же не хочешь... – выдавил Майк возмущенно.
    - Не хочу… Но поеду.

    * (фр. «лягушачьи лапки») – точнее, лягушачьи окорочка, потому что именно верхнюю часть лягушачьих ножек используют в приготовлении. Это один из самых известных деликатесов Франции. Как правило, их жарят и панируют в сухарях или муке.

    Благодарю Severinka за спецзаказ - черный коготь. Ирина! что бы я делала без твоих золотых ручек! а также за великолепные объекты из мастерской, использованные в сериале.
    Ginara - огроменное спасибо за твой талант и потрясающие позы.
    Fierce, Дашенька, прости меня пожалуйста за досадную ошибку, что твои труды приписала другим людям.
    Приношу извинения всем, кого ввела в заблужение, особенно автору - Fierce, мне оч. стыдно. Поза для Грейди за столом и вообще все позы в кабинете, и с предпоследнего скрина (Энжи) принадлежат Fierce. Вот я ворона... [​IMG] Мне очень стыдно, что я так безответственно отнеслась к твоей помощи и, более того, к моим самым любимым скринам в серии, от которых я в полнейшем восторге.. и.. Прости меня, солнышка. [​IMG]
    Благодарю IMHO и других креаторов за великолепные позы, объекты, текстуры и т.д.
     
    may_korn, MantiCore, Галатея и 15 другим нравится это.
  7. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 11 ноя 2012 | Сообщение #27
    [​IMG]


    Скрежет поворачивающегося в замке ключа.
    Энрике открыл глаза.
    «Легран. И не один».
    Блондин в последние дни сам «следил» за ним, предупреждая о своем появлении нарочито громкими звуками. Грейди, наоборот, всегда старался входить бесшумно, словно пытаясь этим элементом неожиданности на чем-то его подловить.
    На чем? Что он ждал от него, скованного наручниками и запертого в клетке? Ждал, что Энрике, как Халк, разнесет свою узницу по прутику? Это ему не по силам. И смысл?
    Ему все также некуда бежать. Только теперь еще и незачем.
    Если б он мог умереть…
    Проклятые Врата!
    Энрике поднялся и сел. Свел руки за спиной, позади вбитой в деревянное ложе кровати цепи, просунул свободную кисть в кольцо наручника. Непроизвольно сморщился от боли: второй браслет, крепко затянутый на другом запястье, мешал кровообращению, рука затекла и онемела. Заныли потревоженные резким движением раны, и Энрике привычно загнал боль вглубь, стараясь не обращать на неё внимание.
    Дверь со скрипом отворилась, из дальнего конца коридора до него донеслись шаги. Сердце ухнуло вниз с головокружительной высоты. Стук каблучков разбил тишину на тысячу звенящих эхом осколков.

    [​IMG]


    Все ближе и ближе.
    Сердце вторило шагам, каждый новый удар был все более гулким и болезненным.
    Энрике скользил взглядом по камню пола, пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, рассматривая трещины и сколы в плитке.
    Не думать… Просто отключиться от всего. Может быть, лучше ничего не знать?
    Все эти дни он лишь желал увидеть её и спросить: «Это правда?»
    Он верил… И не верил Грею… Разум говорил, что это правда, и Микки умер. Энрике прекрасно понимал, в каком состоянии он принес его на базу. Почти за гранью. Оттуда не возвращаются. Хотя Ноэль и говорил, что мальчик поправится. Успокаивал, наверное, как добрый доктор родственника смертельно-больного пациента.
    Энрике и самому нелегко далось это «путешествие». А возвращение, тем более не принесло ничего хорошего. Озлобленная охрана, которой, похоже, весьма несладко пришлось, когда Грей узнал о побеге, сразу же попыталась выместить свою ярость на нем. Но Грей рявкнул так, что парни, поджали хвосты и не посмели его бить, хотя руки у них явно чесались. Они лишь нацепили на него наручники, жестко затянув их, и бросили в подвале особняка Грейди словно куль с мукой. Энрике не знал, сколько он пролежал на холодном полу, мучаясь от боли в немеющих руках, то проваливаясь в кошмарное забытье, то возвращаясь в такую же жуткую реальность. Охранники, насколько понял Энрике, приставленные Греем дабы проследить за тем, чтобы он не загнулся окончательно, через пару дней отнюдь не подобрели, и, в отсутствие Грейди, устроили одну из своих садистских забав с купанием в баке. Неизвестно, когда и чем бы она закончилась для Энрике, если бы не Легран. К его удивлению, блондин остановил их игрища, увел и запер истерзанного полуживого Энрике в камере барака, забрав ключ себе. По крайней мере, там они не могли до него добраться. Жесткая деревянная скамья вместо кровати, тощенькое одеяло и подушка – не бог весть какая роскошь, но впервые, с тех пор как он вернулся на ранчо, Рик смог нормально выспаться.
    Не прошло и двух дней как Грейди явился по его душу.
    Поняв, что Энрике уже «вменяемый», принялся в красках расписывать, как привезет «щенка» на ранчо и устроит образцово-показательную порку.
    «Ему повезет, если он сдохнет раньше. Надеюсь, ты молишься именно об этом?»
    И уехал, оставив Энрике метаться в клетке как зверя.

    [​IMG]


    Когда Грей, довольный и улыбчивый, явился снова, Энрике с ужасом понял, что для него наступил «день сурка». Те же слова, те же угрозы, те же страхи. И ожидание неизбежного конца.
    Грейди каждый раз обещал, что привезет его «сегодня», но каждый раз возвращался один.
    И «сегодня» откладывалось на «завтра», принося кратковременное облегчение, за которым следовало сводящее с ума ожидание.
    Дни слились для Энрике в один большой кошмар. Он хотел, безумно хотел увидеть Микки, убедиться, что он жив, и вместе с тем боялся этого, потому, что знал, чем станет для его Мышонка возвращение на ранчо. В том, что мальчик вернется, Энрике почти не сомневался. Энжи не удастся его оставить, даже если она захочет.
    «Она обещала, она не отдаст его…» - стонало сердце в какой-то слепой надежде. Но разумом он не верил, что это возможно.
    А потом… Потом Грей привез его «коготь», сказал, что рейнджеры вернули его вместе с телом.
    «Щенок сдох, что и следовало ожидать, мне даже жаль…» - тихий шепот Грейди до сих пор стоял у него в ушах.

    [​IMG]


    Энрике не произнес ни слова, ничего не сделал и никак не отреагировал на это, хотя все внутри него рвалось и корчилось в муках, требуя прекратить дальнейшее его бессмысленное существование.
    Грей какое-то время стоял, смеялся и что-то говорил. Но Энрике его не слышал, не понимал ни слова, глядя невидящими глазами мимо него. В конце концов, взбешенный молчанием Грей со всей силы пнул по решетке и вызвал охрану. Энрике было все равно, будут его бить или нет. Его безразличие лишь подлило масла в огонь. Подручные Грея, с его молчаливого одобрения, проявили максимум усердия. Рик не защищался и не старался увернуться от ударов, сыпавшихся на него. Он просто ждал, пытаясь сдержать рвущиеся из нутра стоны, пока не провалится в черную спасительную пелену, унесенный водоворотом боли.
    Ведро воды ненадолго привело Энрике в себя, когда двое келленовских громил прикручивали его наручниками к решетке.
    «Это последнее, что у тебя осталось, но и это ты не получишь, и никогда не узнаешь, где я сжег труп твоего дружка», - Грейди сунул костяной медальон прямо ему в лицо, а затем привязал шнурок с когтем к прутьям в соседней камере-клетке.
    И ушел.
    Кто-то из охранников шарахнул его на прощанье электрошокером, и он снова погрузился в вязкую темноту.
    Очнулся Энрике от острой боли в боку. Чьи-то руки грубо подняли его со скамьи и привалили к решетчатой стене. Рик с трудом разлепил глаза. Во рту все еще чувствовался вкус крови, губы ссохлись, а горло распухло так, что он не смог даже застонать. Размытая фигура, выдернувшая его из тьмы забытья, обрела, наконец, четкие контуры.
    Легран. Блондин освободил его запястья от наручников и сунул ему кружку с водой. Затекшие руки не слушались, кружка упала и вода разлилась по каменной плитке.
    Легран негромко выругался.
    Энрике чувствовал, как жажда раскаленными когтями вцепилась ему в горло. Пить хотелось просто до одурения. Даже сильнее, чем умереть.

    [​IMG]


    К его удивлению, Легран принес еще кружку воды, но не рискнул снова дать в руки. Сам поднес её к губам Энрике и терпеливо ждал, пока он напьется. Еще раз сходил за водой, догадавшись, что одной кружки слишком мало, чтобы утолить сжигавшую все его существо жажду. Принес тарелку с едой, но Энрике есть не стал: не было ни сил, ни желания. Легран оставил её на краю жесткой деревянной скамьи, на которой сидел Энрике, снова нацепил ему наручники, приковав его к толстой цепи, соединявшей стену со скамьей, но затягивать их, как было, не стал.
    - Надумаешь есть – сможешь одну руку вытащить из браслета, только потом снова надень, если не хочешь от Грея огрести, - хмуро проронил Легран, - понятно?
    - Да… Спасибо… - хрипло проскрежетал Энрике.
    Легран усмехнулся. Постоял еще немного, разглядывая его как паука в банке, снова принес воды, поставил рядом с тарелкой и, наконец, ушел, оставив его в одиночестве.
    Энрике осторожно вытащил кисть из браслета, поправил второй, чтобы он не врезался в кожу, и лег на бок, пытаясь отключиться. Но не смог.
    Мешало негромкое, но навязчивое позвякивание. Коготь.
    Дотянуться до него было невозможно, он мог лишь смотреть на покачивающуюся на сквозняке черную кость. Тихий стук по металлу прутьев сводил с ума, заставляя его затыкать уши, чтобы не слышать, закрывать глаза, чтобы не видеть.
    Но что можно сделать, чтобы не думать?
    Последующие дни слились для него в невнятное серое нечто, терзающее душу тихим стуком кости по железу. Он почти не спал, беспрестанно, до головной боли, прислушиваясь к негромким звукам, доносящимся из соседней клетки. Отвлекаясь, лишь когда кто-нибудь приходил и нарушал эту, сводящую с ума, позвякивающую тишину…

    ***

    Звенящее безмолвие разлетелось вдребезги под её каблучками.
    Она пришла.
    Только сейчас он понял, что все это время не верил Грейди, оставляя себе надежду. Придумывая тысячи объяснений его словам и поступкам.
    Он не жил, он существовал. Он ждал. Ждал этого дня. Ждал с сумасшедшей глупой надеждой, неподдающейся никакой логике.
    Но теперь, с каждым шагом, в его душе поднималась волна страха.

    [​IMG]


    Он столько её ждал, а теперь боялся этой встречи. Боялся увидеть её и узнать правду. Страшную правду, которая убьёт последние крохи его надежды.
    Неизвестность кончилась.
    Она остановилась напротив его клетки.
    Энрике упрямо разглядывал стену, оттягивая момент истины.
    Не смотреть… Ему казалось, что он с первого взгляда поймет жив или мертв его Мышонок. А если он мертв… Энрике не знал, что ему делать с этим «если». За этим «если» для него ничего не было.
    Но при первых же звуках голоса он автоматически поднял на неё глаза.
    Серо-голубой лед. Недовольный прищур, капризный изгиб губ.

    [​IMG]


    Она не подарила ему надежду… но и не отобрала.
    - Клетка… И наручники. Почему я не удивлена. А дранину, что на нем, специально подобрали? Для антуражу?
    Энрике поежился, представив, насколько непрезентабельно он выглядит в глазах Энж в останках футболки-оборвашки и джинсах с прорехами, в которые просвечивало тело.
    А еще вонь. Энрике уже привык, даже с каким-то удовольствием отмечая, как во время визитов сюда Грей брезгливо морщил нос. Не работающая канализация и лужи на полу под умывальником от текущих труб наполняли воздух тошнотворными ароматами. Древняя вентиляция и крошечное окошко с выбитыми стеклами под потолком его камеры не могли избавить воздух от стойкого подвального духа. Да и сам он, конечно, не розами пахнет.
    - И давно вы его так держите? – продолжала допытываться Энжел.
    Легран промолчал, недовольно поджал губы, ковыряя ключом в замочной скважине.

    [​IMG]


    Вошел, кинув на Энрике неприязненный взгляд.
    - Руки вытаскивай!
    Энрике высвободил запястье из стального браслета. Легран кинул ему на колени ключи.
    - Снимай второй. Быстрее!
    Затянутый браслет болтался на правой руке, она затекла и не слушалась. Рик, обычно пользующийся левой ничуть не хуже чем правой, почему-то никак не мог попасть ключом в скважину замка наручника. Он загривком чувствовал как закипает Легран, но ничего не мог поделать. Блондин не выдержал и протянул руку к ключу.
    - Давай, я сам, - прошипел он, но Энрике, наконец, удалось справиться с замком и снять второй браслет.
    Легран торопливо забрал наручники и бросил на стол в дальнем углу камеры. В каменной тишине барака они оглушительно звякнули, и парень чуть слышно выругался себе под нос. Обернулся к Энжел, безмолвной статуэткой замершей за открытой дверью.
    - Я их не затягивал, чтобы он мог в любой момент одну руку вытащить. Грей об этом не знает, - буркнул он, недовольный тем, что ему приходится оправдываться.
    Энжи ничего не ответила.
    Энрике встал. Он был благодарен парню за возможность не сидеть весь день прикованным к скамье со стянутыми за спиной руками. Лежать в этом положении тоже было крайне неудобно. Легран рисковал нарваться на недовольство Грейди, если тот узнал бы про его поблажки для Рика и «съемный браслет». Понятно, что он это делал не только из-за того, что Энрике спас его там, в пещере. Но и из-за Энжи. Энрике видел, что девушка ему очень нравится. И ради неё он был готов на многие безумства, а не только на не затянутый наручник. То, что браслет на другой руке слишком тугой, «Грей постарался», мешающий кровотоку и приносящий немало неудобств Рику - Легран просто не понимал. А Энрике не просил его ослабить затяжку.
    Получив легкий тычок в спину, Энрике опустил голову и шагнул из клетки в коридор, автоматически растирая запястье, в которое вместе с прихлынувшей кровью впились сотни живительных иголочек. Мельком скользнул взглядом по хрупкой фигурке в светлом платье и обнаженным плечам. Её наряд был подчеркнуто чуждым этим решеткам и голым каменным стенам, а лицо, наоборот, было холодно и невозмутимо, словно затянуто морозной дымкой, сочившейся из белого кирпича. Он не понимал, к кому в большей степени относилась эта холодность: к нему или Леграну. Давящее ощущение безысходности навалилось с новой силой.
    - Двигайся! – поторопил его Легран новым толчком в плечо. Он явно хотел побыстрее свалить отсюда.

    [​IMG]


    Энрике замешкался, пытаясь оглянуться на вещицу, единственную, оставшуюся от его прошлого, и когда-то давно подаренную им Микки. Теперь у него не осталось ничего.
    - Подожди… - Энжи процокала каблучками к двери соседней клетки. Энрике насторожился. Девушка вошла в камеру и принялась отвязывать шнурок с когтем от прутьев.
    «Словно услышала мои мысли».
    Сердце стукнуло так, что Энрике содрогнулся всем телом от его удара.
    «Нет! - кричал ему разум. - Не вздумай начинать на что-то надеяться».
    Он следил за ней глазами, а сердце билось с полным отсутствием ритма. Просто металось в грудной клетке как испуганная птица в тесной комнате.
    Энжи отвязала «коготь», осторожно провела пальцем по внутренней его стороне, на которой смутно проглядывали остатки выбитых букв, зажала в ладони и двинулась обратно в коридор. Энрике не мог шевельнуться, словно все в нем застыло: каждая мышца, каждый мускул, дыхание, даже кровь. Девушка подошла к нему вплотную. Взяла его руку и подняла на уровень груди, развернув ладонью вверх. Молча, не отрывая взгляда огромных серо-голубых глаз от его лица. Глядя прямо в глаза…
    Там больше не было льда, там было небо.
    Другой рукой она вложила «коготь» вместе со шнурком ему в ладонь, загнула пальцы, заставляя сжать в руке черную кость, уже успевшую вобрать в себя человеческое тепло.
    - Это принадлежит тебе.

    [​IMG]


    Еще секунду задержала пальчики на его руке, словно пытаясь убедиться, что талисман надежно зажат в кулаке и не выпадет.
    Если бы она не отпустила его руку, не отвела взгляда, не бросила ему и Леграну краткое «поехали!»…
    Энрике едва не потерял над собой контроль от захлестнувших его эмоций.
    Закрыл глаза, глубоко вдохнул, восстанавливая замершее было дыхание и успокаивая обезумевшее скачущее сердце. Он боялся, что его счастье выплеснется наружу. Все его существо затопило сумасшедшей горячей волной, которая мгновенно сожгла всю боль последних недель, все отчаянье, страх, все тревоги и мучения. Не осталось ничего. Только бесконечное счастье от одной лишь мысли, поселившейся в сердце.
    Жив!
    Она не сказала этого. Но у Энрике не было сомнений. Не было вопросов. Разум на задворках его души еще пытался что-то бормотать. Но сердце не слушало. Оно билось в его ладони, прижавшись к черной кости когтя. Жив! Жив! Жив!
    Он шел за Энжи и Леграном, не замечая редких крупных капель дождя. Они падали с неба словно одинокие звезды, большие и тяжелые, звонко ударяя его по плечам, спине. Рассыпаясь на тысячу мелких брызг.
    Сезон дождей заканчивался. Тучи, растеряв свою силу в ливнях, еще пытались воевать, забрасывая землю пугающе-огромными каплями. Но они падали все реже, и все чаще промахивались по своим жертвам. Как будто у небес сбился прицел. Но когда все же достигали своей цели – заставляли вздрагивать не только людей, животных, но и деревья, и саму землю. Даже лужи разбегались в стороны после удара таких капель, оставляя вокруг упавшей небесной слезы ореол одиночества, но затем меняли своё решение и сливались вновь в неподвижные блестящие озера. Жаркое светило еще не пробило слой туч своими лучами, но его тепло уже затопило все вокруг. Даже эти последние капли были согретыми и пропитанными солнцем.
    До флаера он дошел на автомате и вернулся в реальность, когда Энжи захлопнула за ним дверь авто и машина рванула в небо. Скорость вдавила его в спинку сиденья.
    Легран, не переставая, болтал что-то о море и солнце, в красках расписывая отдых на побережье, Энжи только кивала, изредка вставляя пару слов или задавая вопрос. Энрике прислушался и быстро понял из разговора, что они собираются уехать на юго-запад к океану.
    Легран и Энжел.
    Что-то болезненное шевельнулось глубоко внутри.
    Ревность? Разве он смеет ревновать?
    Энрике отмел все посторонние мысли, оставив только одну. Мышонок. Он жив. Неважно, что будет дальше. Про то, что «коготь» принадлежал Энрике, и насколько он ему дорог, ей мог сказать только Микки. Другие варианты парень даже не рассматривал.
    Флаер снизился в самом центре базы, и Энжи припарковала его у дорожки, ведущей к дверям виллы.

    [​IMG]


    - Легран, подождешь меня здесь, я отведу Энрике к ребятам и заберу вещи.
    Блондин кивнул, бросив на Энрике настороженный взгляд. Его что-то тревожило. Пару раз за эти недели, Легран настойчиво «советовал» ему держаться подальше от Энж. Тогда Энрике, сломленный своей потерей, никак не отреагировал на его слова, безразлично кивая или отрицательно качая головой, в зависимости от того, что от него ждали.
    «Держаться подальше…» - парень мысленно усмехнулся. Смысл? Он для неё никто. Даже хуже чем никто. «Немой», раб. Она это ясно дала понять в разговоре с Грейди, тогда, в трейлере. Если бы тогда он не был под воздействием снотворного, если бы не безумная усталость и страх за Микки, который вытеснил буквально все… Было бы во сто крат больнее… после того, что было… Во что он поверил? Что «немой» может быть им ровней?
    Он понял, о чем она говорила, лишь на следующий день, очнувшись в подвале особняка Грейди на холодном полу. Память благосклонно стерла все слова, оставив лишь ощущение потери. Словно он получил на миг то, о чем мечтал, и вдруг осознал, что это был сон. Пару дней он сомневался… Что же было реальней. Её ладони, скользящие по спине, прикосновения, словно слой за слоем снимающие с него панцирь из грубой окостеневшей кожи, разговор о Микки, откровения, обещания… Или то, о чем она говорила с Грейди… Но Грей не долго дал ему сомневаться. Грейди – вот реальность. Все остальное он себе придумал.
    …Или не придумал?
    Энрике поднялся за Энжел по лестнице на второй этаж. Она заглядывала в комнаты, явно разыскивая кого-то в огромном доме. Они так и не обменялись ни словом.
    - Майки! - громко звала девушка.
    Сердце дрогнуло. Не этого имени он ждал.
    «Нет! Он жив! Жив!» - упрямо твердило сердце разуму.
    Она прошла через большую спальню к двери и заглянула в последнюю из комнат.
    Обернулась к нему, чуть растерянно, собираясь что-то сказать.

    [​IMG]


    Но так и не сказала.
    Хрупкая статуэтка у закрытой двери.
    Ослепительно красивая и пронзительно печальная.
    До боли в сердце. До невозможности стоять и молчать. До непозволительности разговоров и прикосновений.
    На винтовой лестнице, в дальнем конце коридора раздались торопливые шаги. Не шаги. Нет. Человек бежал вверх, прыгая через ступеньки.
    Они стояли как вкопанные, Энрике, не отрываясь, смотрел на девушку и почему-то боялся обернуться, вслушиваясь в приближающийся сзади топот. Улыбаясь с каждой секундой все шире и шире.
    Стремительный бег за спиной закончился обрушившейся на него тяжестью.
    Тяжесть была реальной - он даже пошатнулся. Смех над ухом тоже.

    [​IMG]


    - Микки!
    Парнишка с разбегу запрыгнул на него сзади, обхватив руками и прижимаясь изо всех сил. Энрике с трудом смог побороть сумасшедшее желание начать прыгать от радости вместе со своей ношей. Но все же крутанулся на месте, и едва не снес с полки пару горшков с цветами этим пируэтом.
    - Живой! – в горле стоял ком, мешая говорить.
    Микеле соскочил у него со спины и Энрике смог, наконец, развернуться и увидеть своего маленького друга. На секунду они оба замерли, словно не веря своим глазам. Энрике обнял его за плечи и крепко прижал к себе.
    - Живой, Микки! Ты живой! - вместо нормального голоса, получилось что-то хриплое и нечленораздельное. Он задыхался он нахлынувшей радости. Просто стоял и наслаждался тем, что может снова видеть его, слышать голос. Не вникая в слова, просто слушал, как Микеле что-то восторженно ему рассказывал, подпрыгивая на месте от эмоций.
    «Энжи… Энжи… Энжи…»
    До Энрике, наконец-то, дошло, что Микки через слово вставляет её имя. Он оторвался от мальчика и перевел взгляд на девушку. Она стояла все там же, у дальней двери, и улыбалась, но улыбка показалась Рику слегка натянутой.
    «Что-то не так?»

    [​IMG]


    Но подумать ему не дали. Микки ухватил его за руку и потащил в сторону Энжи.
    - Энрике, посмотри, моя комната! - парнишка на ходу поймал Энжи за другую руку и втянул их обоих за собой, заставив почти столкнуться в дверях.
    - Смотри! Моя кровать! Ты на ней будешь спать, а я в той комнате! - он махнул рукой в сторону большой спальни, из которой они только что вышли. Забрался на огромную двуспальную кровать, накрытую пушистым пледом, и попрыгал на матрасе, демонстрируя его мягкость.
    Энрике с недоумением покосился на Энжи.
    «О чем он говорит?»
    - Микки! Ты сейчас Энрике с ума сведешь. Он же ничего не знает. Расскажешь ему все по-порядку. Чуть позже. А где Майк?
    - В лабораторию ушел. Он тебе нужен, позвать? – тут же откликнулся Микеле, спрыгивая с кровати и снова устремляясь к Энрике.
    Энжи кивнула.
    - Я сейчас! Только сбегаю за Майклом! - мальчишка снова обнял Энрике и прижался к нему, словно пытаясь удостовериться, что тот не фантом, а реальный человек.
    Заглянул в глаза и повторил, как будто извиняясь:
    - Я сейчас, я быстро!
    Парнишка уже развернулся к дверям, но Энрике удержал его за плечо.
    - Подожди!
    Достал из кармана шнурок с черным костяным когтем и надел талисман на Микки.
    - Он твой.
    Тот моментально зажал коготь в кулак и довольно улыбнулся.
    - Пойду, позову Майкла! - Микки побежал к дверям.

    [​IMG]


    - Иди через задний двор! – крикнула ему в след Энжи.
    Они остались вдвоем в опустевшей комнате.
    «Болван, даже не поблагодарил!» - опомнился Энрике. Все произошло слишком быстро, слишком стремительно.
    - Энжи!
    - Энрике!
    Они произнесли имена почти одновременно, и это словно смутило их обоих, заставив снова замолчать и растерянно улыбаться.
    - Энрике… - девушка первая прервала затянувшуюся тишину, - я не могла тебе сказать раньше… Микки… Я его купила. На условиях. Майк и Микеле тебе все расскажут…
    Она вдруг заулыбалась, нежно и солнечно, как будто воспоминания о приятных моментах заполнили все вокруг.
    - Он у тебя просто потрясающий! Удивительный! Настоящее чудо! Ты вырастил отличного парня. Он тебя очень любит. Готов был вернуться к Грейди, лишь бы он тебе ничего не сделал. Всей командой еле отговорили… Храбрый маленький мышонок!
    Энрике улыбнулся и покачал головой.
    - Грей разрешил нам забрать тебя аж на целую неделю. Он думает, что ты будешь работать в лагере у шахт. Обещают, что дожди кончатся и за пару дней там все просохнет. Пусть так и думает. Сегодня отдохнешь здесь, в комнате Микки, а завтра ребята хотели поехать в горы на озера. Если захочешь, езжайте вместе с Микеле и парнями туда. Майк обещал его научить нырять с аквалангом. Плавать он уже пробовал в бассейне, – тепло улыбнулась Энж, - у Микки отлично получается, он все схватывает на лету.
    Энрике кивнул. Её слова растекались теплотой в груди, сбивая дыхание. Кровь, горячей волной накрыла сердце, понимаясь выше и выше. Жар подступил к самым глазам и заставил его заморгать.
    Его мальчику здесь хорошо. Он не мог даже мечтать о таком. Ему хотелось…
    Нет! Нельзя потакать безумным желаниям…
    - У вас будет время побыть вместе. Микеле в полном порядке, он здоров, никаких осложнений нет и, скорее всего, не будет… Как ты? Тебе здорово досталось… Выглядишь ты ужасно…

    [​IMG]


    Энрике хмыкнул. Ему вдруг стало смешно от этих слов. И очень тепло.
    Энжи грустно улыбнулась в ответ на его веселье и покосилась на бледнеющий радужный синяк на руке и следы от наручников на запястьях. Осторожно вытянула руку и провела прохладными пальчиками по свежему шраму над бровью и затянувшейся ссадине на скуле, на миг задержалась у зажившей губы и едва заметной ранки на ней. Синяки на шее уже сошли, но она, казалось, видела и их. Видела «пальцами», очерчивая их контуры словно слепой, читающий азбуку Брайля. Внешне все его травмы быстро заживали и исчезали, но внутри следы их оставались намного дольше, такие же болезненные, как и у обычных людей. А она, казалось, чувствовала, все невидимые глазу раны и ссадины.
    Грустный выдох, невесомые прикосновения исчезли.
    - Я с Грейди и Леграном уеду на побережье, с таким условием он отпустил тебя к нам. Заодно прослежу, чтобы они вас не побеспокоили.
    Энжел улыбалась. Казалось, она словно пряталась за ширмой из сияющей улыбки, а в глубине глаз плескалась тоска. Она едет к морю, но такое впечатление, что её волокут туда насильно. Такая красивая и такая …несчастная.
    - Прости меня… - губы едва уловимо дрогнули, искажая безупречную улыбку.
    - Нет!
    Одно движение и Энжел оказалась в его объятьях. Раскаленная лава, в которую превратилась кровь, в один миг смяла стену, которую воздвигал упрямый разум между ним и Энжи. Он больше не управлял своим телом, оно управляло им. Энрике уткнулся лицом в белокурую головку, изо всех сил прижимая к себе девушку.

    [​IMG]


    - Нет, Энжи, не говори так! – шептал он, - ты не представляешь, как я тебе благодарен! За то, что ты сделала для Микки. Спасибо! Спасибо! Спасибо! Ты же знала, что я на все готов ради него. Пусть бы все было в сто раз хуже, лишь бы он остался здесь и был жив. Не говори так! Ты спасла его, Энжи. Ты меня прости… Я сомневался в тебе. Я не знал, во что мне верить…
    Он словно сместился во времени и пространстве, оказавшись в каком-то другом параллельном мире. Потому что в этой реальности такого не могло быть.
    Они стояли, обнявшись, посреди комнаты. Энрике чувствовал её легкое дыхание у себя на груди, тепло её рук и нежную силу объятий, вдыхал аромат её волос и шептал кучу сумасшедших вещей, о чем даже думать не смел. Они говорили, перебивая друг друга, словно боясь не успеть рассказать о том, что терзало обоих эти недели. Правду, которую знали оба. Но в которую боялись поверить.
    - Энрике, я думала, что ты меня не простишь за эту ложь, за то, что я Грея на тебя натравила, заставила за все расплачиваться тебя. За то, что знала, как тебе будет больно, и сделала это… Я не могла сказать тебе, Грейди бы сразу всё понял.
    - Энжи, все правильно, ты все правильно сделала, я должен был поверить и почти поверил. Может, если бы не снотворное и не усталость, я бы догадался, что это игра. И Грей бы тогда тоже догадался. Но я почти не соображал, а потом с трудом вспоминал, что было. Энжел, как только ты пришла - все встало на свои места. Я так хотел тебя увидеть, чтобы понять, что было правдой, а что я себе придумал. Прости, что я вообще сомневался…

    [​IMG]


    - Хорошо, что сомневался, иначе весь мой план улетел бы коту под хвост.
    Она тихонько засмеялась, сильнее прижимаясь к нему, положив голову на плечо, и слегка касаясь губами шеи парня. От едва слышимого смеха, от тепла губ, от прохлады дыхания по коже разбегались мириады мурашек. Энрике с трудом сохранял остатки самообладания, стараясь не слететь с катушек окончательно, загоняя свой разум на окраины галактики: он и оттуда пытался напомнить ему кто он.
    Он не верил, что такое возможно. Тонкая грань реальности превратилась в острое лезвие, на котором он балансировал. Еще час назад он желал себе смерти, прикованный наручниками к клетке, как к вратам ада, а теперь адом стало безумное желание прижать еще крепче доверчиво прильнувшую к нему девушку. Теперь ему хотелось умереть потому, что он не такой, как она. Долго ли она это выдержит? Он не хотел её отпускать, мучительно желая просто прикасаться, слегка перебирая пряди волос, вслушиваясь в негромкий смех и тихий шепот, чувствуя тепло человеческого тела. Сколько так сможет выдержать он сам. Сколько сможет потакать своим желаниям и держать её в объятьях, зная, что каждая секунда приближает неизбежный финал. Она не сможет долго находиться рядом с ним. А он не вынесет её ненависти и отвращения. Пусть его ненавидит весь мир, только не она…

    [​IMG]


    Внизу хлопнула дверь. Лезвие реальности полоснуло болью по венам, и Энрике отдернул руки. Нет, не отдернул. С трудом заставил себя оторваться от девушки, отпуская её, как утопающий - спасательный круг. Зная, что утонет без него. Желая поскорее утонуть, чтобы руки, инстинктивно ища спасения, не потянулись к нему вновь.
    Почувствовав его движение, Энжи тоже слегка отодвинулась и подняла лицо, заглядывая в глаза. Энрике спрятал руки за спину, чтобы ненароком не вцепиться в неё снова.
    - Что-то не так? – настороженно улыбнулась она.
    - Со мной все не так, - Энрике опустил голову, - спасибо тебе, и... прости… что я… так несдержан.
    - Несдержан? Ты считаешь, что ты делаешь что-то недопустимое?
    Энрике на миг поднял глаза и кратко кивнул. В глазах Энжи он не увидел понимания. Она смотрела на него с удивлением и даже с какой-то обидой.
    - Я не должен даже прикасаться к тебе… Ты же знаешь, кто я, – он еще ниже опустил голову.
    - Что не должен? – в её голос прокралась смешинка.
    - Прикасаться, - сказал он и понял, что его рука предательски вылезла из-за спины, куда он её упрятал, и как раз таки наглым образом касается Энжел, игнорируя его слова.

    [​IMG]


    Он смутился и спрятал руки за спину.
    - Мне нельзя.
    Энжи хмыкнула.
    - «Руками не трогать»? Чувствую себя древним музейным экспонатом, - усмехнулась она. - Это тебе Грейди сказал? Или Легран?
    Энрике промолчал. Смотреть в пол было невыносимо, и он перестал сопротивляться.
    Она ждала его взгляда. Взгляд-капкан, взгляд-ловушка. Секунда – и она захлопнется.
    Ну и пусть!
    Глаза в глаза. Может, так даже лучше. По крайней мере, так он будет знать, что еще не превратился для неё в прокаженного, от которого шарахаются все вокруг.
    Она смотрела на него немного затуманенным долгим прямым взглядом, словно пытаясь прочесть мысли. Или найти его «сияние».
    У него нет «сияния». Он «немой»…

    Сегодня «В Р А Т А м» исполняется 1 год.
    Благодарю моих читателей, наших замечательных форумчан за поддержку, за добрые слова в адрес моих героев и моей истории, за интерес и отзывы, которые помогают мне не останавливаться, а идти дальше.
    Благодарю креаторов, создающих прекрасные допматериалы для игры, создателей симов, авторов поз за ваши работы и возможность их использовать в сериале. Без вас ничего бы этого не было. Или было что-то совсем другое.
    Жаль, что я не могу перечислить всех поименно.
    Лелик0509, _Selesta_, [email protected], Джемма – это ваши истории вдохновили меня писать. (Да и не только меня)
    Благодарю:
    MsAdrienne за самую первую позу, созданную для сериала на заказ, это было так давно – год назад - 07.11.2011 Сегодня одну из тех поз можно увидеть в серии.
    Fierce - твои авторские сеты внушают мне трепетный восторг, надеюсь, ты узнаешь свои творения в этой серии [​IMG]
    Ginara – спасибо за твою прекрасную мастерскую и что никогда не отказываешь и выполняешь мои просьбы. В этой серии аж три парные позы - твои великолепные работы.
    Delight33 – спасибо за мастерскую, я давно перетаскала оттуда почти все позы.
    IMHO - за твои чудесные работы, за твоих прекрасных парней и девочек, и за то, что балуешь меня эксклюзивными заказиками. Спасибо огромное!
     
    may_korn, MantiCore, Галатея и 16 другим нравится это.
  8. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 21 дек 2012 | Сообщение #28
    [​IMG]


    Медленно тянулись мгновения или вечность пронеслась за один миг.
    Энжел снова первая нарушила тишину между ними.
    - Если бы ты всегда был таким законопослушным гражданином, меня прибило бы досками еще на заднем дворе у Грейди... Или нашпиговало иглами в пещере. Я очень рада, что ты делаешь то, что «нельзя».
    Она смотрела ему в глаза. Серо-голубые озера вдруг заволокло небесной синевой и в них чертенятами заплясали пожароопасные нахальные искорки. Губы изогнулись в озорной полуулыбке, движения приобрели кошачью грацию, когда она протянула руку и коснулась тыльной стороной ладони его щеки.
    - Мне тоже нельзя к тебе прикасаться? - в голос добавились мурлычущие нотки. Рука медленно скользила от виска к подбородку. Когда последний пальчик, слегка царапнув коготком кожу, окончил свое краткое путешествие по его щеке, Энрике едва удержался, чтобы не потянуться следом за ним, как кот, выгибающий спину за ласкающей его рукой.

    [​IMG]


    - Если ты мне запретишь - я не буду, - она секунду помолчала, словно ждала от него ответа, словно он действительно мог запретить, или хотел запретить. - …Но я не собираюсь запрещать тебе. Такие запреты опасны для жизни.
    Она провоцировала его. Заигрывала. Кокетничала. Откровенно, нахально, нисколько этого не скрывая.
    Боже, как ему хотелось поддаться на провокацию и так же легко и непринужденно ответить.
    Неужели он совсем забыл, как это делать?
    Стоп! Разве он может...
    «…Тварь ли я дрожащая, или право имею?»
    - Энрике, ты сам себе придумал эти запреты? Или Грей это в тебя пытается вбить? – допытывалась она. – Я не говорю, что тебе стоит провоцировать Грейди, нарушая его правила и правила этого мира. Пока не стоит, но здесь – не его территория. Здесь ты свободен. Рано или поздно и Грей утратит власть над тобой, можешь не сомневаться. Но не тащи сюда за собой груз его запретов. Я не верю, что они тебя сломали. Вряд ли, ты Грейди не по зубам. Наверное, это твои «запреты», не его... Тогда я не знаю, что делать... – развела она руками. – Отменить их можешь только ты сам. Но… Я боюсь, что если ты будешь им следовать, эта планета меня угробит. Без тебя… Без твоей защиты мне здесь не выжить…
    Энрике пытался сдержать улыбку, но она лезла из него как шило из мешка, а рот норовил разъехаться до ушей.
    «Как, оказывается, приятно, когда тебе строят глазки».

    [​IMG]


    - Мне кажется или внизу хлопала дверь? А никого до сих пор нет… - Энжи прислушалась и решительно вышла из комнаты Микки в большую спальню.
    - Майк! Микки! – крикнула она в сторону двери, ведущей в коридор.
    Ответом была тишина.
    Энрике вышел следом за ней и тоже замер, напрягая слух.
    - Неужели, показалось? – обернулась она к нему.
    - Я тоже слышал… Может это Легран?
    - Легран? Он же остался у машины…
    - Может он… хотел что-нибудь сказать тебе.
    - Пошел, а потом передумал и вернулся обратно? – хмыкнула она.
    - Он мог услышать нас, - слово «нас», неосторожно сорвавшееся с языка, показалось ему каким-то уж слишком интимным. Энрике невольно поразился объединяющей смелости своих слов и мыслей.
    - И ему не нравится, когда я нахожусь рядом с тобой. Он предпочел бы, чтобы я «держался подальше», - вырвалось у него.
    - И ты намерен слушаться? – голос Энжи казался серьезным, но озорная хитринка пряталась в тени подрагивающих ресниц.
    - Разве я могу вести себя иначе? - ответил он, вкладывая в слова совершенно противоположный смысл, слегка склонив голову и пытаясь заглянуть девушке в глаза.
    - Почему нет? – продолжала улыбаться она, смущенно пряча взгляд.

    [​IMG]


    «А почему бы и нет...»
    Дверь внизу оглушительно хлопнула и до слуха Энрике донеслись голоса и звук шагов.

    ***

    В комнату вприпрыжку влетел Микки, втягивая следом за собой Майкла, словно шарик на веревочке.
    - Рад снова видеть тебя, Рик! – Майк раскинул руки и шагнул к нему навстречу.
    Дружеские похлопывания, крепкие мужские объятья. Где-то на заднем дворе разума серой мышкой пробежала мысль, что так не должно быть в ЕГО мире. Не должны они ему так радоваться, так – словно он один из них... Но сомневаться в искренности Майкла он не мог. А в её искренности?
    … Им действительно наплевать какой он… И какой Микки…
    Энжи права, он сам себе создает запреты.
    Микеле втерся между ними и жадно обнял его, прижавшись всем телом.
    - Твой парень скучал по тебе, - улыбнулся Майкл, растрепав мальчишке волосы. - Нам пришлось загружать его по полной программе, учебой, тренировками, разными заданиями, чтобы отвлечь от тревожных мыслей. И, кстати, малец оказался весьма смышленым…
    Майк принялся расхваливать Микки и его успехи так, что у парнишки зарделись уши.
    Микеле засмущался и еще крепче вцепился в Энрике, почти повиснув на нем.
    Тонкая ткань и без того порванной футболки затрещала на плече и развалилась на две части, обнажая тело.
    - О, Господи! – ахнула девушка. Останки майки больше не скрывали ожог от удара электрошокера на боку и огромный кровоподтек, разноцветьем растекшийся на грудь и спину. Энрике инстинктивно попытался прикрыть след от шокера ладонью.
    - И ты с этими зверочеловеками хочешь ехать к океану на отдых? – сердитые интонации в голосе Майкла ясно показывали, насколько он недоволен решением Энжи.

    [​IMG]


    - Ты же знаешь, что не хочу, - ответила Энжел. Девушка убрала руку Энрике, осматривая рану, осторожно дотрагиваясь до синяка, словно проверяя, целы ли ребра.
    - Тогда не уезжай! Поехали с нами на озёра, - тоном капризного ребенка продолжил Майкл. – Ты же можешь их продинамить? За то, что они сделали можно смело послать их в сад!
    Энжи повернулась к парню и шутливо поджала губы.
    - Ты меня специально потравить решил? – произнесла она с укоризной. – Ты же знаешь, что если я останусь, Грей ребятам жизни не даст. Пусть у них будет хотя бы неделя без опасения увидеть в небе келленовского «Демона». Рик отдохнет спокойно, а я уж как-нибудь вынесу общество этих орлов. Они еще пожалеют, что со мной поехали, – хищно улыбнулась Энжел.
    - Смотри, как бы эти птички не стали летать за тобой со страстными стонами! - усмехнулся Майк, - один из них строит на тебя далеко идущие планы!
    - Отобьемся! - отмахнулась Энжи, и тут же переключилась на парнишку, повисшего на плече Энрике.
    - Микки! - произнесла она с легким укором, - ты ему больно делаешь! Еще и на спину запрыгнул с разбегу! – Она сдвинула брови, но губы продолжали улыбаться. - В первую очередь отведешь Энрике к доктору. Пусть Ноэль его обследует, и не отпускает, пока не приведет в порядок.

    [​IMG]


    - Я и так в порядке, - Энрике пытался сдержаться и не засиять в ответ начищенным медяком. Микки, как нашкодивший котенок, спрятался ему за спину, но так и не отцепился, - не беспокойся, Энжи!
    - Да тебя черти в котле будут варить, а у тебя будет «всё в порядке, обо мне не беспокойтесь», - засмеялась Энжел, но тут же посерьезнела и грустно вздохнула. – Я зря надеялась, что он тебя не тронет… Только хуже сделала.
    - Нет, Энжи! За побег такое наказание – мелочи. Я ждал, что будет раз в сто хуже. В сравнении с тем, что должно быть - я как в санатории отдохнул.
    - Ты сумасшедший, тебя избили, а ты благодарен, что мало попало. Ладно, ребята, мне пора, у Леграна терпение не безграничное, прискачет еще сюда. Я поехала…
    Она улыбнулась, но так грустно, что Энрике едва не произнес вертевшиеся у него на языке слова…
    Нет. Нельзя. Кто он такой, чтобы просить её остаться? Говорит, что едет из-за него, чтобы Грей и Легран здесь не появились… Но зачем ему это, если она тоже уезжает? Только Микки будет спокойнее.
    Он так и промолчал под взглядом девушки, казалось, она ждала от него каких-то слов, но он лишь выдавил традиционное «спасибо за все» и «пока».
    Майк подхватил чемоданы, стоявшие в углу, и, продолжая бормотать что-то про «звероферму и зверофермеров», потащил их к лестнице. Микеле обнял Энжел за шею, заставив её чуть наклониться к нему, и что-то быстро шептал ей на ухо. Энрике тут же позавидовал парнишке.
    Мальчик никогда не стеснялся того, что он «немой» и нес это «клеймо» по жизни даже с каким-то вызовом, не боясь физического контакта с другими людьми. Он принял себя таким, какой он есть, и жил в мире с самим собой, а Энрике так и не смирился со своей ущербностью, с тем, что он не стал «сияющим», и с тем, что люди относились к нему как к изгою и выродку рода человеческого. Только почему рейнджеры не такие, почему ей все равно какой он или Микки? Она же чувствует, какой он. Ощущает тьму, окружающую его. Или, как говорил Кент Келлен: «Сначала это терпимо, но потом становится все хуже и хуже». Пройдет время, и она тоже начнет относиться к нему с отвращением… Но Фея... Фея не изменилась. Она никогда не считала их уродами. И Фейко… не считал… раньше…
    Фейко… Неужели такое было когда-то? Он помнил... Помнил и никак не мог изгнать из памяти эти картины. Помнил, как маленький Фейко сидел у него на коленях и слушал рассказы о далекой Земле, её легенды, её сказки. Как смеялся вместе с ними, и плакал, если кому-то из них, «немых», было больно, жалел и с радостью помогал чем мог, с усердием маленького человечка.

    [​IMG]


    Качели, которые Энрике сделал для него, все еще стоят на заднем дворе. А на деревянных опорах садовой беседки - зарубки от ножа, отмечающие рост и возраст. Год, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь… Фейко-Фейко… Когда-то он любил их всех, так же как Фея… Только Феи больше нет. И Фейко тоже...
    Энрике сдвинул брови, стараясь отогнать призраков прошлого, и столкнулся взглядом с Энжел.
    Она сделала к нему пару шагов, все еще обнимая за плечи Микеле.
    - Что тебя тревожит? Что-то не так?
    - Все хорошо, - попытался улыбнуться он, - Микки жив и он не на ранчо, а здесь.
    Девушка едва уловимо покачала головой и вздохнула.
    - Маус! – она развернула мальчика к себе лицом, а Энрике вздрогнул, он никогда не называл так Микки, только Мышонком. Маус - это было прозвище его отца, Диего Маусси. Он не слышал этого слова уже очень давно.
    - Маус, - снова повторила она, - присмотришь за Энрике, пока меня нет, хорошо? И расскажи ему все в подробностях о договоре с Грейди. Рик должен знать.
    Парнишка энергично закивал головой.

    [​IMG]


    - Береги себя, мой хороший! А за меня не беспокойся, - Энжел снова обняла мальчика, целуя в макушку, - и его береги…
    - Энрике… - девушка перевела на него взгляд, - жаль, что мы сейчас не успели поговорить. Я приеду и мы …
    - Ты из-за меня уезжаешь? Если ты не хочешь ехать – то и не надо… Из-за меня - не надо.
    Она грустно улыбнулась.
    - Если я не поеду - Грей тебя здесь не оставит. А так у вас будет время побыть вместе. Микки очень скучал по тебе. Это самое меньшее, что я могу для вас сделать.
    - Я тоже скучал…
    Он говорил не только о Микеле, и на миг ему показалось, что она догадалась.
    - И я…
    Догадалась…
    - Пока!
    Она хотела уйти вслед за Майклом: недовольный грохот чемоданов доносился уже с первого этажа.
    Он просто шагнул к ней. И они просто обнялись на прощанье, как старые друзья. Словно так было всегда. Словно это было так привычно им обоим. Просто дружеские объятья.

    [​IMG]


    - Энжи… - вырвалось у него, вместо сотни слов, теснившихся в сердце. Вместо «спасибо», вместо «я буду ждать», или «я буду скучать», или «не уезжай», или «будь там осторожна», или...
    - Я постараюсь вырваться на озёра хоть на денек, - шепнула она.
    И исчезла.
    Эхо от стука каблучков затихло далеко внизу, а он все смотрел в сторону дверей, за которыми скрылась девушка. Микки, прижавшийся к нему так, словно боялся, что он исчезнет или растворится в воздухе, тоже молчал. Энрике обнял парнишку за плечи, но сам был уже далеко в прошлом, унесенный ветром нахлынувших воспоминаний...

    Традиционно:
    Благодарю креаторов поз за возможность использовать их труды - IMHO, Ginara и других авторов игрового контента.
    Благодарю Леди_Лейн, познакомившую меня с «Дом, в котором», автора Дома - Мириам Петросян за слова, прозвучавшие из уст моих героев, и windrose за фразу из комментария, которая так крепко засела мне в голову, что я не могла не вписать её в историю. Спасибо!
    Ой! чуть не забыла поблагодарить Достоевского!
     
    may_korn, MantiCore, Галатея и 16 другим нравится это.
  9. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 8 янв 2013 | Сообщение #29
    [​IMG]



    Маус, Лили, Фея, Салей…
    Почему он так старательно пытается забыть их? Забыть, может быть, то немногое хорошее в своей жизни, вместо того, чтобы холить и лелеять в памяти прошедшие дни?
    Врата научили Энрике жить иначе.
    Они вычеркнули из жизни его. Он стер все, что было до них. Он стирал каждый прожитый день после них.
    Жить одним днем.
    Нет прошлого. Нет будущего.
    Никому не рассказывать. Никогда не вспоминать.
    Никогда. С тех пор как стер с черной кости когтя выжженное лазером имя. Свое имя. И швырнул талисман сквозь стальную решетку ворот в пыль уходящей вдаль дороги.
    Тогда он думал, что навсегда распрощался с прошлым и с иллюзией, что там у него все было хорошо. Оказывается, не было. Если даже последний оставшийся родной человек отказался его признать. Отказался, потому что он – «немой». И ему, «немому», нет места в новой жизни.
    Тогда он и попытался отгородиться от прошлого. Сначала Энрике оставил Врата, как исходную точку, до которой не было ничего. И последняя вещь, тянувшаяся за ним из этого «ничего» – черный коготь – выброшена на грязную обочину за воротами ранчо «Грейсленд». Он надеялся никогда больше не увидеть этот коготь и не вспоминать о том, что было ДО Врат.
    Он бы никогда не подумал, что талисман из прошлого вернется к нему через годы. Вернется, чтобы подарить друга.

    ***

    Увидев на шее парня, появившегося в шахтах с новой партией рабов, свой «коготь» Энрике сначала просто обомлел.
    - Откуда ты это взял? - он поймал талисман рукой и развернул, не сомневаясь, что увидит на другой стороне зацарапанные буквы. Так и есть.
    - Нашел! – грубовато ответил парень, ребром ладони отбив руку.

    [​IMG]


    - Он мой. Дай сюда! – все, что ему хотелось - это выкинуть чертов коготь в самую бездонную расщелину, где он расплавится в пламени ада.
    - Еще чего! - новичок смотрел на Рика исподлобья. Его шею окольцовывала серебристая змея «контроллера». Раз Кент нацепил парню ошейник – значит, предполагал, что он потенциально опасен. На Энрике тогда ошейника не было. Отчасти - потому, что Кент Келлен не считал его угрозой, и поэтому Энрике чаще других оставляли для работ на ранчо. Большинство рабов Кента жили в лагере у шахт и там же работали, в «Грейсленд» привозили немногих, заболевших или не годных для работы в рудниках, но от них Келлен быстренько избавлялся. Ошейники на ранчо Кент не любил, однажды столкнувшись с несанкционированно сработавшим устройством. Рику тогда пришлось отмывать холл от потеков крови, но все затраченные усилия были бесполезны, и в итоге Кент выбросил всю мебель и ковры, вызвал строителей, приказав им заново обшить стены,заменить паркет и даже потолок. Рабов из шахт и тех, кому ошейники надели как «неблагонадежным», Кент Келлен с тех пор на пушечный выстрел не подпускал к особняку, и сам к ним старался не приближаться, наняв целую армию охранников и надсмотрщиков. Рик был на хорошем счету, и Кент использовал его и еще некоторых рабов для мелкой работы по хозяйству. «Домашним» рабам ошейники не надевали. Правда Кент был вспыльчив и, возвращаясь «не в духе» с очередной вечеринки, легко находил повод отправить в шахты и его. Энрике было глубоко наплевать, где жить или работать, он просто плыл по течению, равнодушный к себе и своей участи. Так, в очередной раз он оказался в шахтах.

    ***

    Парень взял двумя пальцами коготь и поднес его к глазам.
    - Хэй, красавчик, потерял медальон любимой кошечки? Её коготок? Чтоб помнил, как она тебя в экстазе царапала? – насмешливый тон, неприкрытый вызов. – А что это у нас тут за букаффки? Признание в любви?
    - Не твое собачье дело! Дай сюда! – Энрике склонил голову и бешеным быком двинулся на наглеца.
    Парень не шелохнулся, только рассмеялся ему в лицо.

    [​IMG]


    Энрике протянул руку к когтю… и чудом избежал сокрушительного удара в челюсть, успев отклониться. Ухо обожгло болью, и оно запылало огнем.
    Парень ударил без предупреждения и, казалось, без подготовки. Энрике спасла реакция. Не увернись он – уже лежал бы на земле со сломанной челюстью. Горящее ухо оттягивало голову вниз, словно полновесная гирька. Теплая струйка крови потекла по шее.
    - О-ё-ё-ё-ёёёй! – притворно посочувствовал парень, - мальчику пустили кровушку! Нечего лапки протягивать, куда не следует!
    Но в глазах появилась долька растерянности: парень ожидал, что хук, в который он вложил всю силу бокового удара и вращения корпуса, уложит Энрике на землю.
    - Свою шкуру побереги, - прошипел Энрике и выстрелил кулаком в улыбающуюся физиономию. Прямой кросс правой не достиг цели, встретив лишь сопротивление воздуха на своем пути. Зато прилетевшая откуда-то сбоку кувалда из сжатых пальцев на пару секунд лишила его способности дышать.
    У его противника, без сомнений, было спортивное прошлое и немалый боевой опыт. Бокс или другие единоборства, не важно. У Энрике такой практики за плечами не было. Зато была хорошая реакция. И пара неплохо поставленных ударов.
    «Бездумно размахая кулаками в воздухе у такого соперника бой не выиграть».
    Площадка возле лифтового подъемника была большая, сюда уже начал стекаться народ, окружив их плотным кольцом. Зрители подбадривали и подзуживали их. А они кружили в центре этого ринга, проверяя защиту друг друга имитацией ударов. Его противник смеялся и шутил, отвешивая в сторону Энрике колкости и провоцируя на необдуманные действия. Он купался во внимании толпы, мгновенно став всеобщим любимчиком.

    [​IMG]


    Хор голосов: «Врежь ему! Наваляй! Надери детке задницу!» - становился все громче.
    И Энрике не сомневался, что это ему должны «надрать задницу». Пару раз кулак пролетал в опасной близости от его головы, и однажды даже достиг цели и рассек бровь, а перед глазами рассыпался рой сверкающих искр. Противник, заметив это, ринулся на Рика с горячим желанием поскорее добить, но Энрике ждал такой реакции. И его удар заставил насмешника согнуться пополам и проглотить пару невысказанных колкостей.
    - Ого! Мальчик умеет драться? – язвительности в голосе поубавилось, но вызов чувствовался так же отчетливо.
    «Он не остановится, пока меня не уложит».
    Энрике сделал пару выпадов, изображая, что он раскрылся, но парень не клюнул. А когда решил, что такие «провокации» не прокатят - неожиданно пропустил классический апперкот снизу вверх в челюсть. Кулак противника уже потерял силу из-за большой дистанции и коснулся его подбородка почти на излете. Зубы клацнули так громко, и Энрике порадовался, что между зубами не оказалось никакого препятствия, типа языка. Иначе ему пришлось бы довольствоваться той половинкой, что осталась внутри. Толпа вокруг них восторженно зашумела.
    Не так часто им выпадало зрелище, а этот новенький парнишка дал им его. И толпа готова была носить его на руках.
    Он развернулся к Рику спиной, демонстрируя «болельщикам» серию эффектных ударов.
    Энрике воспользовался мимолетной передышкой и стер кровь, мешающую смотреть. Бровь уже почти не кровоточила.
    «Хоть в этом повезло!»
    Его организм всегда быстро справлялся с любыми болячками, а кровотечение прекращалось почти мгновенно. Обычно кровь из разбитой брови остановить сложно, она заливает бойцу глаза и оказывает значительное влияние на исход боя. Но не в его случае…
    «Чтобы победить – надо пропустить удар», - понял Энрике. Новичок привык, что его кулаки достигают цели, а достигнув – валят соперника с ног. Он не ждет, что кто-то выстоит после прямого попадания.
    «Только удар действительно придется пропустить».
    Они снова закружили в кольце из человеческих лиц, распахнутых глаз, раскрытых ртов и ободряющих выкриков.

    [​IMG]


    Дважды Энрике увернулся, и даже дотянулся вскользь до губы соперника. Тот сплюнул на землю кровь и ринулся на него с удвоенной энергией.
    Рик встретил его блоком и ответил ударом. И, естественно, промахнулся. Он был готов к тому, что кувалда врежется ему в голову в «предполагаемой точке».
    «Хороший удар взрывается внутри противника или, другими словами, взрывает противника изнутри», - вспомнились ему слова тренера.
    Еще никогда и ничто так у него не взрывалось. В голове не просто граната рванула, это была атомная бомба.
    - Опа! – Довольный смешок где-то за дымной пеленой, еще не рассеявшейся после удара.
    Кулак Энрике, словно самостоятельное оружие, не зависящее от него, взметнулся и с глухим звуком столкнулся с головой противника. Сжатые пальцы обожгло болью.
    «Руку сломал», - мелькнула пугающая мысль.
    «Зато попал…» - тут же позлорадствовал Рик. Последовавший звук падения подтвердил его догадку.
    Красное марево перед глазами развеялось, Энрике осторожно подвигал челюстью, потряс рукой и предположил, что нанесенный организму ущерб не так велик, как казалось. Парень уже сидел на земле и изумленно мотал головой, но в себя еще не пришел. Энрике не стал медлить, сделал к нему шаг, поймал в ладонь черный коготь и сорвал шнурок с шеи парня. Точнее снял: потянул вверх, и петля ремешка легко слетела, на миг зацепившись за ухо.
    - Если хочешь, продолжим позже, но мне от тебя больше ничего не надо! – бросил он сопернику, развернулся и пошел прочь, расталкивая толпу и сплевывая кровь на землю. Не обращая внимания ни на одобрительные похлопывания по плечам, ни на разочарованный гул.
    Он свернул в один из подземных коридоров. Ноги сами несли Энрике, в голове еще стоял шум. Тоннель заканчивался тупиком и узкой вертикальной расщелиной. Откуда-то сверху по камням бежал стремительный поток ледяной горной воды, образуя на одном из уступов небольшую купель, и затем снова исчезая в недрах скал.
    Энрике стер кровь с лица, старательно умылся, сунул голову в бодрящий холод подземного ручейка. Ватный туман потихоньку улетучивался. Стянул рубашку и, намочив её в студеной воде, приложил компресс к пылающему уху, отекшей скуле и подбитому глазу. Противник отлично бьет правой, подумалось ему, поэтому он опухнет только наполовину. А вот он всю свою силу вложил в хук левой.
    В тишине каменного коридора раздались шаги. Из-за поворота с фонарем в руках выплыл его недавний противник. Энрике развернулся, но примочку из рубахи от лица так и не убрал. Парень на миг замер и затем немного нервно рассмеялся.
    - Не боись! Я тоже на водопой.

    [​IMG]


    Энрике посторонился. Пока бывший соперник фыркал и плескался, умываясь в ледяной купели, Рик осторожно рассматривал парня. Широкоплечий, с буграми мышц и мощной шеей. Он ни за что не принял бы его за «немого», за раба, если бы не ошейник - слишком самоуверенно он держался. Свободным наемным работникам шахт эти украшения не надевали. Он определенно не похож на раба, слишком в нем много свободы, уверенности в себе, а чувство собственного превосходства из него просто пёрло. Он же не знал, кто такой Энрике, не мог понять «немой» ли он, а ошейника раба на Рике не было – и все равно, не раздумывая, полез в драку.
    «Он рабом стал совсем недавно».
    Энрике вдруг стало безумно жаль своего соперника, потому что он знал, как здесь умеют ломать строптивцев. Его еще сломают…
    Парень, почувствовав на себе взгляд Энрике, обернулся и, соорудив из мокрой рубахи аналогичный компресс, приложил к виску.
    Они стояли друг напротив друга, как отражения в зеркале, баюкая истекающим водой тряпьем разбитые лица.
    - А ты неслабо мне приложил левой, да еще после «поцелуя бабочки».
    «Поцелуй бабочки» - хорошенькое название для зубодробильного хука».
    Не сдержавшись, Энрике хмыкнул.
    - А что свой трофей на шею не повесишь?
    Рик уже успел забыть про талисман. Вытащил его из кармана и, размахнувшись, швырнул в сторону расщелины.
    Коготь, пролетев по дуге, врезался в стену над провалом и срикошетил парню под ноги.
    - Черт! – выругался Энрике.
    Парень подобрал коготь, повертел перед глазами.
    - Для того чтоб выбросить этот зуб в пропасть, ты готов был рисковать своими зубами?
    - Коготь, - поправил Энрике, прикидывая в уме, стоит ли сейчас снова затевать драку.
    Парень явно сильнее и опытнее его, и фокусы с пропущенным ударом с ним больше не прокатят.
    - Держи свой коготь! Только он явно не хочет с тобой расставаться, - парень бросил черный амулет Энрике.
    Он поймал его на лету, и первым желанием было швырнуть коготь снова в расщелину у стены.
    «А если опять срикошетит?»
    Еще раз испытывать судьбу Энрике не стал.
    Его противник одобрительно улыбнулся.
    - Так-то лучше. И мне будет не так обидно. Биться за вещь, которую хотят выкинуть в пропасть... - он шагнул к нему навстречу и протянул руку.
    - Салей.

    [​IMG]


    - Салей? – переспросил Энрике.
    - Фамилия такая! Это все, что у меня осталось, - хохотнул он в ответ на недоумение Рика. - По имени меня давно никто не называет!
    - Энрике. У меня осталось только имя.
    И они пожали друг другу руки…

    ***

    Черный коготь свел их на долгие тринадцать лет, одарив настоящей крепкой мужской дружбой. Салей изменил его, как и всех вокруг себя. Выжег в нем равнодушие, вернул жажду жизни и веру в собственные силы, поселил в нем надежду, что рано или поздно все изменится.
    Даже если у него нет прошлого – у него могло быть будущее.
    Салея никогда не привозили на ранчо, Кент был прав, сразу почуяв в нем опасность и предупредительно нацепив ошейник. Но он не сломал его, как предполагал Энрике. Никакие ужасы рабства не уничтожили в Салее личность, не заставили согнуться. Он так и остался – нахальным, самоуверенным, с неубиваемым чувством собственного достоинства. Но на самом деле спас Салея его технический талант, способность реанимировать практически любой механизм. Такими мастерами – золотые руки, как Салей, нельзя раскидываться, и Кент это понимал, как и охранники и сотрудники рудника, поэтому Салею прощалось немало «непозволительных» для раба вещей. Рик многому у него научился, но так и не смог научить Салея не провоцировать «сильных мира сего» на конфликты, или виртуозно их избегать и беречь свою жизнь и здоровье. Его друг все равно частенько оказывался на грани из-за своего взрывного характера. Энрике не раз приходилось вытаскивать приятеля едва ли не с того света, после серии «воспитательных процедур». Но, в конце концов, охранники от Салея отстали, поняв, что его можно лишь убить, но не согнуть, а перед тем как он позволит себя убить, он и их покалечить может. Он был неисправим и бился до последнего, никакая клетка не могла его обуздать. К тому же он пользовался уважением и авторитетом в «подземном братстве», став кем-то вроде главаря банды в рудниках. Убивать ценных работников было непозволительной роскошью, а трогать «авторитета» - просто опасно, да и получать от строптивого раба неслабый удар кулаком тоже никому не хотелось. Энрике был сдерживающей половиной Салея, благодаря ему, тот не наделал еще большего количества глупостей. Зато Салей вернул ему желание жить, даже попытался примирить Энрике с «немотой» и отсутствием «сияния». Но если Салея сдерживал ошейник, и парень мечтал разобраться в его устройстве, снять и сбежать, то Энрике останавливало то, что он «немой», этого он изменить не мог, но смириться с тем, что навсегда останется изгоем, не хотел. Иногда они шутили, что Салей, рано или поздно, поднимет восстание и станет Спартаком этого мира. Возможно, так бы и случилось, если бы катастрофа в шахтах не оборвала его жизнь. Энрике потом не раз жалел, что не остался с ним навсегда в вечности подземелий. Но в самые темные времена погибший друг возвращался, и его голос звучал так же отчетливо, как и тогда: «Выбирайся отсюда! Ты должен, все получится. Ты выберешься! Ты должен выжить, Энрике».

    [​IMG]


    И Энрике продолжил существовать, сам не понимая, зачем ест, пьет и вообще двигается. Жить не хотелось, но он обещал Салею не сдаваться, и только поэтому держался на плаву.
    Он думал, что хуже и быть не может, но даже в бреду не представлял, насколько ужасно все может стать...
    Это Салей помог ему пережить и смерть Феи и последовавшие за этим кошмары.
    «Ты должен выжить, Энрике! Никогда не сдавайся…»

    ***

    Маус, Лили, Фея…
    Их лица мгновенно всплыли в памяти.
    Это было лет за десять до катастрофы. Шахты работали и Энрике почти все время жил там, в горах, ненадолго и с неохотой возвращаясь, когда Кенту требовалась рабочая сила на ранчо. В один из таких дней он обнаружил в бараке для рабов двух перепуганных подростков, жавшихся друг к другу. Парнишка лет четырнадцати, пытавшийся не показать, как ему страшно, прятал за спиной щупленькую девчушку, чуть моложе его, с огромными голубыми глазами. Кроме глаз, казалось, у неё не было ничего. Остренький носик и худенькое личико, узкие детские плечи - крошечная серая мышка с огромными внимательными глазищами. Она так и осталась маленькой, всегда казалась так и не выросшим подростком, даже став взрослой женщиной. Все звали их Маусы, но не из-за того что Лили была похожа на мышку, а из-за смешной фамилии мальчика – Маусси. Этих двоих Кент Келлен купил последними. Их и продавали парой, как брата и сестру.

    [​IMG]


    Но они не были родственниками. Лили и Диего были из одной деревни, родной дядька девочки увез их из глухой провинции на юге Боливии. Увез, чтобы они прошли Врата. Вместе с ними поехали еще около пятнадцати детей и подростков из ближайших поселков и небольшого городка неподалеку. Больше они своих родных не увидели. Позже, слушая рассказ Диего, Энрике долго не мог поверить, что все они, пройдя Врата, оказались немыми. Все. И то, как он описывал Врата, никак не походило на то, что видел Энрике. А он был там, в пирамиде, не единожды, тогда он еще надеялся, что Врата изменят его, сделают его «сияющим», он не знал, что и второй, и третий раз идти туда уже бесполезно. И он никогда не слышал, чтобы все в группе, а запускали туда группами, пройдя Врата, вдруг стали «немыми». Огромная пирамида посреди океана, тоже никак не вязалась со стеклянной конструкцией на озере, окруженном горами, как описывал увиденные им Врата Диего. После такого неудачного «прохождения Врат» всех привезенных из Боливии детей оптом продали в рабство и вывезли с Земли на одном из транспортников. Транспортный корабль сделал короткую остановку на Байле и Кент умудрился купить двоих из той партии, в том числе и единственную девочку. Диего ему пришлось приобрести «в довесок», без брата сестру не продавали. Кент привез Энрике с рудника на ранчо, чтобы он обучил его новых рабов требуемой домашней работе и показал им особняк.
    Увидев девчонку, Энрике ужаснулся, она в свои двенадцать выглядела совсем ребенком, но участь, ей уготованная, не вызывала у него сомнений. Это пока она будет помогать на кухне, а когда девочка вырастет, она будет стоить намного дороже, чем сейчас Кент заплатил за них двоих. Недостаток женского населения на планете ощущался уже тогда.
    Сам Кент её бы не тронул, он был брезглив и на дух не переносил рабов, по возможности не прикасаясь ни к кому из «немых». В их присутствии на его лице всегда возникало выражение «великого омерзения», как называл эту гримасу Энрике. Но охрана, «смотрители» Кента Келлена, сразу же положила на неё глаз, и им было глубоко наплевать сколько ей лет. Но Кент был не дурак, понимая, что порченый товар стоит дешевле, строго запретил свои прихвостням даже приближаться к девочке, а Энрике приставил охранять её в бараке, сказав, что он ответит головой, если кто из рабов позарится на неё. Сначала Энрике бесился, и почти возненавидел новичков, обязанный из-за них жить на ранчо, вдали от своего друга. Салей остался в шахтах, Кент не привез бы его «Грейсленд» даже умирающего. Три года Рик провел на ранчо, присматривая за Лили в качестве телохранителя и опекуна. Вынужденный воевать со своими же, защищая девчонку. Парнишка, оказавшийся вместе с ней на ранчо, вскоре из обузы, которого Энрике тоже приходилось защищать от посягательств - «спрос» был и на мальчиков - стал для него напарником, а позже и другом. Не таким как Салей, они с Диего были совершенно не похожи. Салей был лидером и бойцом, сумасшедшим и порой безбашенным, он тянул Энрике за собой, вел его и направлял. Диего был спокойным и тихим, но таким же несгибаемым, как и Салей. Он охранял Лили как преданный рыцарь, не потому, что так сказал Кент, а потому, что она нуждалась в его защите. И не сколько от рабов из барака, там вполне хватало Энрике, сколько от охранников Келлена, которым слова их хозяина не показались стопроцентным запретом. Сначала Рик держался в стороне, решив для себя: раз Келлен не просил охранять её от своих «смотрителей», а только от рабов, то он и не будет. Но, глядя с какой решимостью пятнадцатилетний парнишка вступается за девочку, невольно проникся к нему уважением и встал на его сторону. Вдвоем они смогли отстоять Лили от посягательств. Кент благосклонно отнесся к такой самоотверженной защите «его интересов» и строго-настрого запретил охране трогать Диего или Энрике.

    [​IMG]


    Эти несколько лет на ранчо Рик был почти вип-персоной. В шахты его не отправляли. Кент никогда не был домоседом и вел разгульную жизнь свободного богатого мужчины. В особняке все эти годы хозяйничал управляющий и команда «смотрителей». А им он и Диего, благодаря Кенту Келлену, были почти неподвластны. Из рабов на ранчо практически никого не осталось – все работали в шахтах, которые построил еще отец Кента, Николас Грей Келлен.
    Переселенец с Земли, отгрохавший особняк «Грейсленд» в живописном месте, у подножия Великого Плато, вдали от обжитых мест. Николас прибыл сюда во главе многочисленного семейства: жена, две её сестры с семьями, трое своих детей, парочка кузенов, увязавшихся за богатым родственником в новый мир и целый штат прислуги. Он же, завез на Байлу и рабов, став одним из крупнейших работорговцев на планете. Именно Николас купил и привез сюда и Энрике. К тому времени шахты работали уже более десяти лет и нуждались в притоке новой рабочей силы. Подневольной и бесплатной.
    Кент, единственный и долгожданный сын в семье Келленов, родился уже на Байле. Три его старшие сестры: Кэрол, Элизабет и Сьюзан прилетели на Байлу с Земли совсем крохами и позднее были успешно выданы замуж. Младшая, леди Сьюзан Беркли, была вывезена своим мужем с планеты, как только новый мир начал показывать переселенцам зубы. Это её и спасло. Но семейные связи были разорваны. Через несколько лет, после одной из опустошительных эпидемий, от большого семейства остался только переваливший за пятый десяток Николас и его несовершеннолетний сын Кент. Потеряв, практически всю семью, Николас Келлен с головой ушел в рабовладельческий бизнес, курсируя между планетарными системами и торгуя живым товаром, и, однажды, пропал без вести во время одного из полетов. Отсутствие ментального отклика не вызывало сомнений, что он погиб. Кенту не было и двадцати лет, когда он остался совсем один, и, не обремененный родительским контролем, стал прожигать жизнь в свое удовольствие. Отцовские шахты приносили небольшой, но стабильный доход, рабочую силу для них он добывал, пользуясь отцовскими же связями в среде рабовладельцев. С возрастом он превратился в холеного аристократичного мужчину, избалованного женским вниманием даже на малонаселенной Байле.

    [​IMG]


    Он пользовался всеми преимуществами своего положения, жил с удовольствием, на широкую ногу, и, приближаясь к сорока, так и не обзавелся семьей. Он в этом и не нуждался. Так бы все и шло, если бы не сбой автопилота его флаера, вынудивший его приземлиться на побережье.
    Посадка на ручном управлении, штормовой ветер, незнакомый район - все это привело к жуткой аварии, в которой Кент отделался, по сути, легким испугом: получив всего лишь перелом бедра и правой руки, разбитый нос и небольшое сотрясение мозга. Ему повезло, что рядом оказалось ранчо, а сыновья ранчеро видели, как падал флаер. Вместе с отцом ребята обыскали побережье, и чудом нашли машину Кента, застрявшую в камнях у полосы прибоя. Еще пара часов - и море бы её затопило, а вместе с ней и потерявшего сознание и зажатого в металле человека.
    Кента, так и не пришедшего в себя, ранчеро с сыновьями смогли вытащить из флаера и доставить домой под присмотр матушки и младшей дочери, которой и поручили опеку над пострадавшим.
    Энрике, так и не понял, как получилось, что холодный Кент Келлен, никогда не любивший сам, относящийся к женщинам как к предметам, удовлетворяющим его потребности, пользующийся неизменным успехом у дам всех возрастов, меняющий их как перчатки, даже в мире, где девушки и их расположение ценились как бриллианты, влюбился. Говорили, что в этом виноват не ведомый ему «обмен». Так ли это, Энрике не знал. Но Кент, искушенный тридцатисемилетний мужчина, потерял голову, увлекшись юной девой с отдаленного ранчо, наивной и чистой, хрупкой и прекрасной, словно горный цветок. Она не была сногсшибательной красоткой, но каждый, кого коснулось её внимание, попадал под её обаяние и мечтал всю жизнь носить её на руках.
    Её звали Фэй. Фэй Найтингейл, младшая и единственная дочь четы Найтингейлов. Она выросла в любви и обожании родителей и четырех старших братьев. И девушка платила им тем же. Она жила, старательно оберегаемая родителями от опасностей внешнего мира, не зная о его темных сторонах. Ей было просто полюбить взрослого мужчину, по возрасту годящегося ей в отцы, но внешне выглядевшего едва ли старше её братьев. Кент был красив, холен, богат, хорошо образован и даже со сломанной ногой и разбитым носом чертовски харизматичен. Но ему понадобилось шесть дней, чтоб влюбиться без памяти и шесть месяцев, чтобы влюбить в себя девушку и уговорить её родителей дать согласие на брак. Ей не было и шестнадцати, когда юная Фэй переступила порог особняка Кента Келлена и стала там полновластной хозяйкой.

    [​IMG]


    Так у них появилась Фея.
    Прекрасная Фея, прилетевшая в их мрачный мир, волшебное существо с невидимыми яркими крыльями. Для неё росли цветы, для неё пели птицы, сияли звезды, а день сменял ночь. Она любила весь мир, она даже их любила, не презирала, не просто защищала, любила, как маленькая мама.
    Она была Феей в золотой клетке, слишком юной и наивной, чтобы понимать это.
    Лили и Диего, её ровесники, стали ей друзьями, её спасением, а она стала спасением для них. Кент не посмел пойти против своей любимой жены и продать повзрослевшую Лили, оставив её в качестве помощницы для Фэй. Они дружили так, как могут дружить только в юности, самозабвенно и искренне. Ей было семнадцать, когда появился маленький Фейко, всеобщий любимец.
    Она изменила весь мир. Она изменила Кента. Но Энрике не сказал бы, что эти изменения были к лучшему.
    Кент не превратился в домоседа, но и Фэй не смог сделать светской красавицей. И не смог относиться к ней, как к другим женщинам. Пара выходов в свет с прелестной юной женой сделала из него безумного ревнивца. Он ревновал её так, как не ревновал никого и никогда. Он боялся приставить к ней охрану – ему казалось, что охрана только и мечтает о его Фэй. Боялся отпускать её одну даже гулять в парк при особняке, опасаясь, то ли похищения её инопланетянами, то ли похотливых взглядов соседей, ближайшие из которых жили за сотню километров от «Грейсленда». Он даже разрешил пожениться Диего и Лили, но не из-за того, что эта парочка давно была влюблена друг в друга. Даже не разозлился на Энрике, который, оберегая Лили от всех мужчин на ранчо, не сберег её от Диего. Ему на это было уже наплевать. Он даже был рад, что Диего «занят». Так он хотел отгородить его от Фэй, надеясь, что Лили не подпустит своего мужа к его жене. Лили он терпел, но в дружбу между Маусами и Фэй - не верил. Как не верил и в то, что все мужчины ранчо Фэй боготворили, а грязные желания с ней просто не вязались. Кент даже Энрике стал все чаще отправлять в шахты, подозревая в посягательствах и сладострастных взглядах на его жену. Отчасти, Энрике этому был рад: после трехлетнего сидения на ранчо в качестве няньки-опекуна появилась возможность снова вернуться к Салею, в жизнь полную риска и опасностей.

    [​IMG]


    С другой стороны, Энрике видел, как Кент медленно сходит с ума от ревности, и ему было страшно за их маленькую Фею. И за тех, кто в моменты приступов бурной ревности оказывался с ней рядом. Он обожал их маленькую хозяйку, как любили её все, кто с ней сталкивался. Не как мужчина может любить женщину, а как дети любят свою мать. А она любила всех как своих детей, как братьев и сестер. Защищала, помогала. Её любви хватило бы на всех. Она жила, как жила всегда со своими родными, словно не замечая приближающейся бури. Фэй обожала их с Кентом маленького сына, любила своего мужа, по-женски оправдывая, и пытаясь научить и его любить весь мир. Но Кенту нужно было не это, ему нужна была она одна, и вся её любовь, вся, до последней капли. Он не позволял ей любить никого. Даже собственного ребенка. Маленький Фейко, так они его называли, потому что он был сыном их Феи, хотя и был очень похож на отца, характер перенял у матери. Солнечный мальчик, веселый, добрый и всеми любимый малыш. К нему тянулись все жители ранчо, и рабы, и охранники. Обожание, с которым относились к Фэй, коснулось и его. А Фэй души в нем не чаяла, и готова была молиться на Кента за их сына. А Кенту казалось, что она любит сына больше, и это его не устраивало. Фэй должна любить только его.
    Любовь перерастала в безумие.
    Когда Фейко едва исполнилось четыре года, Кент Келлен попытался отобрать сына у матери и отдать в частную школу. Его не остановили ни рыдания жены, ни уговоры её родственников. Несколько месяцев мальчик прожил вдали от ранчо, Фэй каждый день летала через полконтинента чтобы просто увидеть сыночка. Это не прибавило Кенту любви, которой он так жаждал. Поняв, что совершил ошибку, Кенту пришлось вернуть сына на ранчо. Ненадолго установилось шаткое перемирие. Фэй старалась оберегать мальчика от ссор и сцен ревности, общаясь только с Лили, да и то по-минимуму. Но это уже не спасало.
    Однажды Кент застукал Энрике и Диего, играющих на заднем дворе особняка с его сыном, в то время как Фэй и Лили готовили праздничный ужин – маленькому Фейко исполнялось пять лет. Закончился вечер тем, что Энрике и Маусу нацепили ошейники и вывезли в горы к рудникам.
    До катастрофы оставалось еще два года.
    Почти все это время Рик провел в горах, в особняк его привозили изредка, как и Диего. Парень ужасно переживал вдали от жены, любыми способами стараясь попасть в «Грейсленд» хотя бы на денек. Он ужасно боялся за неё, боялся за Фэй и Фейко.

    [​IMG]


    Энрике хоть и говорил, что Фея не даст в обиду свою подругу Лили, но сам уже не был так в этом уверен. Кент, с каждым днем, становился все более непредсказуем.
    Он снова ударился в разгульную жизнь, увлекся азартными играми, и, ходили слухи, что рудники он проиграл, а денег у него осталось совсем немного.
    Грянувшая катастрофа унесла шахты в небытие. Диего в те дни жил на ранчо. Энрике, чудом выживший, потерявший в обрушившихся шахтах Салея, с которым он очень сблизился в последние годы, вернулся в «Грейсленд» совершенно разбитым. Вернулся он не один: на ранчо пришлось привезти всех немногих уцелевших после катастрофы рабов. Кент был крайне этим недоволен, продать их он не смог: то ли желающих не было, то ли цена его не устроила. Он пытался запретить жене помогать рабам и ухаживать за больными, но столкнулся с её упорным нежеланием в этом вопросе ему подчиняться. Он сдался, но чем больше она им помогала, тем больше Кент ненавидел «немых». Пытался воздействовать на неё через сына, но мальчик слишком сильно любил свою мать, и пропускал нравоучения отца мимо ушей.
    Переломным моментом едва не стала очередная эпидемия. Даже уединенное расположение ранчо не помешало непонятной болезни добраться и до «Грейсленда».
    Фэй и маленький Фейко тяжело заболели. Кент не отходил от них, но помочь был не в силах. Фэй умирала.
    Тогда, как последнюю надежду, они отдали ему «лечебный кристалл» - зеленый камешек, найденный в шахтах. О его свойствах среди «немых» уже ходили легенды: если держать во рту – вырастают утерянные зубы, брошенный в воду - делает её целебной, и такая вода помогает заживлять любые раны, получше специальных мазей.
    Кент не верил в эти шаманские штучки – но, тем не менее, зеленый кристаллик помог. Вытащил с того света и Фею, и Фейко.
    Жители барака, конечно, понимали, отдавая камень, что он больше к ним не вернется, но для их Феи было не жалко расстаться и сотней таких «сокровищ», лишь бы она была жива.
    Какое-то время Кент держал себя в руках, хоть и трясся над женой, как Кощей над златом. Но потом опять все встало на накатанные рельсы: загулы и приступы ревности, от которых страдал не только он сам, но и все вокруг. Энрике чувствовал, что это добром не кончится, но не думал, что все кончится так плохо. Хотя мог бы предположить… Ведь рядом с Кентом появился сам Демон.

    [​IMG]


    …Вот о ком думать ему совершенно не хотелось.

    Благодарю IMHO за потрясающего Кента Келлена, за прекрасную Фею, за Диего (наш подросший Микеле), за маленькую Лили (время пошло вспять для Sasha и немного изменили её мои кривые ручки), за Салея (тоже помолодевшего Макса), и, конечно, за всех моих главных героев, которые уже давно со мной.
    Кого я еще не забрала к себе? [​IMG]
    Скриншот-портрет Кента Келлена, принадлежит не мне, его автор тоже IMHO, спасибо за разрешение использовать этот скрин в сериале. И, конечно, за новые, а так же за старенькие, многократно опробованные позы и изумительные текстуры.
    Благодарю Ольгу [email protected] за великолепный сет боевых поз.
    И всех мастеров по созданию поз, чьи труды использованы для съемок серии.
    Благодарю Glory_Soul за Эрика, к которому я давно неравнодушна. Большое спасибо за такой потрясающий "подарок под елочкой", хотя автор сима его и не афишировал.
    Спасибо!
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 16 другим нравится это.
  10. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 9 фев 2013 | Сообщение #30
    [​IMG]



    Она гнала серебряную пулю «Скайвея» высоко в небе, предвкушая радость встречи. Ей не терпелось поскорее увидеть ребят: Майка, Микки и, конечно, Энрике. Она специально не сказала, что приедет, чтобы это было для них сюрпризом.
    Энжи не смогла дождаться рассвета и сорвалась затемно, когда небольшой уединенный отель на берегу Великого Океана спал. Еще вечером она предупредила Грея и Леграна, что уедет очень рано и вернется только на следующий день, но чтобы они ждали её и никуда не уезжали. Оба, как близнецы-братья, скроили недовольные физиономии, и, каждый, поодиночке, постарался выпытать у неё, что за дела требуют возвращения Энжел на базу. Она без запинки вывалила им кучу технической информации, от которой Грей сморщился, словно от зубной боли, но «понимающе» закивал, а Легран, наоборот, обиделся и надулся как мышь на крупу.
    «Что, по-человечески объяснить нельзя, обязательно зачитывать мне эту абракадабру?»
    Но Энжел не стала оправдываться. Чмокнула его в щеку, и, помахав ручкой, убежала к себе в номер, сказав, что ей надо выспаться перед дальней дорогой. Кто-то из них полночи ходил под дверью, мешая ей спать, но постучать так и не решился.

    ***

    Эти несколько дней на отдыхе открыли для Энжел Байлу с совершенно неожиданной стороны. Её глазам предстала суровая доля, выпавшая мужчинам этой планеты. Особенно тем, кому «посчастливилось» оказаться в этом мире рядом с женщиной.
    Энжи и на своей шкуре прочувствовала «конкуренцию». Хотя Легран и выбрал уединенный «семейный» отель, самый дорогой и фешенебельный на побережье, но это не спасло их маленькую компанию от нашествия «посторонних ухажеров».
    Когда Грейди, сразу по приезду, предложил ей заселиться с ним в номер как «мистер и миссис Смит», Энжи со смехом отвергла нелепое предложение. Только к концу второго дня она поняла, что предложенный Греем вариант был не лишен смысла…
    Она уже знала, что слабый пол на Байле был в сильном дефиците. Особенно не хватало не просто молодых и красивых, а свободных. В отеле проживало немало довольно симпатичных особ, но все они были «при мужчинах». Энжел же, демонстративно заявив, что она свободна и приехала сюда с друзьями, словно повесила на себя красную тряпку с девизом: «Добейся меня, если можешь!». Ни одна особь, именующая себя мужчиной, будучи свободной и в состоянии передвигаться, не оставила этот «призыв» без внимания…
    Сначала повышенный интерес и навязчивость окружающих её смешила, потом стала раздражать и, к концу дня, она едва не спровоцировала небольшое побоище.

    [​IMG]


    Энжи, с самого начала поездки настроенная весьма негативно к Грейди и Ко, с удовольствием трепала всей троице нервы, вынуждая их бесконечно гонять настойчивых поклонников, но, в конце концов, сжалилась над парнями, отдых для которых превратился в сумасшедший дом. Единственным выходом стало объявить себя «парой» с одним из них. Это мгновенно поставило крест на приставаниях посторонних, оставив лишь завистливые взгляды издалека. Девушка «с мужчиной» в этом мире была неприкосновенна, но стоило окружающим увидеть, что она свободна - соперничества было не избежать, каждый пытался наложить на неё свою лапу.
    И все же Энжел нравилась их странная компания. Первое время она с удовольствием наблюдала за попытками друзей «оградить» её от навязчивых кавалеров.

    Легран всегда выступал первым, словно принц подворотен, раздражая соперников своим острым языком, частенько скатываясь с «высокого слога» к наречию улиц, но делая это так мастерски, что чаще всего оппонент, в ответ на его словесные выпады, в бешенстве кидался на него с кулаками, потому что слов ответить просто не находилось. Но тут Легран не растрачивал силы на придворные реверансы и классические боевые приемы, а попросту выводил противника из строя грубым запрещенным приемом из арсенала жителей трущоб.
    Если у соперника хватало сил вынести словесный отпор Леграна и не полезть в драку, а продолжать культурно атаковать Энжел – в бой вступал Грейди. Его высокомерная и пренебрежительная речь походила на фужер дорогого вина, выплеснутый в лицо, или брошенная в ноги перчатка. Вместе с аристократическими манерами и холодными стальными глазами это производило эффект ледяного душа и, чаще всего, незваные гости на этом этапе отступали.
    Если же и это не срабатывало, и поклонник, наплевав на язвительность Леграна и высокомерие Грея, продолжал попытки ухаживания за Энжел, неразговорчивый Дамон доставал из спортивной сумки, которую он вечно таскал с собой, гигантских размеров биту с потертой рукоятью, украшенную стальными клепками по всей длине. Энжел не хотелось даже думать, кому могло доставаться этим «неспортивным снарядом» на ранчо «Грейсленд». Тем не менее, бита, как последний аргумент в разговоре, срабатывала безотказно, стоило парню начать играться с ней перед навязчивым кавалером. Рассмотрев инструмент во всех его суровых подробностях, и убедившись, что хмурый хозяин биты обращается с ней в привычно-небрежной манере опытного игрока в бейсбол – потенциальный клиент спешно ретировался.

    [​IMG]


    Но все же отвадить приставучих самцов отеля Энжел удалось, только объявив во всеуслышание, что Грейди – её парень, и этим жестоко обидев Леграна, который сам рассчитывал на эту, пусть и фиктивную роль. Но хитрец выступать в открытую против Грея не стал, однако, при первой же возможности утаскивал Энжел подальше от своего приятеля, задаривал цветами, или придумывал развлечения лишь для них двоих, оставляя Грейди "на берегу" в бессильном бешенстве.
    Парни едва не передрались и между собой, угомонившись только после обещания Энжел уехать на базу, если они будут портить ей настроение своими перепалками.

    ***

    Пустынное небо, расчерченное перьями облаков.
    Дорога заняла не один час, даже при максимальной скорости, которую Энжел выжимала из своего флаера.
    Она скосила глаза, убедилась, что непоседа на переднем сиденье угомонился и задремал, чему она была несказанно рада. Наконец-то, она сможет не отвлекаться больше на своего соседа и еще прибавить газу.
    Отчасти этот «пассажир» и был сюрпризом, из-за которого она не хотела никого предупреждать о своем приезде.
    Перед мысленным взором предстало улыбающееся лицо Микки, сияющие голубые глаза…
    Он обрадуется. Энжел не сомневалась.
    Однажды он поделился с ней своим желанием, мечтой, которую он считал нереальной и недостижимой. В её мире это была обычная мечта обыкновенного подростка, самая распространенная и легко осуществимая. Она и сама в детстве выпрашивала у мамы такой «подарочек». И, в конце концов, уговорами, клятвенными обещаниями и нытьем она добилась своего.
    В мире Микки такое желание было сравнимо с мечтой о собственном острове в раю.
    «Мечты сбываются, мой мальчик».
    Парнишка кивнул, но глаза не блеснули, он не верил. Его мечты никогда не сбывались...
    Энжел решила для себя, что первое, что она сделает, как только закончатся дожди и Энрике вернется на базу – исполнит это маленькое желание, а Мышонок обязательно поверит, что мечты тоже становятся реальностью. И в его жизни.

    Флаер бесшумно опустился на парковку недалеко от небольшого бунгало.
    Она уже знала из ежедневного телефонного общения с Майклом, что рейнджеры решили не разбивать «дикий лагерь» у водопада, а воспользоваться крохотным, но уютным отелем, расположившимся на берегу озера, в живописном местечке, лучше которого они все равно бы не нашли. Цивилизация здесь не мешала отдыху, но и отсутствие её тоже не напрягало. Тихий обжитой уголок в царстве дикой природы. И Энрике настойчиво советовал не стремиться слишком близко общаться с окружающей средой, намекая на не очень дружелюбную к человеку местную живность.
    Солнце уже стояло высоко, но среди благоухающих зарослей еще тянуло утренней прохладой. Она повсюду замечала следы присутствия рейнджеров: стол для пикников с остатками пиршества, по всей видимости, ночного, на сушилке висел чей-то водолазный костюм, у крылечка одного из домиков с соломенной крышей, словно большие лягушачьи лапы, лежали ласты, а рядом - симпатичные женские босоножки.

    [​IMG]


    «Дана здесь!» - обрадовалась Энжел.
    Но она не видела никого, территория отеля была пустынна.
    Непоседа, которого она держала под мышкой, всеми силами старался вырваться и вертелся как уж на сковородке.
    «Только молчи, - мысленно умоляла она его, - иначе ты мне сюрприз испортишь!»
    Она заглянула в первое бунгало, которое попалось ей на дороге, но оно было пустым, и, казалось бы необжитым, если бы не смятые кровати и разбросанная на стульях одежда. Второй домик встретил её тишиной и типичным для рейнджеров на отдыхе бардаком. Энжи не раз замечала, что почти армейская дисциплина и порядок испарялись бесследно, стоило её парням услышать слово «отпуск».
    В следующее бунгало она влетела, ожидая увидеть ту же картину.
    И словно наткнулась на стену. Пошатнулась, как от внезапно нахлынувшего головокружения. Попыталась взять себя в руки, восстанавливая равновесие, но сердце продолжало прыгать в груди, раскачивая её, как лодку.
    Лучи солнца проникали сквозь окно и косыми полосами лежали на полу, подкрадываясь к спящему человеку. Волосы цвета воронова крыла разметались по белоснежной ткани. Бронзовая, отливающая золотом кожа. Мышцы руки четко прорисованы и казались напряженными, но кисть расслаблено свешивалась с кровати. Плечи и спина, благодаря подушке, на которую он навалился грудью и обнимал руками, казались горой мускулов, возвышающихся над простыней. Взгляд Энжел скользнул по плавному изгибу поясницы к упругим ягодицам, контрастирующе светлым, в сравнении с загорелой спиной.
    Он спал обнаженным, край одеяла прикрывал лишь часть бедра, не столько скрывая, сколько притягивая взгляд к коже, не тронутой загаром.

    [​IMG]


    Энжел так и стояла на пороге, замерев, и не в силах выдохнуть. Волна окатила её с головы до ног сначала жаром, а затем поднялась ледяным ветром к самой груди, и словно прошлась по нежной коже возбуждающе-холодным кусочком льда. Энжи сделала шаг назад, чувствуя, как к щекам приливает кровь и твердеют соски, становясь наэлектризованными и обжигающе-чувствительными, ругая себя за неожиданно возникшее смущение при виде спящего обнаженного мужчины.
    Эх, куда ушли дни, когда корабельное утро начиналось для неё с прогулки вдоль ряда таких же упругих мужских поп, и она, ни грамма не стесняясь, отвешивала направо и налево звонкие шлепки и громко трубила «подъем!».
    Она сделала еще шаг назад.
    Лопоухий непоседа на её руках перестал вырываться и громко гавкнул. Энжи вздрогнула и едва удержала себя от того, чтобы не рвануть в дверь.
    Она прекрасно понимала, что выглядит испуганной набедокурившей девчонкой, застуканной родителями на месте происшествия.
    Осторожно взглянула на спящего парня.

    [​IMG]


    Конечно, он уже не спал.
    Слегка приподнялся на кровати, карие глаза широко распахнуты.
    Взгляды их встретились. Брови Энрике дрогнули, губы что-то беззвучно прошептали.
    Он поднялся, гибкий, стремительный, на ходу обматывая простыню вокруг бедер, и шагнул к ней словно античный бог в набедренной повязке.
    В следующий миг она уже стояла с ним лицом к лицу, и молилась, чтобы следы её смятения скрыла привычная холодность, и жар в груди не выдал румянец на щеках.
    - Энжи, это ты? Ты – не сон?
    Он протянул руку и неуверенно тронул пальцами прядь её волос. Вторая, легонько коснулась сгиба руки у локтя и заскользила вверх, к плечу, оставляя на коже обжигающую полосу дрожи.
    Энжи боялась шевельнуться, просто смотрела ему в глаза и не дышала.
    - Гав! Гав-гав!
    Громко и раскатисто пролаял щенок, которого Энж держала на руках, и завертелся еще активнее, норовя дотянуться розовым язычком до всех доступных поверхностей. Лай был таким звонким и оглушительным, что Энжи вздрогнула и Энрике тоже. Он еще раз едва заметно ахнул, когда щен махнул языком и оставил короткую влажную полосу на его груди, задев и самое уязвимое место.
    Но ладонь на плече не шелохнулась и не исчезла, а словно налилась жизнью, обрела плоть, и Энжи почувствовала, как она тянет её к нему.
    Ей пришлось выпустить непоседливого щенка к их ногам, и её лодыжка и запястье получили несколько влажных благодарностей. Энрике коснулся её плеча, поднимая и привлекая её к себе. Теперь руки Энж тоже были свободны, и она дала им долгожданную волю. Ладони легли ему на грудь и поползли вверх, туда, где тонкой синей ниточкой бился пульс. Пальцы коснулись шеи, прошлись по пульсирующей венке, проигнорировав серебристую ленту ошейника, на секунду замерли в нерешительности, сплелись в кольцо за спиной, но на этом не остановились. Левая нетерпеливо зарылась в волосы, а правая пыталась обвиться змеей по его плечам.
    Ноги потеряли опору. Голова закружилась, когда жаркий шепот ворвался в самое сердце:
    - Энжи! Ты здесь! Ты приехала!
    Она вдруг оказалась выше его. Стены, расчерченные полосами света, завертелись в сумасшедшем хороводе. Карие глаза, непроницаемые темные омуты, смотрели на неё снизу вверх. Они сверкали лучезарными бликами, а на губах дрожала улыбка. Солнечная и призрачная одновременно, словно из другого мира. Словно Энрике еще не проснулся. Словно все что он делает – происходит во сне. Не в этом мире.

    [​IMG]


    В этом мире он никогда бы её не обнял. Не поднял вверх, удерживая сильными руками за талию, не кружил бы в лучах зарождающегося дня в сумасшедшем хороводе с танцующими золотыми пылинками. А губы не обещали бы, что как только она спустится с небес, куда он вознес её, на землю, к нему в объятья - жар многочисленных поцелуев. Его улыбка говорила именно об этом. Она манила и обещала сладость и страсть.
    Но не в этом мире.
    Он еще не проснулся. Наверное, так и есть.
    Видимо, Энрике почувствовал, уловил отражение реальности в глазах Энж. Улыбка осталась, но огонь в ней исчез.
    «Дура! Дура! Что ты наделала со своим вечным анализом ситуации! Ты все испортила!» - кричал ей в уши разгневанный внутренний голос.
    «Нет, - твердо сказала она себе, - я хочу, чтобы это повторилось, но в моей реальности, а не на границах сна».
    Наконец, пусть мысленно, она озвучила сама себе, что же ей хочется. Озвучила то, что она гнала, пряча за сочувствием и дружеским участием. Ей нужен этот парень. Он ей нравится, может, больше чем нравится, но пока она не готова признаться даже себе – насколько больше. Он её возбуждает, она мечтает о его поцелуях и объятьях. Рядом с ним она забывает о прошлом и о том, ради чего сюда приехала. Пусть она совсем его не знает, но ей и не нужно знание, она и без этого знания готова довериться ему целиком и полностью. Он, как закрытая книга в её руках. Там внутри что-то невероятное, и она, каким-то шестым чувством, знает, что как только раскроет первую страницу, то влюбится в эту книгу, и весь мир вокруг потеряет значение. Но пока она может лишь прикасаться к обложке, очерчивая пальцами тиснение таинственных знаков на ней, вдыхать запах страниц и мечтать о том, что её ждет внутри. И она панически боялась потерять это ощущение грядущего чуда. Приближения чего-то большего…

    [​IMG]


    Земля, покачнувшись, снова оказалась у неё под ногами.
    Он проснулся… Энрике все еще держал её в объятьях, но они снова стали невесомыми и едва ощутимыми.
    Но Энжи не собиралась сдаваться. Она разомкнула кольцо рук на шее лишь затем, чтоб коснуться его лица, скользнуть к вискам и снова исчезнуть в его волосах.
    - Я так рада тебя видеть!
    Что-то мокрое и холодное коснулось её ноги. Она снова вздрогнула и в то же мгновение поняла, что это влажный собачий нос. Пес, видимо, ткнулся носом и в ногу Энрике, потому что он тоже глянул вниз.

    [​IMG]


    Щенок снова резко и звонко гавкнул. Губы Энжел дрогнули, и с них сорвался робкий, слегка истерический смешок. Но она опоздала. Энрике уже смеялся. Беззвучно, закусив губу и сверкая глазами.
    - Это подарок для Микки? - едва смог пробормотать он. Голос не слушался, смешинки добавляли в него дребезжания.
    Энжи кивнула, и больше не в силах сдерживаться засмеялась в голос, выплескивая сладостный испуг от неожиданной и долгожданной встречи. Теперь они смеялись оба, слегка развернувшись друг к другу, глядя на скачущего у их ног ушастого щенка, передразнивающего их смех своим лаем, и то и дело норовящего лизнуть кого-нибудь в ногу. Смеялись, но так и не выпустили друг друга из объятий. Уже в этом мире…

    [​IMG]


    ***

    - А где все? Где Микки? Где Майк? – спросила Энжел, после того как парень переоделся в рубашку и штаны, избавившись от простыни, и они с трудом отловили непоседу, принявшего их попытки добраться до него за веселую игру. Попавшись, щенок, неожиданно спокойно устроился на коленях у Энрике, потягиваясь, зевая и периодически пытаясь лизнуть поглаживающую его руку.
    - Мы полночи провели в первом гроте в подводной пещере сразу под водопадом, а на рассвете ребята решили пробраться дальше по затопленным коридорам. Майк, Микки, Дана с Дином и Кано. А я вернулся предупредить остальных, что они ушли глубже в пещеры. Леон сейчас в гроте на страховке, а Егор, наверное, спит где-то на улице в гамаке. Он тоже ночь провел в пещере под водопадом и вернулся вместе со мной на рассвете. Соло и Тим улетели на базу – у них дежурство. Еще Даррен здесь, наверняка ушел с утра на озеро. Смена прибудет сюда к вечеру, - отчитался Энрике.
    - Так ты совсем мало спал? Я тебя разбудила…
    - Мне больше не хочется спать, – улыбнулся парень. В темных глазах сверкнула смешливая искорка.
    «Вот была бы незадача, если бы он завалился сейчас досыпать».
    - А ты почему не остался с ними? С Майклом и Микки?
    - Не люблю я пещеры, - ответил он просто и попытался спрятаться в тени ресниц.

    [​IMG]


    Энжел присела рядом, взяла его ладонь в руки и слегка сжала пальцы. Взгляд снова вернулся к ней.
    - Извини. Тебе приходится идти с нами туда, где живут твои призраки, и воспоминания приносят боль. Даже на отдыхе…
    Энрике покачал головой.
    - Нет, это не так. Не всегда. Иногда пещеры - словно подвалы старого дома, опасные, порой непредсказуемые, но не вызывающие никаких воспоминаний. Просто подвалы. А иногда - это чрево самой планеты, пронизанное силой, энергией, древней и могущественной. Земля и камень, которые сильнее нас, и людям неподвластны. Эта сила убила многих и едва не убила меня двадцать лет назад. Иногда я вижу отголоски этой энергии в темных углах пещер-подвалов… И тогда мне хочется бежать оттуда. Грот под скалой с водопадом изумительно красивый, величественный… настоящий дворец… и в нем чувствуется эта сила. Мне там не по себе. А Микки и Майку там нравится. Я не хотел им мешать.
    - Это не предчувствие?.. - осторожно спросила она.
    - Нет! – полыхнул он на неё взглядом, - это мои тараканы. Если бы меня там что-то беспокоило, я бы настоял, чтобы они ушли. Риск всегда есть, ты знаешь, но там его не больше, чем на улицах города. Майк в этом профи. Микеле ему доверяет, и я тоже... А ты как? Больше не уедешь? – спросил он после секундного молчания.
    Если приехала она, значит его «отпуск» подошел к концу, но девушка видела, что он рад её возвращению.
    - Я завтра утром снова вернусь на побережье…
    - Зачем? - в темных глазах мелькнуло какое-то сумасшедшее отчаяние.
    «Тебе там понравилось? С Грейди и Леграном…» - он не произнес этого, но Энжел безошибочно опознала взгляд, сдобренный хорошей порцией мужской ревности.

    [​IMG]


    Грустная ответная улыбка, рожденная в ней краткостью встречи и неизбежным расставанием, превратилась в жаркий поток, затопивший сердце. Женщина в Энжел ликовала.
    Она снова сжала его ладонь.
    - Я хочу дать тебе и Микки еще несколько дней. Только поэтому я снова уезжаю. Очень скоро вернутся трудовые будни. Но если я могу отодвинуть их еще на пару дней… я это сделаю.
    Лицо его чуть просветлело, и Энрике улыбнулся уголками губ.
    - Ты знаешь, я не боюсь вернуться. Микки здесь, а не у Грейди. Я постараюсь не дать ему повод попытаться забрать его обратно… Хотя Грей, наверное, все равно что-нибудь да придумает. Он меня в покое не оставит.
    - Энрике… Мне Микки сказал, в чем тебя обвиняет Грей и за что ненавидит. И Грей на отдыхе пару раз говорил какие-то дикости про изнасилование. Он считает, что ты убил его мать.
    Горестная морщинка перечеркнула лоб, Энрике сжал губы и опустил голову. Ладонь механически поглаживала щенка, задремавшего у него на коленях.
    - Энрике, ты почти ничего про это не рассказывал Микеле, ты сказал ему, что такое знание не нужно и опасно. Он просто верит тебе, верит, что ты не убивал… И я тоже.
    С губ парня сорвался звук, похожий на горькое хмыканье.
    - Верит, потому, что он «немой». Как я. А тебе могут предъявить доказательства, «показать» как я её убил, – его голос дрогнул, губы болезненно изогнулись. – Ты ведь поверишь таким доказательствам?
    Вопрос прозвучал риторически.

    [​IMG]


    Она протянула обе руки, коснулась его лица. Он сам поднял голову и развернулся к ней. В глазах колыхалось черное марево безысходности.
    - Разве ты её убивал?
    - Нет… - качнул он головой, - но мне все равно никто не поверит.
    - Я тебе верю. Микки тебе верит. Любой, кто тебя знает, не поверит в этот бред с изнасилованием и убийством.
    Попытка улыбнуться.
    - Спасибо, Энжи… Для меня это важно. Очень важно. Но … но Грей может «показать» тебе то, что отец «показал» ему. Он не просто словам верит… Он видел… как я… убивал.
    - Энрике, - она не отпускала его лицо из своих ладоней, - если ты не убивал, значит его доказательства – ложные. Нужно просто найти способ и выяснить, как это получилось, откуда у него эти "видения". Не думаю, что Грей захочет добровольно связываться с ментальными дознавателями и позволит кому-нибудь копаться у себя в голове. Но можно попытаться вынудить его сделать это.
    Парень отрицательно покачал головой.
    - Он не захочет. Правда еще хуже, чем то, что он знает сейчас. Он не захочет знать правду. Ему удобней ненавидеть и винить меня.
    - Ты мне расскажешь что произошло?
    Энрике внимательно посмотрел ей в глаза. На секунду Энжи показалось, что он расскажет.
    Но нет. Отрицательное покачивание головой.
    - Не стоит тебе этого знать. Я думаю, это небезопасно для тебя. Некоторые участники той давней истории еще живы. И они надеются, что я ничего не помню, и не скажу ни слова против.
    - Но ты же отрицаешь, что убивал её.
    Он снова криво усмехнулся.
    - «Некоторые серийные убийцы отказываются покаяться в содеянном, и все отрицают даже сидя на электрическом стуле», - процитировал он чьи-то слова.
    - Тебя и в «серийные» записали? – на этот раз и Энжи не удержалась от скептической усмешки.

    [​IMG]


    - За охранника…
    - Знаешь, Энрике, за то, что этот гад хотел сделать с десятилетним мальчиком, я бы убила с особым садизмом, и даже получила удовольствие, когда эта нелюдь перестала бы поганить землю своим дыханием.
    Серые глаза сощурились стальными капканами и полыхнули смертельным холодом. Энрике глянул на неё с удивлением.
    Энжи и не пыталась скрыть ту ярость и гнев, что оставил у неё в душе рассказ Микки.
    В тот день, когда Грей приезжал на базу и забрал коготь, мальчик рассказал ей все, что знал об убийстве матери Грея, о том, что Грейс обвиняет в её смерти Энрике, и что он, Грейди, в этом абсолютно уверен. Но Энрике не виноват.
    Рассказал и о том, как около четырех лет назад его пытались изнасиловать двое пьяных охранников, один из которых «любил маленьких сладких мальчиков». И ему, Микки, «цыпленку, пришло время стать петушком, пока он еще в соку и его маленькая задница хоть чего-то стоит».
    Она так ясно представляла все, что рассказал парнишка, что волна ненависти к ублюдку-педофилу из охраны Грея плескалась в самом сердце, заставляя кулаки сжиматься. И сейчас Энрике наверняка видел этот злой огонь в её глазах.

    Благодарю Тулумба за великолепный лот "Бунгало".
    Огромное спасибо Killo за позы - подарок под Елочкой.
    Низкий поклон всем креаторам поз и моя огромная благодарность за великолепные позы, созданные на заказ для этой серии от Ginara (спящий Энрике) и IMHO (парные позы), которые заставили меня отснять гигантскую кучу скриншотов и погрузили в нелегкие муки выбора на долгие дни. Спасибо за ваши чудесные работы!
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  11. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 5 май 2013 | Сообщение #31
    [​IMG]


    Чёрный ворон, черный ворон,
    Что ты вьёшься надо мной?
    Ты добычи не дождёшься,
    Чёрный ворон, я не твой.​


    Неужели ненависть может передаваться от человека к человеку?
    Энжи. Она злилась. И ненавидела.
    А ведь она не знала Клауда и слышала эту историю только со слов Микки.
    Металл в её глазах не оставлял сомнений. Она бы тоже убила.
    Энрике никогда не был кровожаден, но где-то в глубине души порадовался, что Энжи его поняла и приняла то, что он сделал.
    Убийство – это не то, чем можно гордиться, даже если человек всеми своими поступками заслуживает смерти. Не нам решать.
    Когда-то давно Энрике верил в Бога. Ходил в церковь и шептал свои детские молитвы каменным ликам святых. Было в его жизни и первое причастие, и воскресные мессы, с которых, как и все мальчишки его возраста, он стремился сбежать. А позже и свой собственный святой - Святой Христофор. Конечно, Рикки Дель Рей не был примерным католиком. Но как просто кричать в высокое небо искренние слова благодарности Богу, когда ты победитель, и веришь, что все дороги принадлежат тебе. И весь мир у твоих ног. Как просто произносить эти слова, когда стол полон: «Благослови, Господи Боже, нас и эти дары, которые по благости Твоей вкушать будем, и даруй, чтобы все люди имели хлеб насущный. Просим Тебя через Христа, Господа нашего. Аминь».
    Давненько он не молился... Незачем. Бог отвернулся от него.
    Рикки Дель Рея больше нет.
    Сейчас все не так. Он утратил веру. Он совершил смертный грех и не раскаивался.
    А теперь еще и рад, что Энжел его понимает, что в её глазах он не грешник…
    Если бы еще он мог рассказать о Фэй, и о том, что случилось тогда…
    Но так он подвергнет её опасности. Ей лучше не знать. Пока. Есть риск, что она может встретиться на ранчо с Марио.
    Энрике даже представить боялся, чем это может закончиться для Энжи, если тот заподозрит в ней угрозу. Или поймет, что она знает больше, чем должна…
    Энжи тоже не проста. Энрике прекрасно понимал, что за внешностью хрупкой и нежной золотой рыбки с глазами цвета неба скрывается та еще пиранья. И лучше не попадать ей на зубок.
    Но с Марио ей не справиться. Чем дальше она от него будет – тем безопаснее.

    [​IMG]


    Рик смотрел на сидящую перед ним девушку, и ему до безумия хотелось рассказать ей все.
    Она поймет… Она ему верит. Верит, так же как Микки.
    Или пока верит…
    Червячок сомнений снова вгрызся ему в сердце.

    А если Грей ей покажет? Если она поверит ему? Если засомневается… Ведь даже такие же «немые» как он, много лет делящие с ним кров, даже они теперь в нем сомневались. Многие из них стали думать, что Грей прав, и дыма без огня не бывает.
    А ему не с кем разделить эту правду. Даже с Микки. Он еще мал, и для него это тоже ненужный риск. Тем более у Марио на Микки есть свои планы.
    Энрике слышал краем уха от охраны Грея, что Марио устроил всем форменный разнос, когда они упустили Рика с больным парнишкой, а Грею досталось еще больше за то, что он оставил Микки у рейнджеров, а не привез обратно.
    Тогда Энрике думал, что Марио хотел, чтобы Грейди вернул на ранчо Микки несмотря на то, что он был болен и умирал, и лечил сам. Но нет. Похоже, Марио уже тогда знал, что Грей продал Микки. И разозлился именно на это.
    У Марио Энжел не выкупила бы Микки ни за какие деньги.
    Энрике был нужен Марио намного больше, чем Грею, поэтому ему был нужен и Микеле. Но не только для того чтобы держать Рика в узде. Микки подрастал и с каждым днем из угловатого подростка становился все более и более симпатичным юношей. Если дети, в отличие от Клауда, Марио не интересовали, то к юношам он был неравнодушен, и с интересом начинал поглядывать на Микки, поднимая в душе Энрике волны страха за парнишку.
    От Клауда он Микки спас. С тех пор прошло четыре года и ситуация снова грозила повториться. Но здесь опасность была немного другого сорта и в разы сильнее. Марио – это не садист Клауд. У него другие методы… И Микки нужен ему для чего-то еще, Рик это чувствовал.

    ***

    Прохладная ладонь Энжел накрыла его руку.
    - Я тебя понимаю, Энрике. Микки мне рассказал про Клауда. У тебя выбора все равно не было. Только так и можно было его защитить. Этот Клауд был настоящим ублюдком, и он бы не остановился. Сталкивалась я с такими типами… Может, тебе легче будет, если ты расскажешь? Может быть, я смогу чем-нибудь помочь?
    Энрике лишь ниже опустил голову.

    [​IMG]


    Он ничего не мог сказать в ответ.
    Скелеты повылазили изо всех темных углов его прошлого и окружили его призрачной толпой. Расскажи он про одно – и эта тайна потянет другую, затем третью… Цепная реакция… Он все расскажет ей. Только позже. Пока он должен молчать. Молчать обо всем, что ему дорого и что он ненавидел.
    Клауда он ненавидел. Всем сердцем. До сих пор. Даже мертвого.
    Тот был прирожденным садистом. Он не только с удовольствием выполнял приказы Грейди. Еще больше Клауд любил причинять другим боль, издеваться и унижать, и часто «проявлял инициативу» во всякого рода наказаниях. Его ненавидело и боялось все население ранчо.
    А вот Грея… Грея Энрике ненавидеть не мог.
    Он еще помнил Фею… и помнил Фейко. И Рику хотелось думать, что где-то глубоко внутри за радужками из вороненой стали еще живет маленький голубоглазый мальчик. Это же её сын! Он не должен ненавидеть её сына. Фея бы не хотела этого. Грей не виноват.
    Он не мог не поверить... Или…
    Как он мог поверить? Как Фейко мог поверить в то, что Энрике убил её?
    Но он поверил. И Фейко исчез. Его просто не стало. Словно и не было никогда.

    [​IMG]


    Тогда… Сразу после произошедшей трагедии Кент Келен увез девятилетнего Грея в частную закрытую школу-пансионат, где тот прожил несколько лет, не приезжая на ранчо даже на каникулах. Вернулся Грейди через пять лет, повзрослевший и изменившийся практически кардинально, озлобленный, изгнанный из уважаемого заведения за систематическое нарушение порядка и вызывающее поведение.
    В первую же ночь после приезда на ранчо Грей пришел к нему.
    Рик не видел его с того трагического дня. Голубые глаза Фэй исчезли, вместо них на Энрике смотрели серебряные монетки, украшающие лицо покойника. Кривая улыбка играла на тонких губах, капризный излом бровей, холодный и безжалостный взгляд волчонка, загнавшего свою первую добычу.
    Грей пришел к нему с вопросом, который мечтал задать Энрике все эти годы: «Зачем он убил его маму? Чем она заслужила такую смерть?»
    Но явился он не за ответами.
    Он спрашивал… И каждый свой вопрос сопровождал ударом ножа. То, что Энрике все отрицал - лишь распаляло его. Вопросы, сначала звучащие как шепот на границах слышимости, превратились в истошные крики.
    «Почему ты убил её?!» - кричал Грей.
    «Я не убивал!»
    «Врешь! Я видел, как ты убил её! Мне отец все показал! Зачем ты убил её?!» - и следовал удар. Перочинный нож в дрожащей руке мальчишки не мог нанести серьезного вреда. Грей снова и снова задавал один и тот же вопрос, и снова и снова тыкал окровавленным лезвием в грудь Энрике.
    Рик не сопротивлялся, не защищался. Не хотел, не мог. Все о чем он тогда думал: «Может быть, у тебя получится… Может быть, ты сможешь убить меня…»
    Но Грей не смог.
    На его крики сбежалась охрана особняка и оттащила перепачканного в крови парнишку от израненного Рика. Порезы не были слишком серьезны, тем более для организма Энрике, и он довольно быстро поправился.
    А когда от шрамов почти не осталось следов - Грей пришел снова. Просто разбудил его среди ночи и велел выйти во двор.
    В этот раз он не кричал. И ничего не спрашивал.

    [​IMG]


    Два расчетливых удара в живот. С замахом. С проворотом…
    Блестящие слезами ненависти стальные глаза. Кривой оскал улыбки.
    Диего сообразил быстрее остальных, куда повел Энрике Грей, и тут же выбежал за ними во двор. Он не сразу нашел их, обшаривая все темные углы и лихорадочно вслушиваясь в ночь, ожидая, что раздастся шум или крики. Но криков не было. Диего уже отчаялся найти их, когда свернул к гаражам и увидел Энрике.
    Грейди стоял над ним, собираясь перерезать горло. Но медлил. Медлил.
    Он хотел, чтобы Энрике сопротивлялся, защищался. Но Рик снова ничего не сделал.
    Подоспевший Диего едва смог оттащить пятнадцатилетнего парня от поверженного Энрике.
    С трудом вырвал окровавленный нож, заработав при этом глубокий порез руки.
    Может быть, вид Диего, истекающего кровью от его удара, и отрезвил Грейди.
    Или Лили, прибежавшая на шум вместе с крохой-сыном.
    Или маленький Микеле, заливающийся так громко и отчаянно, словно понимал все, что происходит вокруг.
    Или это его слова возымели обратный эффект…
    «Убей меня… Если ты считаешь, что я мог убить её…»
    «Нет, - прошептал тогда Грейди, - нет, это ты убил её, но ты не умрешь… зато пожалеешь, что еще жив».
    И принялся воплощать свои планы со всей юношеской решимостью и фантазией.

    [​IMG]

    Благодарю Delight33 за сет поз Fear, использованный в этом эпизоде, а конечно, IMHO, Fierce и Ginara, без ваших трудов я не могу обойтись ни в одной серии.
    Спасибо моим читателям!
    Вы так долго меня ждали, подгоняли и вдохновляли...
    И я снова в строю.
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  12. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 20 май 2013 | Сообщение #32
    [​IMG]
    [​IMG]



    Энрике терпел, стоически пытаясь не скатиться в пучину ненависти, где ждал его Грей. Рик давно научился держать эмоции под контролем, но иногда и на него накатывало. Грейди кого угодно мог довести до белого каления.
    А когда Грей отдал Микки Клауду - у Рика просто сорвало крышу... И ему пришлось убить. Но он не жалел об этом ни единой минуты, прошедшей с тех пор. Сейчас, зная о последствиях, он все равно поступил бы так же.
    Тогда, на эмоциях, он вылил Грею в лицо все, что держал в себе так долго.
    Тогда Энрике кричал. Кричал, не стесняясь в выборе слов, нагромождая этажи мата и извергая проклятья и угрозы. Кричал, может быть, впервые за все время, проведенное на ранчо. Кричал, что если тот тронет Микки, или хоть кто-нибудь тронет мальчика… Он убьет. Вернется из могилы, как глубоко бы они его не зарыли – и убьет. Всех. И Грея первым, и плевать ему тогда будет, что он сын Фэй. Он не убивал Фэй, что бы ни говорил и какие бы доказательства не показывал ему отец – не убивал! Грей может убить его за это, если хочет, но если он что-нибудь сделает с Микки… Он вернется. Вернется!…
    Энрике много чего тогда наговорил...
    Он не замолчал даже когда Грей выполнил своё намерение, и охранники приволокли из подвала старый, но довольно крепкий гроб, который еще Келлен-старший приготовил для Энрике.
    Рик изрыгал проклятья, когда толстая крышка с пыльной бархатной обивкой превратила тусклый дневной свет полную темноту, и дождь перестал хлестать ему в лицо.
    Сыпал угрозами, не обращая внимания на ритмичные удары молотка, набатом отдающиеся во всем теле.
    Кричал, пока глухой стук комьев земли по дереву не превратился в невнятный шум и не затих вовсе. Пока не сорвал голос и почти не оглох от собственного крика в замкнутом пространстве, пока легкие не заполнил запах мокрой глины… и не вернулся страх.
    Страх, который он почти забыл, который практически свел его с ума четырнадцать лет назад, когда умерла Фэй.

    Только тогда он очнулся внутри деревянного ящика, наспех сколоченного гроба, в луже запекшейся крови. Рядом с начинающим смердеть мертвецом с раскуроченной пулями грудью, с которым они делили это домовище на двоих.
    Лэри.
    «Неудачник Лэри» - как все его звали. Накануне Лэри «повезло» столкнуться на территории ранчо с местной ядовитой змеёй – желтым прыгуном. Змея цапнула его в ногу, чуть ниже колена. Голень распухла, а рана воспалилась и начала гноиться. Он не мог даже встать, малейшее движение ногой приносило боль.
    Это к нему пришла Фэй в тот день...
    Неудачник… Он пытался спасти её, но получил за эту попытку новую жуткую роль и пять пуль в грудь. Еще четыре достались Энрике. Но Лэри повезло умереть. А Энрике – «посчастливилось» очнуться в могиле рядом с покойником…

    ***

    Теперь он знал, каково чувствовать, когда тебя закапывают. Живым.

    [​IMG]


    В этот раз ему связали ноги и стянули руки за спиной толстой веревкой, прежде чем закрыть в гробу.
    «Попробуй выбраться, тварь! Я посмотрю, сколько ты протянешь. Сдохнуть быстро у тебя не получится. Видимо, на земле ты недостаточно близко к аду. Что ж, там тебя ждут! Загляни в гости к своему дружку - дьяволу! - прошипел ему Грей перед тем как крышка опустилась, запечатав Энрике в деревянном саркофаге. - Может, я и выкопаю тебя, только тебе, урод, придется очень сильно меня умолять. Можешь начинать! Это тебе за второе убийство... »
    «Только тронь Микеле - и я вернусь за тобой!» - кричал Энрике Грею вместо ответа сквозь слои древесины и старой ткани.
    Он должен вернуться... Должен. Там Микки, и Рик ему нужен.
    Это единственное, что его держало все те дни, что он провел во тьме.
    Энрике потерял счет времени, пытаясь справиться с путами на руках и вырваться из своей деревянной темницы. Но вернувшиеся кошмары оказались сильнее его. Страшнее, чем он мог представить. Хуже, чем было в прошлый раз, когда рядом с ним лежал мертвец.
    Лэри снова оказался вместе с ним. Более ужасный и страшный, чем помнил его Энрике. Не живой. Не мертвый...
    Ему казалось, что скользкие и холодные руки Лэри трогают его затылок, прикасаются к плечу, хватают за ноги, и от этих ощущений он задыхался, а по спине бежал мерзкий липкий пот. Он пытался увидеть эти руки в кромешной тьме. Ему всюду мерещились сгнившие пальцы с черными пластинками ногтей, свисающие с костей лохмотья кожи, копошащиеся черви, норовящие упасть ему на лицо и заползти в глаза или в рот. Энрике слепо отбивался от них, ворочаясь в тесном ящике и таращась во мрак. Забываясь на мгновение в беспокойной дремоте, и просыпаясь от шумного смрадного дыхания и стонов где-то совсем рядом. Своих стонов.
    Он проклинал Грея, проклинал Лэри, умолял его уйти, обещал, что он всё расскажет, когда выберется, и все узнают, что Лэри тоже не виноват. Он расскажет, расскажет!
    Поверил ли мертвяк его обещаниям? Возможно...
    Это Лэри помог ему избавиться от веревок на руках… Как это получилось - Энрике ответить затруднялся, он помнил лишь холод мертвых рук на своих запястьях. Помнил, как он рвался, сдирая кожу, но хватка ледяных пальцев была крепка. Острые когти, словно крючья, впивались в плоть. Но он дергал и выкручивал кисть из этих оков, стремясь избавиться от мертвецкого холода и жутких слизистых прикосновений. И, в конце концов, рука выскользнула из тугой петли. И пальцы давно истлевшего покойника, цепляющиеся за него вместе с веревкой, исчезли. Энрике распутал зубами узел и снял остатки веревки с другой руки, с трудом дотянулся до пут на ногах и избавился и от них. Содрал обивку с крышки и добрался до досок. Но свободы ему это не принесло. Слишком крепко был сколочен старый гроб.
    И Лэри снова вернулся.
    Энрике кричал, шептал, умолял его исчезнуть, то отбиваясь от его липких прикосновений, то пытаясь поймать вечно ускользающие руки. Иногда ему казалось, что вокруг тьма без конца и края, душная, тягучая и плотная, словно ватный туман на болотах, но куда бы он не протягивал руку - везде натыкался на доски, склизкие и мокрые от влаги. Жажда заставляла его собирать ладонью эту жижу. И пить это жалкое подобие воды, песком оседающее на зубах, со вкусом гнили и тлена.
    Он ощупывал и ощупывал доски вокруг себя, пытаясь найти в них щель или слабину. Нашел, и даже смог выломать кусок, но посыпавшаяся в щель земля вызвала у него новый приступ паники.
    Страх сводил его с ума. Холодные пальцы Лэри в темноте. Дыхание и стоны. Уже не его, нет. Он замолкал, задерживая дыхание, прислушиваясь до боли в голове к мертвой тишине. И слышал... Слышал, как хрипло дышит давно истлевший Лэри за его спиной… Стонет. Смеется. Бормочет проклятья, пророчит беды.

    [​IMG]


    Страх пропитал все вокруг. Даже поступающий откуда-то свежий воздух казался наполненным трупным смрадом, а доски его гроба – липкие, покрытие дождевой слизью, как сгнивший саван на покойнике, вызывали у него дрожь.
    Он то рвался в неизвестность, ломая ногти о дерево, разбивая колени, в тщетной попытке проломить крышку, то замирал во мраке своего склепа, прислушиваясь к дыханию неведомых чудовищ вокруг. И он сдался, все глубже погружаясь в пучину сумасшествия.
    Новый виток кошмаров едва не стоил Рику рассудка. Если бы не Микки, неизвестно, чем бы все это кончилось. Сколько бы он протянул… Наверное, долго: доступ воздуха Грей ему оставил, а бесконечный дождь пропитал землю настолько, что от него не спасала и деревянная крышка его узницы. Грейди не собирался его «убивать». Но то, что он с ним сделал, было хуже смерти.
    Микки его «выкопал». Выходил, и по капле вернул ему разум, вырвав из чрева безумия, хотя и сам был еще ребенком, и сам едва не угодил в ад. Парнишка справился со своими кошмарами намного быстрее, потому что он нужен был Энрике. А Энрике был нужен ему.
    Вот так. Он спас Микки от Клауда. А Микки спас Энрике, не только его тело, но и его разум.

    ***

    Её голос.
    Словно отвечающий на его мысли.
    - Я знаю, что они с тобой сделали тогда. Микки мне рассказал. Не всё, конечно... Он умеет хранить секреты. Но про Клауда рассказал…

    Про Клауда…
    Этот охранник появился в «Грейсленде» восемь лет назад, и за четыре года, проведенные им «на службе у Грейди», его невзлюбили все жители ранчо. Его пристроил в охрану к Грею сам Марио. И хотя в последние месяцы Грейди пытался спровадить его подальше от ранчо, настаивая, что ему достаточно и «своих», но то ли аргументов не хватало, то ли он, как и все остальные, не мог идти против старинного отцовского друга, но Клауд оставался на ранчо. Марио привез его из приюта, где тот раньше работал в качестве начальника охраны, почти сразу после неожиданной кончины Кента Келлена - присматривать за Риком, и за Греем, чтобы тот не перегнул палку в своей ненависти к убийце матери. А Энрике был нужен Марио. Возможно, только благодаря этому Рик и жив сейчас. Грей бы его убил. И убьет. Рано или поздно. Придумает способ. И его не остановит ни Марио... и ни Энжи... Энрике в этом не сомневался. Грей был более сумасшедшим, чем его отец, и чаще сначала действовал, а потом думал. Так было во всем, что касалось Рика. С воспитанием ненависти у сына старший Келлен явно переборщил.
    А тогда присматривать за Энрике был приставлен Клауд.

    [​IMG]


    Он был страшен и огромен даже в представлении Рика, хотя был немного ниже его ростом. Тяжелые армейские ботинки на мощной подошве почти компенсировали эту разницу, а толстая шея со вздувшимися венами, бритый наголо затылок с жировыми складками, квадратные плечи, широченная грудная клетка, огромные бицепсы, пудовые кулаки, вес которых, как казалось, пригибал его к земле, небольшой пивной животик и взгляд исподлобья придавали ему сходство со склонившим голову быком. Казалось, что разогнись он и подними голову - и сразу прибавит в росте сантиметров десять, а то и больше. Он был прирожденным садистом, от него страдали не только самые бесправные жители ранчо - рабы, но и другие охранники, и даже друзья Грея, Дамон и Легран. Его боялись все и почти все ненавидели, тщательно скрывая ненависть за улыбками. Легран, которому, когда Клауд появился на ранчо, едва стукнуло пятнадцать, самый младший из троицы, нахальный и задиристый как молодой бойцовский пес, боялся Клауда панически, старательно избегая любого общения с ним. Грей его не боялся, но относился с явной опаской, и конфликтовать с ним не стремился. За Клаудом стоял Марио, а он девятнадцатилетнему парню, оставшемуся без отца, был не по зубам. Да и Кент, пока был жив, тоже находился полностью под влиянием этого человека.
    Раньше Энрике не верил в слухи, ходившие о Марио, все они были один нереальнее другого и он их просто игнорировал, считая выдумками. Ни он, ни Лили, ни Диего не понимали природы того влияния, что он оказывал на других. Микки тоже, казалось, унаследовал от родителей эту невосприимчивость.
    Рик понял все слишком поздно. Понял в тот день, когда умерла Фэй. Понял и поверил во все, что говорили о нем. Но было уже поздно. Слишком поздно он увидел в нем Демона. И поплатился за это.
    Энрике не знал, случайно ли оказался Марио на ранчо «Грейсленд» или пришел по его следу. Но Марио знал или подозревал о том, кто он, еще до того дня, когда умерла Фэй и жизнь Рика превратилась в самый настоящий ад. Марио присматривался и принюхивался к нему все два года, что прошли с момента аварии в шахтах, когда Энрике снова оказался на ранчо… и до того страшного дня.
    А потом… Потом Марио взял то, что ему было нужно. Кент больше не был ему помехой. Теперь они оба знали, каков Энрике на самом деле. И теперь Рик был нужен им живым. Только жить Энрике совсем не хотелось.
    Это Марио увез Лили и Диего для каких-то работ на болотах. Оттуда они уже не вернулись. Энрике так и не узнал, что случилось с его другом и Лили. Краткое: «погибли на болоте» могло быть как правдой, так и ложью. Позже он догадался, что их смерть тоже была планом Марио. Он хотел, чтобы у Рика был смысл жизни – и дал ему Микки. Он по-своему оберегал их обоих. Но и великие кукловоды совершают ошибки. Клауд едва не стал этой ошибкой в планах Марио.

    ***

    В один из дней затянувшегося сезона дождей, когда небо изливалось на землю бесконечными водяными потоками, и всё население уединенного ранчо сходило от скуки с ума, Клауд выиграл Микеле, которому едва исполнилось десять, в карты. Грей частенько играл в покер, ставя на кон своих оставшихся рабов, порой проигрывая почти всех и затем отыгрываясь снова. Но он никогда не играл на Энрике и Микки. Позже Рику рассказали, как артистично Клауд развел его на игру, вынудив сделать мальчика карточной ставкой. Грейди повелся… и проиграл.
    Он, конечно, догадывался, для чего Клауду нужна «маленькая цыплячья задница» - другого имени для парнишки у того не было. Глава охраны не скрывал своё увлечение мальчиками и неоднократно грязно хвастался своими похождениями в приюте «дяди Марио». Желающих возражать ему обычно не находилось, а некоторые даже поддакивали и стремились выслужиться из страха попасть под тяжелую руку Клауда и отведать его пудовых кулаков.
    Марио запрещал ему трогать Микки и Энрике без его санкции, но Марио не жил на ранчо, а бывал там лишь набегами. И Клауд чувствовал себя в «Грейсленде» полновластным хозяином, против которого не решался идти даже Грей.

    [​IMG]


    Когда Марио не было в зоне видимости – любые запреты ему были по-барабану. С Микки он просто выжидал пока «петушок подрастет». И наслаждался страхом маленького мальчика.
    «От тебя же не убудет, цыпленочек», - сально посмеивался Клауд, пытаясь лапать Микки при каждой встрече. В Энрике все дрожало в бессильной ненависти к ублюдку. Пытаясь защищать Микки он нарывался на наказание - а наказывали вместо него «его пару» - всё того же Микеле. Замкнутый круг, разорвать который Рик был не в состоянии.

    В тот день в барак пришли двое подручных Клауда. Они заперли Рика за решеткой, отделявшей дальний конец коридора от жилого блока.
    Чуть позже появился Клауд и, плотоядно скаля зубы, прошел мимо загнанного в отгороженный стальными прутьями угол и запертого на замок Энрике. Он помнил, как в ужасе закричал Микки, когда Клауд выдернул полусонного парнишку из кровати и потащил его по коридору, похотливо лапая за все места и грязно описывая способы совокупления.

    [​IMG]


    Тогда Энрике и понял, что ему придется убить. Дверь барака захлопнулась, лязгнул замок, приглушив крики мальчика и хохот охранников.
    Дальнейшее Рик помнил смутно.
    Охранники недооценили Энрике, просто закрыв его в бараке.
    Потом никто из «немых», находившихся в тот день в жилом блоке, не мог сказать, каким чудом Энрике выбрался из-за решетки, выгнув шатающиеся прутья, как взлетел под самую крышу, «вынес» маленькое чердачное окошко вместе с рамой и сумел протиснуться там, где даже ребенку, казалось, не пролезть.
    Отчаянный крик Микеле во дворе заглушил звон бьющегося стекла. Единственное не зарешеченное окно под самым козырьком крыши вылетело и с грохотом рухнуло на землю.
    Энрике свалился на дорожку позади охранников с высоты второго этажа, в сверкающем звенящем рое осколков и едва сам не налетел на останки разбитой рамы, ощерившейся острыми шипами стекла.

    [​IMG]


    В три прыжка догнал не ожидавших сопротивления охранников. Легко сбил с ног первого, а затем и Клауда, вырвал у него из лапы руку упирающегося Микки. Клауд так ожесточенно волок мальчишку по двору, что едва не сломал ему запястье: след этой пятерни, сначала багрово-красный, потом фиолетово-синюшный и под конец зеленовато-желтый долго украшал руку мальчика.
    Толкнул Микки прочь, приказывая ему бежать, бежать, куда глаза глядят.
    Куда? Куда бежать десятилетнему мальчику? Тогда он не думал об этом. Главное – подальше отсюда, подальше от Клауда.
    Первый раунд был за Энрике, но он не обольщался. Охранников было двое… и Клауд, который стоил еще троих. Клауд был вооружен и весил килограмм на двадцать больше Энрике. Огромный злобный великан, после удара Энрике он отлетел как мячик в кусты возле барака. Огромная лужа с громким чмоком приняла в свои объятья его задницу. Но уже через пару секунд Клауд, с налитыми кровавым бешенством глазами, поднялся с земли.
    «Беги! Убегай!» - кричал Энрике застывшему в ступоре Микки. И Микки ринулся сломя голову прочь. А вслед ему летел злобный рык Клауда, обещающий, что он сначала пришибёт Энрике, а потом порвет мальчишке все возможные дыры своим членом.

    После Микки рассказал ему как он бежал, а ему вслед летели яростные вопли Клауда, сопровождаемые грязным матом и такими же грязными угрозами. Когда они оборвались, неожиданно, словно тот подавился словами, но затем продолжились нечленораздельным ревом - у Микки застыла кровь в жилах. Он уже добежал до ворот и остановился, испуганный, не зная, что ему делать, куда ему бежать, и стоит ли бежать вообще. Энрике остался там, у барака, и Микеле не сомневался, что против Клауда ему не выстоять. В этот момент, откуда-то из-за кустов вылетел Дамон, цепко ухватил его за плечи и потащил обратно к особняку. Микки больше не сопротивлялся. Просто трясся как осиновый лист и брел, не чувствуя ног. Снова послышались крики, более тревожные и пугающие, чем раньше. Микки мельком увидел, что к бараку уже сбежалась вся охрана. Но Дамон туда не пошел, он приволок его в особняк, столкнул по лестнице в подвал, приказав ему сидеть тихо как мышь, и захлопнул дверь.

    [​IMG]


    Микеле просидел там вечность, ему казалось, что прошла не одна неделя, прежде чем дверь над лестницей открылась и его, обессилевшего от страха, вытащили в дневной свет. На самом деле прошло лишь два дня, два дня без пищи и почти без сна. Хорошо, что в подвале был туалет и вода в кране. Кричать он не смел, сидел, сжавшись в комок под лестницей, трясся от холода, невыплаканных слез и страха. Страха за Энрике. Страха, что откроется дверь и появится Клауд. Страха, что дверь никогда не откроется. Но дверь открылась и хмурый Дамон, без лишних разговоров вытащил его наверх и отвел в барак.
    В бараке Энрике не было. Из сбивчивого рассказа Джонаса, Микки узнал, что произошло. И что Грей за это сделал с Энрике. Микеле две недели держали под замком в одной из комнат барака для рабов. За это время он тайком выломал доску под кроватью, смог пробраться в подвал и проделал дыру в обветшалом фундаменте, чтобы выбраться на волю. И сбежал. Сбежал затем, чтобы найти Энрике. Он знал, где искать: Грей похвастался, где он зарыл Рика.

    Энрике с трудом представлял, чего стоило десятилетнему мальчишке среди ночи разрыть неглубокую могилу, взломать прихваченным из подвала обломком трубы деревянную крышку гроба и вытащить его оттуда. Живого, но почти потерявшего разум за эти две недели в гробу. Почти двое суток Микки прятал его в лесу на окраине ранчо, пока их не нашли охранники Грейди и не водворили в барак, позволив Микки выхаживать своего друга.
    Грей не собирался убивать Энрике.
    Он знал, чем может причинить ему боль, знал о его страхе, знал, что когда умерла Фэй, отец пристрелил «виновных» в её смерти Энрике и Лэри и похоронил их в одном гробу, решив проблему с убийцами для Байларского правосудия.…
    Тогда неглубокая могила не смогла удержать Рика в своем чреве. Он почти выбрался, и до смерти напугал Лили, пришедшую на его «могилу» и увидевшую торчащую из земли человеческую руку. На её крик прибежали другие рабы и вытащили полубезумного едва живого Энрике из их с Лэри домовины. Ему понадобилось почти полгода, чтобы снова понять где он и что произошло. Он рассказал, что видел, обо всем что знал – но его безумной истории никто не верил. А Кент пригрозил, что если он и дальше будет нести эти бредни – он снова его зароет, а для него и Марио Рик сгодится и в качестве овоща в гробу. Сказал, что смерти Фэй он ему не простит никогда, и при малейшем неповиновении Энрике снова окажется в деревянном ящике в полуметре под землей. И даже прикупил для него красивый гроб с бархатной обивкой. И Рик смирился. Он почти на автомате отрицал, что виновен в смерти Фей, но больше ничего не рассказывал о случившемся и молчал долгие четырнадцать лет, до самой стычки с Клаудом.

    ***

    Когда Микеле убежал, Энрике остался один против двух разъяренных охранников и Клауда. Они хоть и были пьяны, но не настолько, чтоб превратиться в беспомощных баранов. Все их навыки остались при них, как и дубинки-электрошокеры… Но алкоголь затуманил им разум, залил бешенством глаза, притупил реакцию. Первого из них Рик довольно быстро отправил головой прямиком в каменную стенку барака. Кусты, росшие у стены, смягчили удар, но подняться тот уже не смог, катаясь по земле и невнятно мыча от боли.
    Второй оказался орешком покрепче. Но они с Клаудом кинулись на Энрике вдвоем и больше мешали друг другу, чем помогали. Энрике пару раз увернулся от шокера, но, в конце концов, второй из охранников, Кенниген, все же достал его. Энрике повезло, падая, он умудрился вырвать у Кеннигена дубинку, а кинувшийся на Рика Клауд, словно собирающийся раздавить его в лепешку, получил удар шокера и отлетел, ударившись в стальную дверь барака с такой силой, что затряслись стены и зазвенели стекла в окнах. Мат и ругань на миг прекратились. Нечленораздельный рев, который и напугал Микки, исторг озверевший в конец Клауд.
    Энрике тоже уже встал и направился к поднимающемуся с земли бугаю. Клауд хриплым шепотом, видимо вопль, который извергли его голосовые связки, что-то в них нарушил, начал обещать такие мерзости для Микеле, от которых у Энрике просто все внутри застыло. На крики и шум драки к месту событий уже бежали другие охранники.
    «Всем стоять! – рявкнул Клауд, - я сам разберусь с этим уродом…»
    Клауд быком пошел на Энрике. Все затихли, встревать в драку или, точнее в ожидаемое избиение, никто не рискнул.
    Дубинка в руках Клауда выписывала круги…
    У Энрике больше не было выбора...

    [​IMG]

    Хочу поблагодарить креаторов нашего сайта за новых персонажей для "Врат"
    За фактурного Клауда - Millawka, пусть ему досталась не самая лучшая роль, но он мне нравится.
    И за замечательного Диаса из F&L Club от Fierce и MrLazy.
    Благодарю за авторские позы, сделанные на заказ для этой серии моих бесценных спасительниц - Fierce, Ginara и Джемму!
    Спасибо вам огромнейшее!
    Благодарю [email protected] и Delight33 за замечатальные сеты поз из мастерских и всех креаторов, чьи труды использованы для создания скринов к этой серии.
    Отдельная благодарность Severinka за замечательный "реквизит" .
    И прошу прощения у тех моих читателей, кому этот эпизод покажется черезчур жестким. Я старалась не перегнуть палку, но.. что уж получилось...
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  13. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 3 июн 2013 | Сообщение #33
    [​IMG]




    - Энрике!
    Её рука легла ему на запястье и настойчиво потянула к себе, словно вытаскивая из омута воспоминаний. Призраки прошлого шарахнулись в разные стороны, уступая место солнечному дню и светловолосой девушке, заглядывающей ему в глаза.
    Рик тряхнул головой, а с плеч свалился невидимый груз, мешающий дышать.
    Он ничего не рассказал ей, но почему ему тогда стало легче?
    Тяжесть рассеялась, оставив на задворках разума лишь дольку беспокойства.
    Не слишком ли часто прошлое стало царапаться в его двери?
    «- Не предчувствие ли это?»
    «- Нет!»
    Ответ однозначен, с пещерами - это не предчувствие. Но прошлое, вдруг явившееся в его жизнь, заставляло Рика нервничать.
    - Энрике, - девушка чуть сильнее сжала его руку, - ты словно ушел куда-то… Прости, что невольно напомнила о пережитом. Я даже представить боюсь, сколько всего тебе выпало в этом мире… но…
    Энжел замолчала, подбирая слова.
    - У нас только сутки… до нового рассвета. Я хочу, чтобы ты этот день провел со мной, а не во тьме горьких воспоминаний…

    [​IMG]


    Он прикоснулся к её прохладным пальчикам, все еще удерживающим его запястье в спасительных оковах. Хватка ослабла и тонкая девичья ладонь скользнула ему в руки, словно ждала этого. Энрике заглянул Энжи в глаза, чистые и ясные, словно полуденное небо, и его мгновенно затянуло в прозрачную глубину, к сияющему внутри свету, сжигающему все горести и печали.

    Он снова мог улыбаться:
    - Целый день с тобой? С удовольствием! Хочешь, я покажу тебе озёра? На территории бунгало есть пара бассейнов, но в них слишком скучно плавать. Здесь недалеко у скал чудесное озеро. С водопадом и теплыми подземными источниками. Можно искупаться. Вода там просто потрясающая. А потом сходим в горы, посмотрим с высоты на Большой Водопад и Каньон? Оно того стоит. Майк и Микки все равно только к вечеру вернутся. Они не знают, что ты приехала. Хотя… можно сообщить Леону, а он свяжется с ними по рации…
    Энрике и самому захотелось отбросить тягостные воспоминания. Забыть обо всем, что было и наслаждаться выпавшим ему деньком, как будто это последний день в его жизни. А за ним или нет ничего... Или все будет хорошо.
    Энжи солнечно заулыбалась, словно он предложил ей самую желанную вещь на свете.
    - Конечно! Но вызывать ребят не будем. Увидимся, когда наши «спелеоаквалангисты» вернутся. Покажешь мне местные достопримечательности? Майк мне все уши прожужжал, что здесь лучше, чем на побережье. Посмотрим, насколько он прав. А что с ним делать? – опомнилась Энжи, глядя на прикорнувшего на коленях щенка.
    - Попросим Даррена за ним присмотреть, когда пойдем в горы. А на озере ему тоже понравится.
    Он потрепал ушастого щенка по голове. Тот мгновенно проснулся, радостно сверкая блестящими пуговками глаз, и выстукивая хвостом барабанную дробь.

    Через пару минут они уже шли к озеру.

    [​IMG]


    Энрике пришлось держать беспокойного пса двумя руками, чтобы он не выскользнул как кусок мыла из мокрых ладоней. Энжи посмеивалась над попытками Рика не упустить непоседу и нежеланием слишком сильно зажимать щенка, лишая свободы. Угомониться и спокойно сидеть на руках любопытный собачонок категорически отказывался, энергично стараясь вырваться и угнаться за каждой веточкой кустарника, проплывающей мимо его носа. Энжи кокетливо держала Энрике под руку, её пальчики слегка шевелились, словно лаская напряженный мускул сквозь тонкую ткань рубашки. От каждого движения все в нем сладко изнывало в ожидании, что пальчики не остановятся, ласки продолжатся, и это не окажется бредом его больного воображения. Но рука замирала, а Энрике начинал ругать себя, что ему в голову лезет черте что.
    «Сексуальные галлюцинации» - такой диагноз казался ему самым логичным.
    Они шли так близко, то и дело соприкасаясь плечами, как будто широкая дорожка пугала их своим необъятным простором, заставляя в страхе прижиматься друг к другу. Она крепче обнимала его руку, словно кошка, запускающая коготки в свою добычу, и Рик чувствовал как кончики ногтей, впиваясь, оставляют еле заметные метки на его коже. Он никогда не был мазохистом, но сейчас мечтал, чтобы эти коготки царапали его обнаженную спину.

    ***

    «Млечная гавань» - такое название дали местные жители этому странному уголку природы. Выйдя за ворота, Энжи и Энрике словно попали в другой мир, разительно отличающийся от пышущей разноцветьем территории бунгало. Дикие черные скалы с невысокими кривыми деревцами и островками буро-зеленой травы. Огромные валуны, темный вулканический песок без малейших следов растительности, раскинувшийся невысокими дюнами повсюду, куда хватало взгляда, переходящий в желтовато-серый у кромки воды и ослепительно белый на дне. Туманная завесь пара над горячими источниками, бьющими из глубин делала озеро похожим на тарелку кипящего молока. Пирс из черных, словно обугленных бревен, уходящий от берега на добрые десять метров, нависаюший над курящейся паром поверностью, кипельно-снежная крошечная яхта, сливающаяся с водой. Строгий черно-белый мир.
    Яркая стайка шезлонгов и большие пестрые зонты над ними просто резали глаз в этом мире без красок. А небольшой празднично-нарядный кафе-бар позади ряда лежаков, с каскадом из зелени в цветастых кадках, абсолютно пустой в этот час, казался грубо вклеенным неумелой рукой фотошоппера в старую черно-белую фотографию.

    [​IMG]


    Даррен, в одиночестве принимающий солнечные ванны на одном их шезлонгов, удивленно вскинул бровь, заметив их приближение. Энжи и не подумала отцепиться от Энрике, вдобавок прильнула головой к его плечу и хитро улыбнулась.
    - Что? Не рад меня видеть, бездельник!
    - Энжи! – парень вскочил и устремился ей навстречу, - ты здесь откуда? А это еще кто? Что это за чудная барбоска! – в густой мужской баритон добавились сюсюкающие нотки.
    Даррен слегка скорректировал траекторию своего движения, и вместо дружеских объятий, предназначавшихся Энжи, облапил повизгивающего от нетерпения песика, и принялся его нацеловывать и тискать к обоюдному щенячьему восторгу.
    - Нам повезло, что здесь Даррен, он знатный собачник. Видишь, даже меня сразу же променял на щенка! - промурлыкала Энжи Рику на ухо, озорно сверкая глазами. Его руку она так и не выпустила из своих пальчиков.
    - Не иначе этот хвостатый подарочек для Микки? – вдоволь потискав щенка, Даррен отпустил его на землю, и молодой пес с удовольствием начал выписывать вокруг них круги и петли, радостно облаивая каждую пролетающую мимо муху.
    - Рик тебе уже сказал, что Микеле отправился вместе с Майклом подводные пещеры исследовать? Ты зачем никого не предупредила, что приедешь? – продолжил Даррен, не отводя взгляда от щенка.
    - Сюрприз хотела сделать. Ничего, вечером увидимся, посидим у костра, шашлычки поедим.
    - Ага! Жди больше! Майка нашего не знаешь? – хохотнул Даррен, - Когда они вернутся, у Микки хватит сил только доползти до постели и рухнуть спать. Этот рыжий змей из него все соки выжмет свои «подводным походом». Плавали – знаем!
    - Поэтому ты на берегу остался?
    - А то! Мне подземелий и в рудниках хватает. Я солнышко люблю. После двухмесячных ливней воду видеть не могу.
    - Даже в озере не будешь купаться? – съязвила Энжел.
    - Буду... Чуть позже…Вода здесь шикарная! Не кипяток, как кажется при первом взгляде, в основном теплая, но есть и холодные участки. Здесь много чего намешано: и минеральные горячие источники, и ледяная ключевая вода, и водопады горные. Ныряй - не бойся! - Даррен звонко засвистел, поднимая с земли палочку и подзывая щенка. Тот с удовольствием примчался на зов и залаял в азартном ожидании новой игры.

    [​IMG]


    - Отличный пес! Микки понравится… Рик, покажи Энж озеро и заводь с источниками. Вот это место! Круче любого навороченного джакузи! Сто пудов ты такого ни на одной планете не видела! А я пока с нашим новым другом пообщаюсь. Соскучился я по четвероногим братьям!
    - Покажешь мне это «навороченное джакузи»? – обернулась девушка к примолкшему Рику.
    Энрике кивнул, стараясь быть серьезным. Ему казалось, что стоит только перестать себя контролировать, как улыбка, которую он старательно прятал, вылезет наружу и растянет ему рот до ушей. И он так и будет потом стоять столбом, смотреть на неё и глупо улыбаться.
    - Это на том берегу… - смог выдавить Энрике, кивая в сторону скал, высящихся над курящейся паром водой.
    - Тогда пошли!
    Она, наконец, отпустила его руку и Рик смог вздохнуть чуть свободнее. Но лишь на секунду. Она сделала шаг к воде, повернувшись к нему спиной, и в следующий момент неуловимо-быстрым движением стянула через голову тонкую кофточку. В первый миг ему показалось, что спина полностью обнажена, и нет никаких веревочек и завязочек от купальника. Сердце уже успело ухнуть куда-то в жаркие и темные глубины, а фантазия смело нарисовала, что он увидит, когда Энжи обернется.
    Но тут же вернулся из мира грез в реальность, разглядев перечеркивающую спину тонкую полоску ткани.
    Энжел оглянулась.
    - Ты идешь?
    Энрике пришлось судорожно сглотнуть, прежде чем он смог ответить.
    «Не хватает только уронить челюсть на пол и начать пускать слюни как диснеевский волк из мультика».
    - Иду.
    Он медленно снял рубаху, специально повозился с ремнем, стянул вдруг ставшие тесными джинсы. Все свое внимание, раздеваясь, он посвятил Даррену, беспечно играющему со щенком, боясь даже глянуть в сторону Энжи.
    Энрике опасался, что непрошенные мысли, роящиеся в голове с момента её появления в бунгало, выдадут его «с головой». И кем он будет выглядеть в её глазах? Насильником, не умеющим себя контролировать, о котором и говорил ей Грейди…
    Он осторожно посмотрел в сторону девушки. Она уже стояла на берегу у самой кромки воды. Спиной к нему. Джинсы и кофточка лежали на песке всего в полутора метрах от него.
    Энрике тут же пожалел, что пялился на собаку, когда всего в двух шагах…
    - Энрике! – позвала его Энжи не оборачиваясь. Она наверняка чувствовала, что он и так на нее смотрит.
    Торчать как пенек посреди пляжа больше не было ни смысла, ни возможности. И он пошел к ней. Встал рядом, глядя на противоположный берег и скалы.
    - Я тебя смущаю, Энрике? – голос тихий, почти шепот.
    Он искоса взглянул на Энжи, но она по-прежнему смотрела вдаль, словно его не было рядом.

    [​IMG]


    - Нет… немного… - выдавил Рик, пытаясь найти хоть какие-то умные слова в опустевшей голове, - просто я… мне…
    - Ты мне тоже нравишься! - неожиданно засмеялась Энжи, сделала шаг вперед и рыбкой нырнула в воду.
    Дно озера у самого берега круто уходило вниз.
    Энрике судорожно покосился на свои плавки и мгновенно успокоился, убедившись, что все в порядке, и её «тоже нравишься» относилось не к тому, о чем он подумал.
    Она вынырнула, и звонкий женский смех жемчужинками разлетелся над водой, отражаясь от темных скал. Энрике вдруг стало легко и свободно, словно стягивающие его оковы исчезли. Словно это самый обычный день его жизни. Вода и солнце. Девушка, которая нравится ему. … И которой нравится он… И в его жизни нет ничего не возможного. Так и должно быть. Так будет…
    Он улыбнулся и нырнул следом за ней.

    ***

    Как замечательно быть гидом.
    Не проводником в пещерах, где полно опасностей, а гидом в красивейшем на планете краю. Он чувствовал себя настоящим местным аборигеном, показывающим заезжим туристам священные для племени места. Его единственная туристка восторженно ахала и охала, терпеливо выслушивала легенды и сказки, с интересом осматривала достопримечательности. Они вдоволь наплавались в озере, окунулись в небольшой, но жутко холодный водопадик. Ледяной поток, стекающий со скалы, приятно контрастировал с теплой водой озера и бьющих со дна горячих источников. Побывали в паре крошечных пещер, с черными, сверкающими, словно драгоценные камни, стенами, населенных неимоверным количеством огромных бабочек с прозрачными обсидианово-стеклянными крыльями. Пробрались по скользким камням вдоль скалы к заводи, называемой местными «джакузи».
    Это было воистину удивительное и необычное место.

    [​IMG]


    Бьющие со дна источники заставляли воду в небольшом заливчике бурлить и пениться. А у самых скал над водой поднимался пар, и тело мгновенно усеивали тысячи мельчайших водно-воздушных капелек-пузырьков. Они покрывали кожу словно пот, равномерно выступивший из всех пор. Крошечные серебристые шарики. Эти водяные пузырьки не сливались в крупные капли и не стекали по телу, отставляя извилистые дорожки. Они словно прирастали к коже, отчего казалось, что тела состоят из воды или человек с ног до головы покрыт сверкающей водяной кольчугой. Стоило их стереть, смыть, как словно из ниоткуда на коже появлялись новые пузырьки и занимали место выбывших.
    Даже под водой пузырьки стойко держались за кожу. Энрике и Энжел выбирались из воды на туманные скалы, дожидались, пока их тела превращались в сотканных из пузырьков неведомых существ, и прыгали в озерцо. А под водой оттирали друг друга от этой новой воздушно-капельной кожи. Толпы мельчайших пузырьков взмывали из-под их ладоней и уносились к поверхности воды, прорывались в бурлящей пене вверх, и снова становились мельчайшей туманной дымкой.
    Невинное развлечение принесло Энрике массу давно забытых ощущений.
    Забытых? ...Нет!
    Разве можно забыть наслаждение, когда руки скользят по изгибам женского тела? И пусть сейчас часть этого удовольствия скрывает вода…
    Или усиливает…
    Он уже сам не понимал, что лучше, и путался в своих ощущениях и желаниях.

    [​IMG]


    Бессовестный извращенец! Это же игра? Невинная игра.
    А он думает совершенно о другом. И мысли у него отнюдь не невинные. И, слава Богу, что вокруг бурлит вода, и никто не видит «как она ему нравится».
    Конечно, для неё это лишь развлечение… Это он одичал от полного отсутствия женщин в его жизни.
    А Энжи. Она ему доверяет, это просто дружеское общение. Прикосновения к плечам, спине, рукам. Ничего запретного или интимного. Для них... Для неё это норма…
    Но почему ему все время кажется, что её узкая ладошка, сгоняющая пузырьки с его плеча слишком медленно движется… слишком точно повторяет рельеф его тела... слишком сладко… словно ласкает... словно манит за собой...
    И от этого хочется закрыть глаза и застонать от счастья… или от боли. От невозможности насладиться обычными человеческими радостями.
    Если бы он не был «немым»… если бы…
    Энжи словно чувствовала, когда на него «накатывало», и сомнения, словно тараканы начинали лезть изо всех дыр.
    Но чтобы вырваться из этого круга ему достаточно было просто её взгляда, или прохладной ладони, скользнувшей ему в руку, невесомого переплетения пальцев, просто слова, просто смеха. И сомнения отступали, ненадолго оставляя его в покое, позволяя забываться и чувствовать себя обычным человеком.

    ***

    Они вернулись на пляж, где оставили Даррена, только через три с лишним часа. Их одежда была аккуратно сложена в кучу под пляжный зонтик. Небольшая сумка-холодильник с фруктами и напитками, расстеленный на песке коврик и записка откровенно намекали, что в бунгало им возвращаться не стоит.
    «Ушел кормить дитё. За него не беспокойся. Отдыхайте» - прочитала Энжи и с удовольствием растянулась на пледе, опустошая бутылочку с каким-то соком. Энрике вытянулся рядом, вгрызаясь в протянутый ему фрукт, напоминающий гигантских размеров землянику. Он уже перепробовал здесь всю экзотическую кухню и эта «ягодка» нравилась ему больше всех.
    Угадала? Хотя нет, наверное… Он говорил про эту ягоду сегодня. Рассказывал, как они с Микки её первый раз попробовали.

    [​IMG]


    Энжи с улыбкой смотрела, как он вгрызается в сочную мякоть.
    По пальцам и подбородку потек тягучий кроваво-красный сок.
    - Ты похож на вампира, - засмеялась девушка.
    - Ррр! – во весь рот улыбнулся Энрике и провел языком по зубам, демонстрируя отсутствие торчащих клыков.
    Энжи достала из холодильника такой же фрукт и смачно откусила здоровый кусок. Сладкие брызги полетели в разные стороны, и тонкая рубиново-алая струйка потекла от губ по шее прямо в ложбинку. Как зачарованный Энрике следил взглядом за капелькой и опомнился лишь когда сообразил, что его взгляд прикован к груди Энжи бессовестно долго. Он хотел было попытаться извиниться…
    Целый рой гигантских бабочек с прозрачными зеркально-слюдяными крыльями окружил их, привлеченный сладким фруктовым ароматом, и принялся водить вокруг хороводы. Самая нахальная приземлилась Энжел на грудь и потянулась своим хоботком за укатившейся в ложбинку капелькой.
    Энжел неожиданно испуганно замахала руками, отгоняя навязчивых насекомых.
    - Эти безобидные, - улыбнулся Энрике её панике. - А вон та «муха» очень кусачая. Вместе с кусочком фрукта может отъесть и кусочек кожи.
    Он кивнул на стрекозоподобную букашку, медленно ползущую по краю их сумки с фруктами.
    - Бррр! – передернула Энжи плечами, - с некоторых пор не люблю насекомых. Меня одна такая инопланетная красавица на неделю в больницу уложила с сильнейшей интоксикацией. Теперь я стараюсь избегать всякой незнакомой флоры и фауны. Байла, в этом отношении, неплохая планета: я почти не видела здесь никакой живности, тем более опасной. Не считая лягушек. Но они просто противные, и голоса у них мерзкие…
    - Да уж, не соловьи, - согласился Энрике, - ты зря думаешь, что здесь никого нет. На Байле полно животных и очень много опасных для человека видов. Ядовитых.
    - Много? Я даже птиц здесь не видела. Слышать – слышала, но не видела ни одной.
    Энжи продолжала отмахиваться от бабочек. Но они отстали лишь когда она бросила в сторону остатки фруктового лакомства и вытерла сладко пахнущие потеки сока с губ, шеи и груди. Энрике старался не смотреть за этими процедурами и попытался воспользоваться моментом и привести себя в порядок после «вампирского пиршества».
    - На мне следов сока не осталось? – Энжел подняла подбородок вверх и повертела головой, демонстрируя ему точеную шею со всех сторон.
    - Нет, - слишком торопливо ответил Энрике, потому что взгляд его снова рванулся к соблазнительной ложбинке.
    - Внимательно посмотри, я не хочу, чтоб на меня садились эти бабочки-переростки.
    Она протянула ему чистую салфетку.
    - Если что-то осталось…
    - Нет, все чисто, - ответил он на полном серьёзе, и взгляд девушки наполнился немым укором, словно он отобрал у неё конфетку.
    «Идиот, - обругал себя Энрике, - ведешь себя как тупое бревно».
    - А у тебя не все чисто. Ты им специально сладкую завлекалочку оставил?
    Она протянула руку и осторожно коснулась уголка его губ. Провела влажной салфеткой вниз по подбородку и шее.
    «Коты в таких случаях начинают мурлыкать».
    А он мог только молчать.
    Проклятые Врата!
    Сделали из него недочеловека.
    - Вот теперь все чисто, - улыбнулась Энжи. Она любовалась делом своих рук, словно скульптор новой статуей. – И кто тут есть кроме лягушек? – продолжила она.
    - Здесь…
    Энрике осмотрелся.
    Энжи вытянулась на коврике, нежась в лучах солнца.
    - Здесь… пара птичек и ящер вон там у скалы.
    Энжи развернулась в сторону, указанную Энрике.
    - Никого не вижу! Где ящер?
    Она лежала на боку, вглядываясь в скалы у берега. Энрике пришлось лечь поближе.
    - Где? - Она слепо водила указательным пальцем, пытаясь понять, в каком направлении смотреть.
    Энрике чувствовал себя матерым серым волком, подкрадывающимся к невинной Красной Шапочке.

    [​IMG]


    Вот он оказался позади неё. Коснулся грудью её спины. Прядь, выбившаяся из прически Энжел, щекотала ему щеку. Он осторожно убрал её пальцем. Наклонил голову ближе, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Тонкое запястье попало в плен его руки. Теперь он управлял движением, пальчик с аккуратным ноготком чертил линию к только ему видимой точке.
    Она не сопротивлялась, рука послушно следовала за ним.
    Он приподнял подбородок, корректируя ее взгляд. Висок к виску.
    Энрике замер, наслаждаясь её легким дыханием. Одним на двоих. И взгляд у них сейчас один на двоих, и рука.
    - Смотри! Сразу над камнем две черные пуговки – это глаза. Сверху зеленое – это не трава – это его гребень. Справа лапа на камне. Три полоски – три его когтистых пальца. А вон хвост. Смотри, он им двигает. Нервничает. Охотится из засады, наверное. Точно! Вон птичка, шагах в трех перед ним. Типа нашей вороны.
    Энжи молчала. Долго. Слишком долго. Он даже хотел уже переспросить, увидела ли она ящера. Но не успел.

    [​IMG]


    - Вижу! – почему-то шепотом сказала она, - Святые Врата! Какой он огромный! Как я могла его не заметить… Да его от камня не отличишь. И птица эта... Если бы она не двигалась - я бы её не увидела!
    - Энжи, на этой планете все животные, птицы, насекомые – все – хамелеоны. Поэтому ты их и не видишь.
    - Хамелеоны? Этот ящер, он просто серый, как скалы…
    - Потому что он в скалах охотится. Чуть выше холмик, а на нем трава. И гребень у него на голове – как трава зеленый. Если ближе подойти – поймешь, что он как зеркальное отражение окружающей его среды. Ты лягушек видела?
    - Видела парочку на болотах.
    - А если послушать их вопли, можно сказать, что их только «парочка»?
    - Нет… Судя по воплям на болотах их сотни.
    - Ты видела тех, которые только что перепрыгнули с одного места на другое, и еще не успели сменить окраску, схамелеониться. Сидела такая лягушенция на зеленой кочке среди травы и перепрыгнула на землю, где только грязь или глина. Вот ты её и увидела: зелёную на черном. Глянь туда через минуту – и не найдешь. Она черной станет. Они только в брачный период в другие цвета окрашиваются, обычно в желто-коричневые. Здесь большинство животных имеют свою желто-коричневую окраску. Но хамелеонятся под любой цвет. Даже под металл. Не отличить.
    - Не знала. А опасные есть? Ящер опасен?
    - Ящер? Судя по количеству зубов – опасен. Но он сюда не придет. Обрати внимание: видишь вокруг всех домиков - периметр, выложенный из кирпичей, и ограда. Это все не просто для красоты.
    Энрике повел рукой, показывая границу пляжа - полоску из кирпичей, идущую вдоль воды до невысокого заборчика, огораживающего территорию отеля.
    - Вдоль всего забора идет такой замкнутый периметр из кирпичей. Внутри него мы в относительной безопасности. Местная живность по каким-то причинам очень не любит искусственный камень, созданный людьми, асфальт, краску. Это для них как красные флажки для волков. Не любят они пересекать такие линии. Нарисуй вокруг змеи круг краской – она так и будет внутри него метаться. Сделай разрыв в линии, она его найдет и выползет. Вокруг каждого домика, каждого ранчо такие «периметры». И все следят, чтоб в них разрывов не было. Иначе заползет что-нибудь ядовитое, и ты его не заметишь, пока не наступишь. Яд большинства не смертелен, но проблем приносит много…
    - А в пещерах? В шахтах? Там есть обитатели? Это же природные пещеры большей частью.
    - Есть.

    [​IMG]


    Они оторвались от созерцания ящера и снова растянулись на пледе.
    - И кто там? Пещерные медведи? Сканеры показывали движение. Есть довольно крупные особи.
    - Не медведи… - засмеялся Энрике, - намного хуже. Слепыши-многоноги!
    Теперь пришла очередь Энжел смеяться.
    - Не могли придумать оригинального названия… типа-а-а… «tyflí̱ sarantapodaroúsa (τυφλή σαρανταποδαρούσα)*»?
    - Как его не назови, эта тварь все равно будет слепой и многоногой. И безобидной, как крокодил. Она жрёт все, что встречается на пути. И человека тоже слопает за милую душу. Пристрелить его сложно. На Байле почти вся живность – чешуйчатая, а на этих чешуя - как броня. Пули рикошетят.
    - И как спастись от этого слепыша?
    - Раньше… каждый коридор перегораживали дорожкой их кирпичей. А стены краской мазали в человеческий рост. Чтобы они по стенам не могли перебраться. Было достаточно. Наткнувшись на такой периметр, они уходили… После аварии таких преград, наверное, не осталось. Теперь они везде могут быть.
    - Что ж, будем осторожничать... Ты столько всего знаешь, нам повезло, что у нас такой проводник есть.
    Энрике усмехнулся.
    - Хорош проводник. Уже сколько времени ксилл найти не можем.

    [​IMG]


    - Найдем. Я не сомневаюсь ни в своей команде, ни в тебе. Лишь бы нам не мешали. Сезон дождей кончился, скоро можно приступить к работе. Может быть, получится уговорить Грея оставить тебя у нас? Тебя же там больше ничто не держит?
    - Сомневаюсь, – пробормотал Энрике.
    - Попробую его уговорить. Чуть позже… Ты мне обещал Большой Водопад показать, - перевела она разговор.
    - С удовольствием. Только это путешествие часа на четыре. Придется идти через лес вон к тем скалам и подняться по тропинке на вершину.
    - Пойдем? Только предупредим Даррена, что мы ушли.

    *слепая многоножка (греч)

    Блгодарю за спецзаказ с парными позами Ginara, и за замечательные мастерские Джемму, Fierce и MsAdrienne, откуда всегда можно утянуть парочку очень нужных поз. И конечно IMHO за её великолепный блог :)
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  14. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 7 июл 2013 | Сообщение #34
    [​IMG]


    Ангел мой, ты слышишь
    Мой шепот, мой зов?
    Будь со мной хотя бы во сне…


    Тропинка полого поднималась в гору, петляя между деревьями неровной извилистой лентой. Слишком узкая, чтобы идти по ней вдвоем, но Энрике все равно шел рядом, часто за её границей, отводя в стороны ветви кустов, как ревнивец чужие руки, лишь бы они не касались Энжел своими зелеными пальчиками. На ходу он успевал подмечать хамелеонистую местную живность и то и дело показывал Энж то птичку, слившуюся с веткой дерева, то непонятное существо, неотличимое от придорожного камня, если бы не глаза-отростки, лениво провожающие людей.

    [​IMG]


    Через полчаса они перевалили за вершину холма и снова очутились в низине. Густой подлесок сменился редким кустарником и большими замшелыми валунами. Вскоре они вышли к скале, серой стеной уходящей вдаль. Скала, на всем видимом пространстве, была мокрой и покрытой буро-зеленым налетом. Откуда-то с высоты по её каменному боку скудными ручейками стекала вода. У подножия бесконечной холмисто-болотистой полосой раскинулся ковер из ядовито-зеленого мха с грязно поблескивающими лужами, расчерченный многочисленными водными протоками и усыпанный разнокалиберными кочками и камнями.
    Энжел не сомневалась, что шагнув на этот «коврик» она неминуемо провалится по щиколотки в грязь.
    Она с сожалением глянула на свою обувь. Лезть в эту болотину, непонятно где заканчивающуюся, ей совсем не хотелось. Но с Энрике она рискнула бы сунуться и в гости к лешему.

    - Это и есть водопад и озеро у скалы? - в душе слабо шевельнулась надежда, что дальше идти не придется.
    - Нет, мы еще не пришли, - в глазах Энрике заплясали веселые огонечки. – Можно я тебя перенесу? Здесь не так далеко. Ничего не поделаешь, туда не добраться, не намочив ноги.
    - О’кей! - невольно обрадовалась Энжи.
    Он шагнул к ней и легко подхватил её на руки.
    Привычно настороженный взгляд, словно спрашивающий: все ли в порядке, не сделал ли он чего такого ужасного, и не начнет ли она из-за этого остервенело вырываться из его рук.

    [​IMG]


    Вместо ответа Энжел обняла его за шею, прижалась щекой к щеке. Улыбнулась, и почувствовала, как он улыбается в ответ. Снизу донеслось противное чавканье: Энрике ступил на территорию болота. Энжел устроилась поуютнее, сплела кольцо рук на его плечах, и уткнулась носом в шею.
    Он шел ровно, Энжи ощущала лишь плавное покачивание, никаких рывков или резких движений. Пару раз Рик перепрыгивал через что-то, но это её нисколько не испугало, не заставило вцепиться покрепче. Энжел даже не требовалось держаться. Да она и не держалась, она его обнимала. Именно обнимала... Ей хотелось так думать. И хотелось, чтобы и он думал так же.
    Парень нес её через хлюпающее под ногами болотце, легко перемахивая с кочки на кочку. Его руки, словно рессоры мощной машины, сглаживали все неровности их пути.
    «Он, скорее всего, и Микки так нес, быстро и уверенно, наверняка, иногда и бежал с ношей на руках, а Мышонок так же непоколебимо верил ему, что он успеет, донесет, спасет. Верил, как и она сейчас: чтобы не случилось в пути - эти руки не подведут. Они всегда будут такими же надежными».
    Энжел хотелось прижаться губами к ложбинке между шеей и плечом, но треклятый ошейник не пускал её туда, не позволяя ей прикоснуться к желанному.
    О! Если бы можно было сорвать это устройство и выбросить прочь, в болотную жижу под ногами, наступить и с хрустом раздавить этого змея, который втерся между ними.
    Чертов ошейник мешал ей. Мешал ему. Она понимала, что Энрике так до конца не сможет стать собой, не сможет до конца довериться и раскрыться, пока эта штука держит его за горло.
    «Я сниму его с тебя, рано или поздно, сниму!» - пообещала она сама себе, крепче прижимаясь к парню.
    Хлюпанье под ногами исчезло. Энрике на миг притормозил, но Энжи не шелохнулась в его руках. Пассажир отказывался сходить, и парень двинулся дальше, так же легко и уверенно. Дорога шла в гору, они словно поднимались по бесконечной лестнице, но дыхание его было ровным, шаг твердым, а усталость не чувствовалась вовсе.

    [​IMG]


    А вот Энжел дышалось не так легко. Она вдруг осознала всю суть выражения: «Она им не надышится».
    Это оказалось совсем не образным понятием. Сейчас для неё это стало физическим явлением. Она не могла надышаться. Ей хотелось только вдыхать и вдыхать, до дрожи, до боли в легких. Понятия «выдох» больше не существовало. Только вдох… Вдох, вдох…
    Энжи касалась его шеи носом и слегка приоткрытыми губами. Втягивала в себя его запах, словно кошка, исследующая истинную сущность вещей. Но даже самый глубокий вдох не мог вобрать всё.
    Энрике не пах парфюмом или потом. Это вообще не относилось к запахам. Энжи даже себе самой было сложно объяснить, что она чувствовала.
    Если бы у солнца был аромат – это было бы лишь частью того, что она ощущала. Он пах не только жарким солнцем, но и холодной водой, новорожденными зелеными листьями и пенными облаками в бездонном небе, огнем и снегом, песком и морем, скалами и горным воздухом, силой и нежностью, мужчиной, который вобрал в себя весь окружающий мир.
    Энжи не знала, чувствует ли он её жадные вдохи и нервные выдохи, и что думает о сопящей ему в шею девушке. Ей не хотелось думать об этом.
    Она ощущала себя пушинкой в сильных мужских руках, уносимой в неведомые дали, убаюканной плавным ритмом движения, согретой теплом тела и уже отчаявшейся от невозможности надышаться мужчиной, которого не хотелось отпускать.

    [​IMG]


    Теперь он шел медленнее, и Энжи с каждым шагом понимала, что приближается миг, когда он остановится, и ей придется разомкнуть объятья. И спуститься на землю. И она так и не сможет ему ничего сказать, пока между ними стоит этот проклятый ошейник. Эта белая тварь на его шее жгла ей руки.
    Она ведь может сорвать его прямо сейчас. Этот беззубый, слепой, мертвый кусок пластика. Энжи знала, что датчик положения Кано из него вытащил. Датчик сейчас таскает кто-то из рейнджеров на базе, чтобы Грей, проверяя, думал, что Эрике там, видел движение. Она может снять его и выбросить. Может сесть в «Скайвей» и улететь на космодром, прорваться с боем или подкупить охрану, и исчезнуть с этой планеты, обжигая небо пламенем ракетных двигателей. Навсегда. Увезти его отсюда.
    Бросить все, ради желания коснуться губами недоступного участка кожи?
    Или ошейник раба так и будет, незримый, разделять их и за тысячи километров отсюда?
    Устроит ли его бегство?
    Энрике остановился.
    Она, как в последний раз, втянула в себя его запах, чуть отстранилась и подняла глаза.
    - Уже всё? Приехали? – Энжи попыталась говорить легко и ровно и даже улыбаться.
    Он кивнул, словно долгая дорога в молчании отняла у него дар речи.

    [​IMG]


    Осторожно опустил её на землю. Аккуратно поддержал, как будто опасаясь, что она потеряет равновесие и упадет.
    Ей пришлось отпустить его.
    «Может, пойти обратно? Снова забраться ему на руки… и так и ходить до вечера: вверх-вниз, вверх-вниз».
    Ей стало зябко, лишившись тепла его тела. Мучительно хотелось вернуть это чувство.
    Странно, но рядом с ним она всегда чувствовала себя защищенной. Хотя это он нуждался в их защите. Бесправный раб в этом жестоком мире, мог ли он защитить себя сам? Себя - может быть и нет, но в том, что он сможет защитить её Энжел не сомневалась. Уберечь от опасностей, согреть в ненастье...
    И он словно понял, взял в свои руки её ладони. Энжи казалось, что к ней снова подключили неведомый источник энергии, наполняющий её теплом от кончиков ногтей и до самого сердца. Она опять ожила и даже могла двигаться.
    Энжел огляделась. Они стояли на тропинке, идущей вдоль края горы между гиганских камней и таких же гигантских иссохших остовов давно погибших деревьев и их юных зеленых собратьев. Тропинка упиралась в арку из скрюченных стволов и исчезала в пустоте, в голубеющей впереди щели неба, в которую рвались солнечные лучи. Со всех сторон их обступали горные вершины. Пока она мечтала у него на плече, парень унес её в совершенно иной мир.
    - Нам туда, - кивнул он в кусочек небесной сини, - тропа идет там по краю скалы, еще метров триста осталось. Ты не боишься высоты?
    - Нет.
    - Ты мне доверяешь? – вдруг спросил он.
    - Да, - ответ прозвучал мгновенно, ей не требовалось время на размышления.
    - Тогда закрой глаза и не смотри, пока я не скажу, хорошо?
    Энжи кивнула.
    - Возьми меня за руку и не отпускай, о’кей?
    Они сплели пальцы, крепко сцепив их в замок.
    - Пойдем за мной.
    - Хоть на край света, - подумала она, закрывая глаза… Или произнесла? Потому что парень, словно в ответ, чуть сильнее сжал её ладонь в своей руке.

    [​IMG]


    И они пошли вперед. Резкий поворот и Энжел поняла, что они стоят на краю обрыва. Ветер нежно дохнул ей в лицо и слегка растрепал волосы. Солнце, откуда-то сбоку, попыталось пробраться сквозь сомкнутые веки. Но она лишь крепче зажмурилась.
    Руки Энрике слегка подтолкнули её назад, пока она не коснулась спиной прогретого солнцем камня.
    - Энжи, - прошептал он у неё над ухом, - мы пойдем по краю скалы. Ты всегда должна чувствовать её спиной и касаться ногами. Будь осторожна. Я держу тебя. И ты обещала не смотреть.
    - Я не буду подглядывать, - она повернулась к нему на голос, не открывая глаз и улыбаясь. Она знала, что он смотрит на неё, а его губы где-то совсем рядом с её губами. Может быть, это он сейчас склонился над ней, и это не ветерок ласкает её губы, а его дыхание. Может быть… Может быть…
    Сердце отстукивало секунды.
    - Пойдем, Энжи, - голос возле самого уха нежным дуновением коснулся мочки.
    Она надеялась, что жаркая волна, окатившаяся её с головы до ног, не отразилась на лице ярким румянцем.
    Энжи не знала, сколько времени им понадобилось, чтобы преодолеть эти последние триста метров вдоль обрыва. Время потеряло значение. Была лишь скала за спиной, шум осыпающихся в бесконечность камешков из-под ног, теплый ветер, играющий с выбившейся прядью волос, его тихий голос и тепло руки. Наконец они вышли на какую-то площадку, скала за спиной исчезла. Она шла, следуя притяжению его руки.
    - Энжи, мы почти пришли. Не двигайся. Делай только то, что я скажу.
    Он встал позади неё, обхватив руками за талию.
    - Шаг в сторону.
    Энжи послушно шагнула следом за ним. Он чуть развернулся, разворачивая и её. Руки сцепились в замок, прижимая её к нему. Она знала: Энрике её не отпустит, что бы ни случилось.
    Теперь ветер был вокруг них. Уже не такой теплый и ласковый, воздушный водоворот, дующий сверху и снизу, и со всех сторон сразу. Наполненный грохотом близкого водопада и острыми крохотными иголочками. «Каплями воды», - догадалась Энжел.
    И только он, как скала, непоколебимая твердь, за её спиной. Они сделали еще шаг в сторону, и затем два шага вперед.
    Наконец, он замер, слегка отстранился, давая ей пространства. Струи ветра тут же ворвались между ними и у неё по спине побежали мурашки. Энжи невольно отпрянула назад, прижимаясь к его груди. Ей нужна была скала за спиной. Солнце рвалось сквозь сомкнутые веки, и Энжел с трудом удавалось держать глаза закрытыми.
    - Ты точно высоты не боишься? – чтобы она услышала его, Энрике пришлось кричать ей это в самое ухо.
    - Нет, - покачала она головой, её голоса он наверняка не услышал.
    Одна рука осталась обнимать её за талию, а другая исчезла. Зато появился темный козырек перед глазами, спрятавший её от настырных солнечных лучиков.
    - Можешь открыть глаза, только осторожно. Здесь очень… солнечно. Когда привыкнешь к свету – я уберу руку.
    Энжи открыла глаза, и какое-то время действительно ничего не видела, только желто-голубые блики плясали вокруг. Она подняла руки и коснулась его ладони, закрывающей её от солнца. Когда зрение вернулось к ней, она смогла рассмотреть небо сквозь красновато-прозрачные пальцы, и темный камень скалы под их ногами.
    - Я сейчас уберу руку, а потом ты уберешь свои ладони, хорошо?
    Козырек от солнца исчез, добавив света, рука снова появилась на талии.
    - Ты готова?
    Энжи кивнула. Губы, касающиеся мочки уха, и волнующие её намного больше, чем ветер и все остальное, исчезли.
    Энжел убрала ладони от глаз.

    [​IMG]


    Окружающий мир ворвался в неё своим великолепным разноцветьем. Бесконечность неба вокруг них. Белые перья облаков на горизонте. Желтоватый диск солнца, клонящийся к закату, заливающий голубизну сполохами оранжево-розовых и сиреневатых красок. Радуга, разлитая по бескрайнему куполу небес, бесконечно далекому и такому близкому, что казалось возможным дотянуться до него кончиками пальцев и рисовать, продолжая смешивать цвета в фантастические узоры.
    Из груди у неё вырвался восторженный вздох.
    Они стояли на небольшом скальном выступе, словно на носу несущегося в небо корабля. Ветер надувал белые паруса облаков. Горная гряда за спиной – громада мачт и палуб. Шум водопада где-то совсем близко. Нет, это нос корабля разрезает водную гладь, она гневливо пенится, но уступает его напору. Водяные брызги, мокрые искры, касающиеся их кожи, довершали ощущения. Далеко внизу расстилалось серебряно-синее зеркало Каньона, сразу за ним – песчаная серо-коричневая равнина, а еще дальше в необозримую даль уходили лесистые зеленые холмы, теряющиеся в голубоватой дымке на горизонте, словно там ждал их Великий Океан.
    И кораблю-скале, на носу которого они сейчас стояли, подгоняемому ветром, наполняющим облачные паруса, было без разницы по чему плыть: по воде, по песчаным барханам, по лесным чащам или бездонному океану. Или просто по небу.
    Энжи раскинула руки навстречу ветру и засмеялась. А потом закричала.
    Здесь невозможно было молчать. Они смеялись и кричали как дети, а ветер сплетал их крики с облаками и уносил вдаль. Она не слышала, что кричал он, а Энрике, наверняка, не разбирал её слов. Пару раз Энжел показалось, что она слышит, как ветер говорит ей «люблю», но она не была уверена, что это его голос. Может быть, это эхо её слов? Ведь она тоже кричала. Тоже кричала в небо что-то такое, беспечно-счастливое.
    А потом они замолчали. Внезапно, словно кто-то выключил звук. Энжи немного боялась, что она выкричала весь свой голос, и больше не сможет говорить.

    [​IMG]


    «Станет немой, - вдруг пришла ей в голову мысль. - Мы оба будем немыми, только каждый по-своему».
    Она стояла и улыбалась, раскинув крыльями руки. Он крепко держал её за талию, склонившись к ней так, что головы их соприкасались. Она не видела его лица, но знала, что он тоже улыбается.
    Энжи повернулась к нему, протянула руку и коснулась его волос. Рик наклонился еще ниже, следуя притяжению, чтобы Энжел могла прокричать ему на ухо слова.
    - Что это за место? – Энжи невольно обрадовалась, что голос не исчез, но показался ей незнакомым и каким-то хриплым. Произнося слова, она коснулась губами мочки уха. Пальчики блуждали в его шевелюре, расчерчивая волосы в неровные пряди.
    Энжел с трудом поборола в себе желание вцепиться покрепче и развернуть его лицо так, чтобы рядом с её губами оказались губы Рика. И будь что будет!
    «Это уже слишком, - остановила она дальнейший полет фантазии, - пока достаточно и шепота на ушко».
    «Вот тебе! - улыбнулась она мысленно, почувствовав, как дрогнула рука на талии и сбилось его дыхание, - Будешь теперь знать, каково мне было слышать твой голос всю дорогу!»
    Но она рано радовалась. Она задала вопрос. И Энрике ответил.


    [​IMG]


    Но сначала он расцепил кольцо рук. Его пальцы медленно двинулись вверх, почти коснулись груди... почти... слегка разочаровав Энжел, но лишь слегка. Намного больше легкого разочарования её пугала волна дрожи, двигающаяся по её телу вместе с его пальцами. Волна поднялась до подмышек и разлилась в стороны по раскинутым рукам. Когда он коснулся обнаженной кожи на запястьях, она перестала дышать. На миг Энрике накрыл сверху её ладонь и сплел пальцы. Они летели в порывах ветра в небо на этом каменном уступе. И на двоих у них только одна пара крыльев.
    Он наклонил голову к её уху.
    - Это «Титаник», - в голосе появилась сводящая с ума хрипотца, и от этого крика-шепота в самое сердце, её опалило жаром. Ей вдруг стало тесно стоять краю неба. Хотелось шагнуть, взлететь, прыгнуть…
    Она зажмурилась.
    Возвращенные голосом из глубин памяти в голове закружили образы и слова, как кадры старой киноленты. Или старого-старого фильма…
    «Если ты прыгнешь, прыгну и я, правильно?»
    Огромный древний корабль, трубы, черные облака дыма из них, белый айсберг…
    Она не верила в приметы и в совпадения, но то, что происходило…
    Еще минуту назад она стояла на краю скалы и кричала в небо, раскинув руки, представляя, что это корабль, несущийся в пене облаков.
    «Как в том фильме!»

    [​IMG]


    А теперь оказалась, что скала эта так и называется – Титаник.
    Ей захотелось протянуть руку и коснуться кулона, висевшего на груди. Убедиться, что он есть, что кулон тоже существует. Его подарил Легран. Вчера вечером. «Сердце Великого Океана» - так, кажется, он его назвал. Довольно дорогой, даже по местным меркам, камешек, голубое сердечко-кристалл в обрамлении крохотных алмазов. Тогда ей это ничего не напомнило.
    «Уже не смешно. Это, конечно, не бриллиант «Le Coeur de la Mer», это лишь его образ».
    Энжи показалось, что камешек нагрелся и запульсировал у неё на груди.
    Рик словно почувствовал, что ей стало неуютно на скальном обрыве, опустил руки и сделал шаг назад, увлекая её за собой. Второй, третий, четвертый… Он уперся спиной в скалу. Ветер здесь резко ослабел, даже шум водопада, казалось, стих, и ночь, окружившая её вместе с воспоминаниями о старом кинофильме и реальном, погибшем несколько столетий назад на далекой Земле, корабле, отступила.
    День, упорно сопротивляющийся под натиском вечера, еще сиял во всем своем великолепии.
    Энжел обернулась к Энрике.
    - Потрясающее место! – она даже смогла улыбнуться.
    - Пойдем смотреть водопад?
    Энжи кивнула.
    Рик взял её прохладную ладонь. Пальцы снова сплелись в замок.
    Так, рука об руку, они дошли до водопада, полюбовались на окружающие его радуги, промокли почти насквозь от разлетающихся в разные стороны брызг, оглохли от грохота воды, и вернулись обратно тем же путем, вдоль обрыва, по узенькой тропинке, прижавшись спиной к прогретой солнцем скале. Весь обратный путь они говорили, перебивая друг друга, и смеялись как безумцы. Энрике рассказал обо всех местных достопримечательностях, о подводных пещерах, о спелеовылазках Майкла, об опытах Микеле и погружении с аквалангом. Она - о сумасшедшей красоты Великом Океане. Об огромных нелетающих морских птицах, чем-то похожих на земных лебедей, только размером с небольшой самолет, живущих парами всю свою бесконечно долгую, даже по людским меркам, жизнь. Она встретила их однажды, во время морской прогулки на катере довольно далеко от берега. Легран сказал, что этим птицам, как минимум, две сотни лет. Это были единственные существа, которых она видела на этой планете, не считая тех хамелеонов, что сегодня показал ей Энрике, да болотных лягушек. Они оба торопились, как будто боялись не успеть наговориться. А Энжи до боли в сердце страшилась выпустить его руку. Словно он исчезнет как сон, стоит ей только отвлечься. Словно его навсегда поглотит морская пучина, стоит только разжать пальцы и отпустить его руку. Дойдя до болотистой низины, Энжи даже хотела идти через болотце сама, лишь бы не отпускать его ладонь. Но Эрике сказал, что все пиявки в этом мире тоже предпочитают красивых девушек, и, не дожидаясь её разрешения, легко подхватил Энжел и понес через болотце.

    [​IMG]


    Весь остаток пути, она провела у него на руках и трещала как сорока, болтая ногами и отвлекая парня, так, что он пару раз даже споткнулся, зацепившись за камень.
    Но сколько бы она не говорила, как бы громко не смеялась…
    Эхом каждого слова, щебета птиц, чавканья шагов по болоту…
    Неумолимо и неотвратимо в голове вертелась фраза из старой киноленты:
    «С этой минуты, что бы мы ни делали, «Титаник» неизбежно затонет».
    Благодарю IMHO за созданные на заказ позы из сета "Титаник". Вот и они увидели свет! Я их так давно заказала, а опубликовала только сейчас. И за помощь с оформлением и подбором фонов.
    Благодарю Ginara за выполненный заказик, позы "на ручках", и позаимствованные из мастерской (сет Масленница)
    и всех креаторов, чьи труды использованы для съемок этого эпизода. Спасибо!
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  15. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 27 авг 2013 | Сообщение #35
    [​IMG]


    Они вышли к пляжу в тот самый момент, когда из озерной пучины, словно дядька Черномор во главе своего воинства, появился Майкл, а следом за ним и его маленькая компания дайверов. Микки увидел их первым и, смешно шлепая ластами по воде, побежал в сторону Энжи и Рика.
    - Мой маленький лягушонок!

    [​IMG]


    Энжел крепко прижала к себе парнишку, не обращая внимания на мокрый гидрокостюм, с которого ручейками стекала вода.
    - Святые Врата! Да ты за неделю моего отсутствия вымахал так, словно год прошел!
    - И соскучился, как будто вечность тебя не видел! Энжи, я тебе раковину нашел! С жемчужиной! Только она черная, а не белая, но Майкл сказал, что черная даже лучше. А еще…
    Он готов был продолжить свой рассказ, но Майк уже добрался до них и «тактично» оттерев Микки, облапил Энжел, прижимая её к не менее мокрой «гидре». В довершение всего из-под сдвинутой на лоб маски на Энжи вылилось с полстакана довольно холодной воды. Ласты, которые он успел снять и держал в руке, «чисто случайно» шлепнули её пониже спины.
    - Майки! – смеясь, возмутилась она, - ты меня насквозь вымочил! И аккуратнее со своими мухобойками!*
    - Тебя вообще утопить следует! Если бы мне не сообщили, что ты приехала, я бы там еще на сутки остался! Ты почему вчера ничего не сказала, что собираешься к нам? Где ты оставила свою бессовестную совесть! Мы же договаривались, что ты заранее меня предупредишь о приезде!

    Тон Майкла был шутливым, но отчитывал он её на полном серьезе.

    [​IMG]


    Он мог бы возмущаться еще долго, если бы Кано, Леон и Дин с Даной не оттеснили его в сторону. Все с огромным удовольствием пообнимались с Энжи, не оставив на ней сухого места. Она больше не протестовала, благоразумно посчитав, что это бесполезно, и вполне может закончиться тем, что Майк выполнит свою угрозу и окунет её в озеро прямо в одежде.
    Энрике тоже досталась порция мокрых «обнималок», но он лишь улыбался, поглядывая на суету вокруг Энжел.
    - Ну, как здесь нырялка? – поинтересовалась Энж у Майкла, чтобы предотвратить новую серию упреков в свой адрес.
    - Это просто фантастика!
    - Столько красивых рыб! И маленьких и больших! – восторженно перебил его Микки.
    - Настоящий рыбный суп! - прокомментировал Майкл слова Микеле. - Наш бади сначала попытался их кошмарить,* а потом не знал, как отвязаться от отдельных, весьма мстительных и приставучих, особей.
    - Я думал, они мирные и хотят поиграть, - развел руками Микки, - ты и сам не знал, что они такие кусачие, и за хвосты ты их дергал!
    - Майк в своем репертуаре, сначала натворит дел, а потом свалит всю вину на других, - улыбнулась Энжел. – Ты зачем Микеле увешал как рождественскую ёлку?*
    - Это только самая необходимая снаряга! - Майк похлопал Микеле по поясу, к которому было пристегнуто помимо пары фонариков еще куча звенелок, крякалок, катушек, буйков, грузов и сумок.
    - У меня здесь всё что нужно для настоящего дайвера! - и Микеле принялся восторженно расписывать своё снаряжение и его функции.

    [​IMG]


    Энжел одобрительно улыбалась, по всему было видно, что Майк хорошо проинструктировал парнишку и принял все меры предосторожности. Энжи всегда немного опасалась безбашенности своего друга, но к вопросу безопасности погружения он подошел с полной ответственностью.
    Пока маленькая компания дайверов изливала свои восторги на Энжел, на дорожке, ведущей от бунгало к пляжу, появился Даррен. Щенок у него на руках увлеченно грыз косточку.
    «Умница, нашел, чем занять нашего гавкучего приятеля!» - обрадовалась Энжел.
    Она обняла Микки за плечи, разворачивая спиной к приближающемуся Даррену, успела гневно сдвинуть брови, подавая сигнал молчать, уже открывшему было рот Майклу.
    Даррен тихонько остановился позади Микеле и отпустил собаку на землю, отобрав у щенка косточку. Все вокруг замолчали, но Микеле этого не замечал, увлеченный рассказом о подводных приключениях. Обмусоленную кость Даррен сунул в руку Энжел. Щенок обиженно посмотрел сначала на Даррена, потом на свой недавний обед, торчащий из кулака Энжел над плечом у парнишки … и звонко и требовательно гавкнул.
    Если бы Энж не держала Микки за плечо - он бы подпрыгнул на месте минимум на полметра. Глаза его мгновенно стали насыщенно синими и круглыми как плошки. Он не обернулся, продолжая смотреть Энжи в лицо, только губы его медленно растягивались в счастливую понимающую улыбку.
    - Ну, посмотри, кто к тебе пришел! – она чмокнула его в щеку, вручила изгрызенную кость и развернула к Даррену и их четвероногому сюрпризу.
    Пес, увидев косточку в руке Микеле, снова нетерпеливо гавкнул и завилял хвостом с удвоенной силой.
    - Собакааа! - только и смог произнести Микеле. Присел на корточки, протягивая песику косточку, но тот её проигнорировал, с большим интересом обнюхивая Микки. Щенок попытался залезть к мальчику на колени, скользя лапами по мокрой «гидре». Микеле осторожно погладил песика и помог ему забраться, за что был облизан и обстукан хвостом.

    [​IMG]


    - Это мне? Он – мой? - Микки поднялся, прижимая к себе щенка. Глаза его блестели, он старательно моргал, пряча слезы радости.
    - Твой! - Энжи обняла их обоих, по очереди потрепав по макушке мальчика и его собаку, - А теперь идем переодеваться, устал, наверное, в этом обмундировании. Потом я расскажу тебе, как общаться с твоим новым приятелем и чему ты должен будешь его научить. И имя ему придумаем.
    Вся компания двинула в сторону бунгало. Песика отпустили на землю, и он засеменил рядом с Микки во главе их маленького воинства, поглядывая на мальчика блестящими пуговками глаз и энергично размахивая хвостом. Энжи порадовало, что щен каким-то образом выделил Микки из всех окружающих его людей и словно признал за хозяина. Или это косточка в руке парнишки стала точкой их притяжения.
    Майк больше не сердился на Энж, довольный не меньше Микки её сюрпризом.
    - Ладно, прощаю на этот раз, но лучше бы предупредила о приезде и о подарке. Мы бы немного программу нырялки свернули и вернулись пораньше.
    - Если бы я тебе сказала про собаку - ты бы все Маусу разболтал, знаю я тебя, у тебя такие секреты в секрете не держатся!
    - Да ладно, Энж! Может разок когда-то и проговорился, но не надо на меня из-за этого пожизненный ярлык болтуна клеить!
    - Разок? – засмеялась Энжи, - напомнить тебе сколько «разков» ты спалился?
    - Я уже исправился! – хитрющще улыбнулся Майкл в ответ, - и я снова рассчитываю на твое доверие!
    - Окай! Считай, что я поверила.
    Они шутливо ударили по рукам.
    - Энж! Ты не представляешь, как я скучал и сердился на тебя. Особенно зная, что ты отдыхаешь вместе с этими отморозками, а не со своей командой! Завтра едем на базу?
    - Нет, завтра я вернусь на побережье еще на пару дней. И только потом на базу. У Рика и Микки будет еще два дня на отдых, – она покосилась на молчаливого Энрике, тенью следующего рядом с ними.
    Майк недовольно поджал губы.
    - Может мне с тобой поехать? Чтоб им жизнь малиной не казалась?
    - Не надо! Я сама справлюсь. За меня…
    - …не беспокойся! – передразнил её Майк, - А жаль! Я бы с удовольствием поехал и нервишки им потрепал.

    [​IMG]


    Посмеиваясь и перешучиваясь, их маленькая компания добралась до бунгало. Рейнджеры разбежались по своим домикам переодеваться, и вскоре рядом с Энжел остался только Энрике. Они вместе сходили к флаеру за сумкой Энжел, которую она до сих пор не позаботилась вытащить из машины. Рик отнес сумку в свободный домик, временное прибежище Энжел, где она смогла принять душ и переодеться. Когда она, чистая и довольная, облачившись в сухую одежду, выплыла из бунгало – Рик уже сидел на скамейке у крылечка вместе с Микки и его новым четвероногим приятелем. Энжел пристроилась рядом с ними, и они с полчаса ломали голову над именем для собаки. Перебрали все клички, но так и не смогли остановить свой выбор ни на одной из них. Проблему решил Майкл, пришедший, чтобы позвать их на ужин.
    - Рэкс! Самый настоящий динозавр Рэкс! Посмотри на его зубищщи! – безапелляционно заявил он, услышав, какую проблему они обсуждают столько времени, - Ты же не предлагала назвать его Лорди, как своего пса? Тем более, если ты выбрала кунхаунда для Микки – имя должно быть другое.
    - Обожаю эту породу, - виновато улыбнулась Энж, - не смогла пройти мимо щенков-кунчиков. А сначала хотела кого-то поминиатюрнее.
    - Мне нравится кун… кунхаунд! – еле выговорил Микеле, - у тебя тоже такой пес, да? Лорди зовут? Энжи мне не говорила! - возразил он Майку. – Имя Лорди мне тоже нравится… ну а он пусть будет Рэксом.
    - У меня тоже был кунхаунд, черно-подпалый кунхаунд, - неожиданно произнес Энрике, - Его звали Джокер... И золотой ретривер Айк.
    - Вот это да! – ахнула Энжи, - у нас с тобой собаки одной породы! Лорди… он остался у моего… друга, я очень по нему скучаю, наверное, поэтому и не смогла пройти мимо Рэксика, - она потрепала щенка по голове. - Я помню Лорди таким же крохой. Сейчас он уже старик по собачьим меркам, ему почти двадцать лет, но он все еще очень резвый и до сих пор в чем-то щенок.
    - Они всегда такие. Веселые, заводные и очень активные. Он тебя еще загоняет, Микеле, - подмигнул Рик мальчику.

    [​IMG]


    Словно услышав слова Энрике, щенок соскочил у Микки с колен и призывно залаял, приглашая его поиграться. Микки мгновенно поднялся на ноги, включаясь в щенячью забаву, и они устроили догонялки на территории бунгало.
    - Какой он голосистый! – произнес Майк. Звонкий собачий лай эхом разносился среди домиков и цветущих кустов.
    - Да уж, голосистый, - Энжи вспомнила своё утреннее появление в бунгало Рика, и осторожно покосилась на парня. Улыбка Энрике стала чуть шире и добавила румянца щекам Энжи. Рик, словно невзначай, коснулся её руки кончиками пальцев. Майк, оживленно жестикулируя, рассказывал что-то про собак, но Энжи его не слышала, завороженная осторожными почти невесомыми прикосновениями.
    - Э, ребята! Что-то уж больно хитрые у вас мордашки! Хэй! Что происходит? – прервал её романтический настрой Майк. Он внимательно разглядывал их лица, и Энжел по глазам поняла, что он вдруг увидел их «с другой стороны».
    - Ничего, - как можно естественнее улыбнулась она, - просто вспомнила, как наш хвостатый приятель сегодня утром Рика разбудил.
    - Все на ужин! – усиленный динамиками голос Даррена загрохотал над территорией бунгало, - Ждем всех в Центральном парке!
    - Где? - удивилась Энж.
    - Это мы так назвали открытую террасу со столиками у бассейна. Милое местечко, хотя мне больше нравится бар на черном пляже на берегу Млечной Гавани, можно после ужина устроить там небольшой «гусятник».* Идем, нас ждут!
    Майк протянул руку, помогая Энжел подняться со скамеечки, напоследок оглядев Энрике с подозрительностью таможенника. Рик встал на ноги и замер, стряхивая со штанины невидимые пылинки. Взгляд прятался в тени опущенных ресниц.
    Майкл демонстративно выставил локоть, хитро подмигивая и приглашая Энжел за него ухватиться. Энжи покосилась на Энрике: он прекратил отряхиваться, но продолжал рассматривать песок под ногами.

    [​IMG]


    «Энрике, ну что опять произошло?» - Энж хотелось развернуть его к себе, поднять ладонями лицо, и выпытать, из-за чего он снова изменился. Неужели ревнивый взгляд Майкла и то, что он, похоже, начал догадываться «о них» так на него повлиял, что Рик опять закрылся, снова стал замкнутым и настороженным, словно пружину в нем закрутили до упора?
    - Энрике! Ты идешь? - на секунду ей показалось, что он сейчас развернется, сославшись на какое-нибудь дело, но с ними не пойдет.
    - Иду… - улыбка, ответный взгляд чуть исподлобья, спокойный и кажущийся открытым.
    Он смотрел на неё, на Майкла, но это снова был взгляд чужака, от Энрике, стоявшего за её спиной на краю «Титаника», не осталось и следа.
    Недолго думая, Энжел подхватила Энрике под руку, другой зацепила Майкла за услужливо подставленный локоть и потянула обоих к дорожке. Майк тут же наклонился к ней поближе, дурашливо нашептывая на ушко про прелести грядущей вечеринки на пляже.
    Бицепс Энрике под её пальчиками казался каменным…

    Не успели рейнджеры рассесться за столиками, как объявился проспавший где-то весь день и теперь полный энергии Егор. Обнаружив четвероногого новичка в команде рейнджеров, он обрадовался не меньше Даррена и Микки и, наскоро перекусив, включился вместе с Микеле в щенячьи забавы. Вдвоем с парнишкой они заиграли щенка до такой степени, что песик, набегавшись вдоволь и растратив весь запас щенячьих силенок, растянулся у ног Микки вывалив язык, с удовольствием принимая почесывания и поглаживания всей рейнджерской братии. Когда стемнело, Майку удалось гитарой и обещанием спеть, заманить всю компанию в бар на черный пляж.

    [​IMG]


    Правда, уже после второй песни, инициатор «гусятника» стал отчаянно зевать, с удовольствием отдал гитару Егору, и под его бренчание уснул на шезлонге.
    Микки продержался дольше. Они с Энрике нажарили сосисок, вогнав и без того сытых рейнджеров в грех обжорства, после чего Микки, с чувством исполненного долга, задремал у костра, привалившись к плечу Энжи. Щенок, сладко посапывая, уже давно дрых у него на коленях.
    Энрике весь вечер провел рядом с Энжи. Она остро чувствовала его проснувшуюся настороженность. Он разговаривал и улыбался, смеялся над байками Майкла, разъяснял Микки азы дрессировки собак, успевал подбросить в огонь дров и насадить очередную сосиску на шампур, но его взгляд снова ускользал от Энжи. Он сидел рядом, а, казалось, словно до него километры.

    [​IMG]


    Энжел расстроила эта новая перемена, но она старалась не подать виду, что это её задело. Особенно под прицелом голубых глаз Майкла. Она знала, что он еще набросится на неё с расспросами, и была в глубине души рада тому, что Майк, наконец, уснул и больше не следит за ней и Энрике прокурорским взглядом.
    Дана с Дином незаметно испарились в неизвестном направлении. Незадолго до полуночи с базы прилетел Ноэль. Они с Егором, приложив массу усилий, утащили сонноупирающегося Майкла в бунгало, а затем нацепили акваланги и отправились на ночной дайвинг. Леон и Кано попрощались со всеми и укатили на базу, где их ждало дежурство.

    Так незаметно Энжи и Энрике остались вдвоем у затухающего костра. Микки в обнимку со щенком дремал на плече у Энжел. Она прикрыла его пледом, но ночная прохлада все больше давала себя знать. Ей не хотелось уходить с пляжа, особенно сейчас, когда они с Риком остались здесь практически наедине. Энж вполне устраивали разговоры обо всем и ни о чем, нравилось рассматривать звезды в незнакомом небе и вспоминать далекую Землю.
    Она была рада любым точкам соприкосновения, словно каждая из них связывала её с Энрике новым узелком. Выяснилось, что они оба любили собак, и даже собаки у них были одной породы. Мечта Микки о собаке выросла из рассказов Рика о своих питомцах.
    Энжел и Энрике родились на Земле и сами проходили Врата. И хотя Энрике считал их проклятьем, это все рано было связующим звеном между ними.
    Они оба называли себя землянами. В команде Энжи землян было только двое - она и Ноэль, но Грасс Врата не проходил, он - второе поколение, и все новые возможности он получил от родителей. Остальные члены её команды были детьми иных миров, большинство из них никогда не бывало на своей прародине.
    И еще она надеялась, что они с Риком не слишком далеки друг от друга в «возрастной категории». Его дар – регенерация - помог ему выжить в этом мире, замедлил процессы старения. Жаль, что эта способность не вечная. Со временем силы организма истощатся, и дар перестанет работать. Врата немногим делают такие подарки. Любой дар – редкость, и у всех он проявляется по-разному, у кого-то в большей, у кого-то в меньшей степени. Регенерация у Рика явно очень сильна, и это делало его в чем-то похожим на Энж. Так ей казалось. А Энрике, видимо, и не догадывается, какая она, не догадывается, что Энжел тоже в числе тех немногих, кого Врата наделили своим «даром». Команда знает о том, что подарили ей Врата, но негласное правило молчать об этом, тщательно обходя скользкие моменты, коснулось и Рика. Ни он, ни Грей, ни Легран не подозревают о её «даре». Никто из рейнджеров никогда этого им не скажет, только она сама может сделать это, или они догадаются при определенных обстоятельствах, или начнут наводить справки и так докопаются до сути. Таких как она - мало, ей стоит огромных усилий сохранять свою тайну.
    Она уже не раз задавала себе вопрос – хочет ли она рассказать все Рику, рассказать какая она.
    Да. Хочет. Очень хочет. Особенно сильно было это желание сегодня. Но пока рано…

    [​IMG]


    Она опасалась, что «дар» Врат станет преградой между ними, оттолкнет его... Сейчас между ними все так зыбко… Энжи понимала, как ей хочется «чего-то большего» и насколько осторожно надо быть с тем, что зародилось между ними. Не повторить прошлые ошибки. Не допустить, чтобы её дар помешал им.
    Ведь это её «дар» разрушил их с Дэйвом отношения. Из-за него Дэйв отказался от Энжел. Изгнал её из своей жизни, считая, что только так сделает Энжи свободной и счастливой. Энжи так не смогла этого принять. Всеми силами она пыталась его вернуть, пыталась найти способ изменить будущее. Или прошлое.
    Про себя Дэйв говорил, что он сошел с дистанции, но его малышка не должна останавливаться, должна бежать вперед, а он будет лишь её болельщиком на скамейке запасных. Она всегда может рассчитывать на его опыт, на его помощь и поддержку. На дружбу. Дэйв не перестал ей помогать, продолжая беспокоиться за Энж, как отец и командир, отчитывая за сумасбродство и жажду риска. Но он лишил её того, что ей было нужно как воздух.
    Оставшись без Дэйва и его любви, она не стала ни свободной, ни счастливой. «Дар», который она раньше не замечала, вдруг стал мешать ей, и она бросалась от безысходности в любые авантюры, чтобы заглушить боль потери, не подпуская никого к своему сердцу.
    Тогда ей и встретился Майк.
    Восемнадцатилетний парень, восходящая звезда музыкального олимпа, окруженный девицами всех мастей, как уличный фонарь мотыльками, сумасшедший, нахальный и непредсказуемый. Он улыбался так заразительно, что разом улыбались и все вокруг него. Сценический макияж, огненно-рыжий ирокез, серьга в ухе, длинные ноги, такими только через трупы восторженных поклонниц переступать, обтянутые кожаными штанами с кучей клепок и цепей, ремень с огромной блестящей бляхой. Таким он предстал пред её очами в баре, где команда Энжел отмечала удачный финал очередной опасной авантюры. Бар космопорта – не лучшее место для гастролирующих юнцов. Что принесло туда Майкла с ребятами из его группы и кучку поклонниц – одному Богу известно. Но закончилось это вполне предсказуемой потасовкой, в результате которой парень оказался один против десятка прожженных космических бродяг, коими кишат подобные заведения. Немногочисленная свита Майкла быстренько ретировалась, но он не дрогнул. Дух бойца – это то, что всегда ценили и уважали рейнджеры, и, несмотря на непривычную попугайскую раскраску незнакомца, команда Энжи вступилась за Майкла, попавшего в заведомо проигрышные и неравные условия. Разгром бара и побоище, в котором приняли участие все посетители портового кабака, закончился тем, что под вой полицейских сирен недавние противники разбежались в разные стороны. Если бы не Майкл – её вполне могли закрыть в каталажке на пару недель за нарушение порядка. Они успели мельком «пообщаться» еще в баре, сражаясь спина к спине. Благодаря ему Энжи избежала пары ударов, а рыжему задире разбили бровь и губу. Унося ноги из разгромленной забегаловки, она угодила прямо в лапы блюстителей закона.
    «Вот ты где! Хей, это моя девушка! Не трогай её!» - Энжи была удивлена и обрадована, когда невесть откуда взявшийся Майкл буквально вырвал её из рук полиции. После недолгих выяснений «ху из ху» и автографа на память их отпустили. Майк не преминул в доказательство принародно поцеловать её взасос. Поцелуи со вкусом крови из разбитой губы продолжились и в такси, услужливо вызванном служителями порядка для заезжей знаменитости, плакатами которого был обклеен не только город, но и полпланеты. Такси отвезло новоявленную парочку в отель Майкла, откуда Энжи выползла лишь через сутки, не выспавшаяся и, неожиданно для себя, счастливая. Они договорились встретиться у него на концерте, но она улетела, не позвонив и не предупредив Майка, на новое задание за час до его выступления. Неожиданно для себя, она не смогла так просто выбросить из головы случайную интрижку. Неожиданно для себя, она продолжала вспоминать рыжего нахала, так легко затащившего её в постель, и соленые от крови поцелуи.
    А когда, спустя месяц, на их базе на отдаленной незаселенной планете объявился парень с гитарой - она поняла, что ужасно ему рада. Какими путями ему удалось выяснить куда они улетели он так и не сказал. «Суперстар» исчез, зато в её команде появился новый рейнджер. Она уже знала, что деятельную натуру Майкла достала звездность и бесконечные турне, которыми он был сыт по горло с раннего детства. Его родители чуть ли не с пеленок растили из него звезду шоубиза, мальчик, обладающий от природы хорошим голосом, музыкальным слухом и харизмой, принимал участие во всевозможных конкурсах. Там юное дарование заметили продюсеры и пристроили в набирающий обороты бойзбэнд. Группа стремительно взлетела к вершинам успеха, но ни кому не было дела, что рыжий хохмач и всеобщий любимец, лидер команды, совсем не так мечтал покорять звезды. Энжи весьма удачно попалась ему на дороге и Майкл, недолго думая, сменил опостылевшую звездность на суровый быт рейнджеров. Не все у него пошло сразу и гладко, былая «звездатость» наложила свой отпечаток на его характер. Но он выбрал правильный путь, Энжел не сомневалась, что из него выйдет толк и что Майк - прирожденный рейнджер. Она спасла его от участи уставшей, спивающейся звезды, а он спас её от самой себя. Он помог её сердцу успокоиться. На какой-то миг ей показалось, что она снова способна любить. Но тень Дэйва и финал их истории, в которой она не поставила точку, не оставили её в покое. У неё не получилось забыть Дэйва, Майкл заменить его не смог. Энжел понимала, что убедила сама себя в неспособности полюбить кого-либо после Дэйва. Из них с Майклом получилась бы отличная пара. Но… она не смогла дать ему той любви, которой он был достоин. Она не отпустила прошлое, но отпустила Майкла, чтобы он мог идти вперед. Отпустила его, как когда-то её отпустил Дэйв, искренне желая Майку стать счастливым без неё. Они расстались, но он остался рядом, навсегда став для неё самым близким и дорогим человечком. В чем-то она любила Майкла намного больше Дэйва. Но Дэйв... Дейв был чем-то большим. Особенным. Она так и не расторгла их официально зарегистрированные отношения. Все еще считая себя его женой. Не только на бумагах, и не смотря на то, что в её жизни были мужчины. А в жизни Дэйва женщина так и не появилась. Энжел так и осталась «той, единственной». Это заставляло её думать, что не все потеряно, что она сможет его вернуть. Что он до сих пор её любит, как и она его. Упрямая надежда вернуть Дэйва все еще горела в ней. И тут, как нельзя кстати, подвернулся ксилл. Она безоговорочно поверила в силу этого минерала, поверила, что с его помощью сможет повернуть время вспять. Для неё и Дэйва. Поэтому и ввязалась в эту авантюру на Байле. Но сейчас, рассматривая звезды чужого мира вместе с темноглазым парнем, скелетов в шкафу у которого ничуть не меньше чем у неё, она ясно понимала - к Дэйву она больше не вернется. Их время действительно прошло. Она еще упорствовала в своем обещании привезти ему ксилл. И пусть он делает с ним что хочет. Но их история закончилась. Не важно, что будет между ней и Энрике, ей хотелось верить в лучшее, хотелось верить в будущее… Пусть его «регенерация» не вечна, она лишь оттягивает, тормозит естественный процесс старения. Никто не спрашивал, сколько ему лет, сам он не говорил, но и так было понятно, что ему далеко не двадцать. Он помнил Землю почти такой, какой помнила её она.
    Может быть, его не напугает её «дар»…
    Может быть, они почти из одного времени…
    Может быть, ксилл и ему поможет и его «регенерации»…
    Может быть, у них больше общего, чем кажется…
    У них есть точки соприкосновения… Земля, например.
    Хотя… Энжи давно потеряла связи со своей родиной. С тех пор она с десяток планет называла своим домом. А сегодня Энрике напомнил ей о Земле, и ностальгия больно сжала её сердце. Они оба не хотели показывать, что скучают по своей голубой планете. По Солнцу. Но не могли этого скрыть друг от друга...
    - Отсюда видно Солнце? Звезду по имени Солнце? – спросил он после рассказа о местных созвездиях с такими знакомыми земными названиями. «Большая Медведица», рожденная тоской переселенцев по далекой прародине, и совсем не похожая на земной «ковшик», сверкала десятком звезд в Байларском небе прямо над их головами.

    [​IMG]


    Энжел оглядела усыпанный сверкающими точками небосвод, вспоминая ориентиры звездных карт.
    Хотелось бы ей сказать Энрике, что с Байлы можно увидеть Солнце, и показать - вот оно, смотри, самая яркая звезда на небе – это и есть наше Солнце. Но нет…
    - Его отсюда не видать…
    - Я так и думал. Но все немые, привезенные сюда с Земли, считают вон ту желтенькую звездочку - Солнцем. И я тоже так хотел думать, представляя, что вокруг неё вращается такая знакомая мне Земля. Хотел думать, что я каждую ночь могу видеть Солнце.
    Он усмехнулся.
    -Ты скучаешь по Земле, Энрике?
    - Раньше скучал и очень хотел домой, а сейчас – не знаю даже. Я понимаю, что меня там ничего не ждет. И никто не ждет. Мир, в котором я жил - исчез.
    - Мой тоже. Земля изменилась. Я улетела оттуда давно. Потом возвращалась пару раз, но мне не понравились изменения. Звезды стали мне ближе и роднее. А ты где родился? - Энжи решилась задать личный вопрос, не особо сильно надеясь на ответ. Но Энрике ответил.
    - В Майами, Флорида.
    - Ого! Девчонкой я мечтала попасть в Америку. Но побывала там лишь раз. И то «почти».
    - «Почти»? Это как… и где? - заинтересовался Энрике, - я… много где был.

    [​IMG]


    - Космодром на мысе Канаверал, я прошла Врата в составе группы новобранцев-переселенцев, оттуда нас всех увезли на космодром, и на следующий день я покинула Землю. По Америке мне так и не удалось поколесить, - улыбнулась Энжи. – А родилась и выросла я в России, в маленьком сибирском городке, ты, наверное, даже не слышал о таком – Юрга.
    - В России я не был, - словно извиняясь, Энрике покачал головой.
    - И не мудрено. За пределами Земли я тоже не встретила никого, родом из Юрги, хотя русских много.
    - Ты русская? Энжел? Энжел Вэй… Русское имя?
    - Почти… почти русское. Тогда меня звали Ажелика. Я лишь немного его изменила. А нынешняя фамилия – просто псевдоним.
    - Анжелика, - повторил парень, словно пробуя незнакомое имя на вкус, - Все равно – Ангел. Ты как ангел для Микеле… и для меня…
    Энрике протянул руку и погладил Микки по голове, убирал челку со лба, легонько постучал подушечкой пальца по носу, обсыпанному веснушками. Мальчик не шелохнулся, он крепко спал, тихонько посапывая, положив голову Энжел на колени и свернувшись калачиком под пледом. Догорающий костер лениво потрескивал и пулялся искрами в темноту.
    - Стало прохладно, как бы он не замерз, - Энжел ужасно не хотелось уходить с пляжа, но оставаться здесь дальше с уснувшим Микки она считала неправильным.
    Энрике все понял без слов. Встал, аккуратно поднял спящего парнишку вместе с собакой. Энжел поправила плед, укутав босые ноги. Микеле сонно приоткрыл глаза, что-то невнятно пробормотал, прижимая к себе щенка, и снова затих.
    - Отнесем его в дом.
    Рик кивнул, и они зашагали по ночному пляжу к бунгало.
    Микки не проснулся даже когда Энжи и Рик сняли с него джинсы и майку и уложили на кровать, пристроив такого же сонного Рэксика рядом.
    - Укатали сивку крутые горки, спит без задних ног. Майкл, негодник, совсем загонял парнишку, - Энжи присела на кровать, убирая непослушную прядь со лба мальчика.
    - Микки сам кого хочешь загоняет, - улыбнулся Энрике, - Я так рад, что он попал к вам. Он здесь словно раскрылся, ожил. Я не представлял, что он может быть таким… веселым …таким счастливым. Ему уже почти не снятся кошмары. И… его здесь любят. Майк ему как брат. Микки нужен такой старший товарищ. Жаль, что родители Микки, Лили и Диего, не увидят, каким он стал… каким он будет.
    - Это и твоя заслуга, ты вырастил отличного парня. Он как солнышко. Такой чистый и открытый, что не верится в то, что ему выпало. В чем-то он совсем еще ребенок, а иногда – почти взрослый. Я ужасно по нему соскучилась, даже не думала, что мне будет так его не хватать, жаль, что так мало осталось времени. Скоро улетать. Я, надеялась, что у меня будет компания до рассвета, Майк мне все уши прожужжал как здесь красиво, когда встает солнце, наобещал, что они с Микки покажут мне всю красоту зари на Байле… но все разбежались спать. И Микки уснул. Не буду будить его. Скажешь ему, что мы скоро снова увидимся. А мою жемчужинку пусть пока хранит у себя.
    Энжи наклонилась к мальчику и поцеловала его в висок.
    - Спи, мой хороший. До встречи.

    *Дайверский сленг
    Мухобойки — ласты, обычно, «плохие» ласты.
    Бадя, бади (англ. Buddy, приятель) — напарник в дайвинге.
    Кошмарить — способ привлечения внимания подводных обитателей к своей персоне: схватить за хвост, похлопать по боку, нежно погладить по спинке, потыкать фонариком в глаза и т. д.
    Рождественская ёлка — дайвер, увешанный многочисленным дополнительным оборудованием.
    Гусятник — дайверская вечеринка.

    Традиционные спасибы нашим замечательным позмастерам за их труды: IMHO, Ginara, Fierce, Neka-mew, Delightful и всем-всем-всем!
    Огромное спасибо Severinka за заказик- маску.


    Благодарности к новому эпизоду [​IMG] Ибо в пост с серией уже не лезет!
    И, к сожалению, следующую серию под спойлер тоже убрать не могу, превышение по количеству символов получается.
    Поэтому, простите меня, читатели и модераторы, она остается без спойлера, иначе исчезает часть текста.
    Огромное спасибо Delightful за парные позы в гамаке, созданные на заказ для сериала, спасибо Олечке [email protected] за сделанную по просьбе позу "фейспалм" и всем нашим позмастерам за их труды - Джемма, Ginara, Fierce, IMHO и многим другим.
    Спасибо вам огромнейшее!!
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 14 другим нравится это.
  16. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 10 сен 2013 | Сообщение #36
    [​IMG]


    Энрике неожиданно поймал её руку.
    - Ты же не уедешь прямо сейчас? До рассвета еще пара часов!
    - Ну… Все спят. Ты ведь тоже спать хочешь? Я и так злоупотребляю твоим временем. Ты, наверное, устал от меня… – Энжи немного удивила реакция Рика. Весь вечер, общаясь, он старательно держал дистанцию, слегка расслабившись, лишь когда Майкл уснул. Но лишь слегка. Парень с «Титаника» так и не вернулся. А сейчас…
    - Нет! Я не собираюсь спать! И я не устал, - Энрике решительно замотал головой. – Если… Если тебя устроит моя компания… Ты же можешь остаться здесь до рассвета? Еще на несколько часов? Можешь встретить рассвет со мной?
    Энжи затихла, удивленная. Ей, конечно же, хотелось услышать эти слова, но она не думала, что он их скажет.
    - Мы можем подняться на крышу, оттуда отличный вид… - продолжил он, сбитый с толку её молчанием, - Или… Не уезжай, Энжи…
    Последние слова прозвучали почти обреченно.
    - Давненько я не встречала рассвет на крыше.
    Она улыбалась одними глазами, а ей хотелось подпрыгивать на месте на манер их нетерпеливого четвероногого приятеля.
    Они вышли на крыльцо, оставив Микеле и его нового друга досматривать сны. Энжи с сомнением глянула на соломенную кровлю бунгало, слабо представляя, как она туда полезет.
    Энрике так и не выпустил её руку, словно опасаясь, что она сбежит к «Скайвею».

    [​IMG]


    - Нам не туда, - шепнул он, отрывая Энжел от созерцания соломенного купола, и потянул за собой. Они прошли по пустому «Центральному парку», мимо столиков с остатками вечернего пиршества, сверкающего огнями бассейна и свернули к стоящему особняком домику. Вместо соломенной зонтичной крыши его венчал настил из тонких бревен. Энжи и Рик поднялись по шаткой лесенке на второй этаж и оказались на занавешенной тонким полупрозрачным шелком открытой веранде с большим гамаком в центре. С веранды открывался великолепный вид на всю территорию отеля и темнеющие вдали скалы с водопадами.
    - А здесь и правда шикарно!
    Энжи с удовольствием плюхнулась в гамак, раскачиваясь в нем как на качелях и глядя в светлеющее небо, усыпанное искрами звезд.
    Гамак выглядел большим и надежным, способным выдержать парочку буйствующих Егоров.
    Она отодвинулась подальше от края, освобождая половину ложа.
    - Ты собрался до рассвета надо мной стоять?
    Он замер на мгновение, криво улыбнулся и присел на корточки рядом с гамаком, слегка придерживая его, чтобы тот не качался. Глаза в глаза. Слишком пристально. Слишком серьезно.
    - Можно задать тебе личный вопрос?
    Энжел сладко потянулась, всем своим видом изображая кошку на отдыхе.
    - Можно, - одобрительно промурлыкала она в ответ.
    Но Энрике не заразился её игривым настроем, взгляд остался сосредоточенным. Он склонил голову к плечу, словно оценивая, скажет ли она правду при таком несерьезном поведении.
    - Ну? – Энжи вопросительно подняла бровь.
    - Майк твой парень?

    [​IMG]


    От неожиданности она даже фыркнула. Энжел ждала, или надеялась, что он спросит что-то типа: как она к нему относится или можно ли тебя поцеловать… Хотя нет, это глупости. Энрике не стал бы такое спрашивать… и делать.
    - Майк… Нет… - она замолчала.
    «Майк ему что-то рассказал? Мог. Или Энрике сам услышал от кого-то ещё, что они с Майклом раньше были близки».
    Для её команды не были секретом их с Майком отношения.
    - Почему вдруг такой вопрос?
    - …Мне показалось, что сегодня он взглянул на меня как на соперника. Я не знаю, что между вами. Я раньше не думал об этом, не замечал, как он к тебе относится. А сегодня... Посмотрел на Майка иначе, и он тоже. Сейчас ночь и мы здесь одни… И если он твой мужчина… Меня не должно быть здесь. И вообще… я сегодня… слишком много себе позволил и… - он запустил ладонь в волосы и сжал, словно пытаясь вырвать здоровенный клок из своей шевелюры, - Да никому не понравится, что я здесь с тобой…
    Энжел перекатилась на живот поближе к краю.
    - Рик! Разве кому-то это должно нравиться кроме тебя… и меня? А Майклу… Майклу точно не понравится. Ему вообще не нравятся парни рядом со мной. Ни-ка-ки-е! Даже если они просто торговцы подержанными космолетами.
    Уголок губы пополз вверх, рисуя на его лице кривую улыбку.
    - Он же не чужой тебе… Ты его любишь? И он тоже…- последние слова прозвучали как утверждение.
    Энжи вздохнула. Вопросы в лоб. Не отвертеться и не отшутиться. Да и уходить от ответов она не хотела. Не так часто Энрике идет на откровенность, а если решился такие вопросы задавать…
    - Майк для меня… самый близкий человек. Я его очень люблю и он меня тоже, не сомневаюсь.

    [​IMG]


    Она намеренно так сказала. Именно эти слова. Говорила и смотрела Рику прямо в глаза. Он отпрянул, еле заметно, на долю миллиметра отшатнулся от неё, взгляд остекленел, дрогнула бровь. Он хорошо себя контролировал. Но Энжел не проведешь. Она привыкла ловить все эти мелочи в людях. Это помогало ей лучше понимать своих собеседников. И теперь Энжи хотелось улыбаться, широко и радостно. Или рассмеяться, запрокинув голову назад. А потом просто крепко обнять замершего от ревности парня и прижаться, сильно-сильно. И поцеловать. Боже! Как ей хотелось его поцеловать…
    Если бы все было так просто…
    Но Энжи не шевельнулась.
    - Я его очень люблю, - повторила она, но не так как женщина любит мужчину. Не так... Теперь не так. Когда-то давно мы встречались, и нас можно было назвать парой. Он спас меня, в прямом смысле слова. Вытащил из очередной авантюры, куда я кинулась сломя голову, просто в жажде риска. Или жажде смерти. Он стал для меня спасательным кругом. Всем. У нас странные отношения и сейчас, слишком близкие, возможно, отчасти в этом виноват «обмен». После «обмена» не может быть иначе. Мы с ним словно родственники. Родственные души. Он мне как старший брат, а я его непутевая сестренка. Или наоборот. Я даже не знаю. И ревнивое отношение к партнерам своей бывшей половинки тоже присутствует. Мне тоже не нравятся его девушки, - усмехнулась Энжи, - но я надеюсь, что однажды он найдет ту, которую полюбит по-настоящему, и которая будет любить его. Ответ тут один – нет, он не мой мужчина. Но ревность и чувство собственности, наверное, осталось у нас обоих. Не представляю, как смогу жить без него, слишком я привыкла к тому, что он всегда рядом. Он моё плечо, мой вечный двигатель, свет моей ментальной реальности. Я за него душу дьяволу продам!
    Последнее прозвучало чересчур пафосно, и Энжи невольно улыбнулась. Казалось, Энрике чуть расслабился.
    - Знаешь, когда я сегодня увидел как Майк смотрит на тебя, ревниво, как будто ты его девушка, а я… я соперник. И я…
    - И ты отступил. Сразу сдался?… Ты не стал бы соперничать с Майклом?
    - Нет…- извиняющимся тоном произнес Рик, - с Майклом… нет… Черт! Что я говорю! Какой вообще из меня соперник…
    Рик приложил ладонь к лицу в жесте классического «фейспалма».

    [​IMG]


    Энжи тихонько рассмеялась.
    Карие глаза улыбнулись ей сквозь решетку из пальцев.
    - Тебе легко смеяться, а у меня уже крышу сносит, - Энрике закусил губу, между бровей пролегла вертикальная морщинка.
    - Ты же понимаешь, кто я... – это прозвучало уже не весело, - Да я и сам знаю, что мне нужно держаться от тебя подальше. Легран прав.
    - Рик, Легран и Грея бы послал «подальше» будь у него такая возможность. И всю мою команду, не только тебя. А тебе он, наверное, еще выскажет свою претензию, что ты меня «лапал» там, на базе, перед отъездом. Ему что-то такое привиделось.
    Энрике грустно усмехнулся.
    - Значит, он поднялся на второй этаж виллы и видел … нас. Я не хотел...
    - Не хотел? – Энжи вскинула бровь.
    - Нет… Не так. Я не хотел, чтобы у тебя из-за меня были проблемы.
    - В этой ситуации у тебя могут быть проблемы, а не у меня. Я пытаюсь вправить Леграну мозги, но он еще вполне способен наделать глупостей.
    - Потому что ты ему очень нравишься…
    - Я знаю.
    - Он даже мне помогал. Из-за тебя.
    - Легран хороший парень, хотя и с тараканами. Он хочет измениться и меняется. Не думаю, что он навредит тебе или мне.
    - Проблема не в нем. Энжи, проблема во мне. Я – зло для тех, кто мне дорог. Я люблю Микки – и Грей готов его убить, чтобы сделать больно мне. Он знает, что только так способен меня достать, только через дорогих мне людей. Все остальное я выдержу. Если Грей поймет … поймет, что ты для меня значишь… Энжи, он непредсказуем в своем безумии! Из-за меня он может причинить зло тебе, твоей команде, твоему делу. Он способен на многое, на убийство, даже во вред себе. Я не хочу, чтобы ты подвергалась риску из-за меня. Все беды Микки тоже из-за меня. Я должен держаться подальше… Чтобы он тебе не навредил.
    Энрике опустил голову, вертикальная морщинка между бровей стала отчетливее.
    - Грей ничего мне не сделает… - но она и сама не верила своим словам. Энрике знает Грея намного лучше, да и Энжел с самого начала чувствовала сумасшедшинку в своем компаньоне. Про таких говорят: «Жабу готов проглотить, лишь бы другим насолить». Как далеко он готов зайти в своей жажде мести?

    [​IMG]


    - Я опасен для тебя, Энжи, держись от меня подальше… И не только в Грейди проблема. Я не могу тебе всего рассказать, просто поверь мне. Будь осторожна рядом с Греем и его людьми. Не подпускай никого к себе. Если увидишь на ранчо незнакомого человека – беги оттуда, уезжай!
    - О чем ты говоришь?! На ранчо «Грейсленд» всегда полно странных личностей. Кого именно мне стоит бояться? Почему ты не можешь сказать?
    - Знание, в данном случае, опаснее незнания. Команду Грея ты видела. Если появится кто-то новый, я думаю, ты сразу почувствуешь в нем опасность – уходи. Бросай недопитый кофе, недоеденный бутерброд, не слушай, что тебе говорят – уходи и уводи своих людей.
    - Ты прямо загадками говоришь и бабайками пугаешь.
    - Энжи, я серьезно! Обещай мне! Если я вдруг окажусь рядом и скажу «уходи» – ты уйдешь, не будешь задавать вопросов, просто убежишь не оглядываясь, что бы ни происходило. Я не могу сказать больше… У тебя есть нюх на опасность – почуешь неладное – беги оттуда. Не подпускай никого близко к себе. Обещаешь?
    - Ну хорошо… Только я все равно не люблю что-то делать не понимая причин. А про Грейди… Не собираюсь относится к тебе хуже, чем ты заслуживаешь, только потому, что ему это не понравится. Я думаю, стоит раскрыть ему глаза и доказать, что ты не виноват.
    Энрике отрицательно замотал головой.
    - Нет! Не надо. Этой истории тебе пока тоже не стоит касаться. Особенно в разговорах с Греем. Не говори никому, что ты в неё не веришь.
    - Нельзя же так всё оставлять, ты не виновен в убийстве! Его дикие обвинения мешают жить не только тебе, Микки, но и самому Грею.
    - Не сейчас. Позже. Я все расскажу, когда буду уверен, что тебе ничего не угрожает. А пока… я должен держаться подальше. Я не хочу быть и для тебя источником бед.
    - И сейчас - подальше? Или ты думаешь, что за нами с орбиты наблюдает его спутник – шпион? Грейди-и-и! Привет тебе! – она шутливо помахала рукой звездному небу.
    Рик поднял голову вверх, разглядывая небосвод, и невесело улыбнулся.
    - Ты думаешь, я железный? Я очень боюсь сорваться. И тогда Грей тоже поймет... Как Легран, как Майкл... Мне кажется, у меня и так на лбу большими красными буквами написано…
    Он замолчал и отвел глаза в сторону.
    - Что написано?
    Он взглянул на неё с укоризной, как на непонятливого ребенка.
    «Скажи мне, скажи, я догадываюсь, или знаю, но хочу услышать», - внутри у неё все задрожало в ожидании.
    - Ты мне очень нравишься, - хриплый шепот, темный омут взгляда, - больше, чем нравишься… Я знаю, кто я, немой, знаю, что этого не изменить. Знаю, что таким как я не место рядом с тобой. Но… ты мне нравишься – и я ничего не могу с собой поделать. Ты самое сумасшедшее моё желание. А когда… ты так близко – я не могу это в себе прятать. И если Грей узнает – он ударит по тебе.
    - Почему ты считаешь, что если ты немой и раб – ты не имеешь право на желания?
    - Энжи… - Энрике подсел ближе и протянул руку, убирая прядь волос, выбившуюся из её прически, - тебе на самом деле все равно, что я немой? Ты ведь чувствуешь, какой я? И когда я рядом…
    - Я вижу, какой ты. Я вижу тьму, если ты об этом, - она положила ладонь ему на запястье, склонила голову, погружаясь в ментальную реальность.

    [​IMG]


    - Нет! Не смотри на меня там, пожалуйста, не надо! – рука напряглась, и лишь самоконтроль не позволил ему вырвать руку.
    Энжи удивленно взглянула ему в лицо и убрала пальчики с запястья, разрывая ментальный контакт. Она и раньше его сканировала, но незаметно.
    - Тебе не нравится? Я не буду…
    - Я не хочу чтобы ты видела эту… эту сущность во мне.
    - Твою тьму?
    - Она тебя не пугает, не…?
    - Конечно, нет! – перебила Рика Энжел.
    - Это временно… - произнес он глухо, - рано или поздно ты возненавидишь меня за то, что я такой.
    - Кто вбил тебе в голову подобную чушь?
    - Почему чушь? Это научные данные! – усмехнулся Энрике.
    - И откуда у тебя такие данные?
    - «Калифорнийский Институт Изучения Аномалий Врат». Они там всё досконально исследовали и разложили по полочкам. Что есть немые и чем они являются для человечества. Все свои теории они подтвердили на практике, и я хорошо это там усвоил.
    - Там? Что ты там делал, в КИИАВе? Ты работал на них? Кем ты там был?

    [​IMG]


    Слова сорвались у неё с языка, она не успела даже смягчить презрительно-гневных интонаций. КИИАВ – это учреждение стало символом современной инквизиции. Изначально созданный для изучения влияния Врат на организм человека, этот исследовательский комплекс собрал в себе ученых и людей, получивших от Врат самые разные способности. В его стенах трудилось множество немых, которых привлекла туда надежда, что там станет возможным изменить их сущность, сделать их сияющими. Закончились благие намерения тем, что на людях стали проводить опыты и тесты, чтобы лучше узнать, чем же наделили Врата человека, и где границы новых возможностей. Учреждение было строго засекреченным объектом, но слухи, вырывавшиеся за его пределы, о нечеловеческих пытках и убийствах во имя науки вызывали неприятие у всех здравомыслящих людей. В конце концов, просочившиеся тайны, ставшие достоянием общественности, подняли волну возмущения и вынудили правительство принять меры. Попытка штурмом проникнуть в здание закончилось пожаром, уничтожившим весь институтский комплекс, в котором погиб почти весь персонал КИИАВа, вся накопленная информация. Или кто-то хотел, чтобы так считали. Энжел не было на Земле в это время, но она, как и жители других планет, пристально следила за событиями вокруг института. А теперь Энрике говорит так, словно он имел к этому темному пятну на репутации Земли непосредственное отношение. Он упоминал как-то, что несколько раз пытался пройти Врата. Пытался измениться. Как и те, кто там работал… Нет… Он не мог там работать…
    Она пристально взглянула ему в лицо.
    - О, Боже… - его глаза сказали ей всё, где-то глубоко внутри закипала злость на саму себя и опрометчиво вырвавшиеся слова. Как она могла даже подумать…
    - Кем был?… Крысой я там был подопытной, - мягкая теплая улыбка, за которой кроется невысказанная боль. Она спрятана так глубоко, что почти не видна. Но она есть. Она его еще не отпустила.
    - Прости, Энрике. Прости меня… Я сначала сказала, а потом подумала… - она протянула руку, коснулась его щеки. Он прижался к её ладони и снова улыбнулся.
    - Ничего. Я понимаю. Тебе просто не нравится то, что там творилось… Понимаю… Как я попал туда? Однажды ночью люди в масках ворвались в мой дом… Мешок на голову, парализующий укол в шею. Очнулся я уже в лаборатории одного из корпусов института. Слухи о нем – это лишь часть правды. Вершина айсберга. Там и меня пытались разложить на молекулы, выяснить, почему Врата сделали из меня немого. А заодно объяснили, что я есть в глазах всего человечества. Я не знаю, сколько я там провел времени. Времени там не существовало. А потом случился пожар, была паника, суматоха, мне повезло использовать подвернувшийся шанс – и сбежать. Я прятался от всех, наверное, год или более. Жил среди бомжей и бродяг Лос-Анжелеса. Кто-то из них меня и сдал. Продал работорговцам. Последнее, что я помню на Земле – странный вкус вина, которым меня угостил сосед по подвалу. Очнулся я уже на Байле. В грузовом трюме корабля, в компании таких же как я, ничего непомнящих о том, как здесь оказались. Немых. Рабов. Корабль принадлежал Николасу Келлену, деду Грейди. Это он меня сюда привез. Ему требовалась рабочая сила в шахтах…
    - Останься ты на Земле, ты бы уже лет пятнадцать был свободен. Рабство давно отменили.
    - Я все равно остался бы немым. Какая разница, свободен ты или нет – если ты урод, от которого шарахаются все вокруг, – невесело усмехнулся парень.
    - Энрике, все не так! Мне все равно, какой ты! И ребятам тоже. Ты же сам это видишь. Но если тебе так мешает твоя немота – есть способ от неё избавиться. И не один, если не ошибаюсь.
    - Что? Ты шутишь? – недоверчивый взгляд впился ей в лицо, - я могу… стать сияющим? В КИИАВе говорили, что это невозможно.

    [​IMG]


    - Можешь… Это доказали исследования последних десятилетий. Ты не знал?
    - Нет… Я думал - это навсегда. Как? Как это сделать?
    - Есть разные способы… Рик, то, что я тебе скажу, должно остаться между нами... Ксилл, то, ради чего я здесь – не просто абсолютное лекарство. Под воздействием электрического тока определенной силы и частоты твердый кристаллический ксилл переходит в жидкое состояние, а в дальнейшем, при контакте с атмосферой – в газообразное, возможна и обратная кристаллизация. В жидком состоянии он контактирует со всеми жидкостями и его можно ввести в организм человека, можно пить, можно заполнить кровеносную систему и даже заменить кровь почти полностью. Ксилл постепенно ассимилируется, кровь снова становится кровью. Но пока он в организме - это отличный способ лечения, омоложения, исправления любых генетических и физических дефектов, панацея от всех болезней и недугов. Ксилл уничтожает все болезнетворные бактерии и вирусы, восстанавливает поврежденные и утраченные клетки, влияет на хромосомы, такое воздействие весьма благоприятно для человека. Чем больше ксилла в организме, тем мощнее его воздействие, быстрее лечение, лучше эффект. Но… Когда концентрация ксилла в крови близка к ста процентам… Это некий барьер, за которым может ждать полное разрушение организма. Если в таком состоянии пройти Врата – человек снова становится подвержен их влиянию, ксилл словно снимает защиту от излучений. Вероятность получить от Врат новую способность, дар, повышается многократно и близка к ста процентам. То есть, если ты пройдешь Врата с ксиллом вместо крови - они снова смогут воздействовать на тебя, и существует большая вероятность, что ты получишь дар в плюс к тому, что есть. В твоем случае, я думаю, ты как минимум станешь сияющим, а как максимум – получишь что-то еще в довесок к регенерации. Но есть риск, что организм не выдержит такого количества ксилла.
    - Сколько нужно ксилла чтобы пройти Врата? Камешек Грея - это сколько «в граммах»?
    - Кристаллик - это концентрат, он неплохо лечит за счет излучения. Если его растереть в порошок – тоже будет толк, но лишь оздоравливающий, ксилл-порошок организмом не усваивается, эффект кратковременный. Кристаллик как у Грея - это полстакана стопроцентного ксилла. Для прохождения Врат нужно литров пять-семь жидкости, почти столько, сколько крови в теле человека.
    Энрике отпустил глаза.
    Она сразу поняла, о чем он замолчал.
    - Рик, ты с нами, ты в команде, как и всем - тебе причитается процент «живого ксилла» и сумма от выручки. Грей сам по себе. Я давно поняла - он хочет пройти Врата с ксиллом вместо крови. Хочет получить дар. Я не знаю, откуда у него эта информация, она засекречена, но он знает об этом. И ему нужен «живой ксилл», а не деньги. Что ж, пусть утрется своими десятью процентами. И делает с ними что хочет. А ты - с нами. Мы найдем ксилл – и ты получишь свою долю. Для того чтобы пройти Врата с ксиллом в крови - нужно штук пятьдесят таких кристалликов. Месторождение ксилла – это жила, кристаллическая вена в толще земли. Словно молния, попавшая в земную кору и застывшая в ней. Возможно, на Байле она раскрошилась, и от неё осталось только кучка камешков как у Грея и мы найдем только такую «россыпь» или обломок этой жилы - нам всем, думаю, хватит этих крошек. Это минимум, на который я рассчитываю. А если мы найдем саму «жилу» в целости и сохранности – мы богачи. Мы просто выкачаем её, превратив в жидкость, заново кристаллизуем и вывезем. Только бы добраться до ксиллической жилы с электричеством, насосом и парой бочек!
    - Мне ничего не надо, я только хочу стать сияющим. Если мы найдем ксилл…
    - Не «если»! Когда! Когда мы найдем ксилл - я найду способ вырвать тебя из лап Грея и увезу на Землю. Ты сможешь пройти Врата с ксиллом в крови, если хочешь. Но, я уже говорила, что это опасный способ и есть и другие, чтобы избавиться от немоты. Я не очень хорошо владею сейчас этой информацией, знаю только про ксилл, но уверена, что и другие способы существуют и работают, а что и как надо делать – пока не в курсе. Но я все выясню. А если не получится – ты пройдешь Врата. Хотя лучше бы обойтись без риска. Не известно, что за подарочек можно получить от Врат. Они непредсказуемы. А ксилл… «по чайной ложке утром натощак» действует ничуть не хуже. Весь найденный на Шугарайе ксилл извели люди, которым приспичило получить от Врат желаемый дар. Вот они и вливали его себе литрами и проходили Врата раз за разом. Не та карта выпала – идем заново. Они истратили ради своих желаний сотни литров ксилла, которого и так немного смогли добыть на Шугарайе. Этих литров могло хватить на лечение сотен тысяч больных. Десятки тысяч людей он мог спасти от смерти, вернуть здоровье. А тут – такое расточительство. Да и в результате подобных экспериментов над собой выжили далеко не все. Не все довольны результатом, но есть те, кто хочет еще одну попытку, чтобы получить желаемое. Кому мало того, что они получили. И есть множество других, рожденных сияющими, у кого нет дара, и они жаждут хоть что-то получить от Врат. Им нужен живой ксилл, а не деньги с его продаж. Поэтому, когда мы найдем ксилл… все, кто сейчас сидит в засаде, зная о том, что мы здесь ищем, кинутся на нас как волки на кролика. И кролику придется уносить ноги, пока его не порвали на кучку маленьких крольчат. Такая ситуация. Но… неважно, найдем мы что-то или нет - попробуем сделать тебя сияющим и без Врат, хорошо?
    - Если ты говоришь, что это возможно… Значит у меня есть надежда.
    - Надежда есть всегда. Только ты обещай, что не будешь от меня шарахаться, как от прокаженной. А то я начинаю сомневаться в своей женской привлекательности.
    Она лукаво улыбнулась.
    - Ты - самая обаятельная и привлекательная, не сомневайся! - Энрике тоже заулыбался, разговор, так нелегко начавшийся, явно принес ему облегчение.
    - Ага, поэтому ты готов мерзнуть и просидеть всю ночь на корточках, лишь бы не оказаться рядом со мной в гамаке?
    Она видела, что парень продрог, хотя виду и не подавал. Прохладный ночной воздух и её руки покрыл мурашками. Энжел снова отодвинулась от края.
    - Прости, ты, наверное, замерзла, прости, я не подумал…
    «Да я не на одеялко тебе намекаю!» - чуть не прокричала она вслед Энрике, который тут же устремился к большому ящику на краю веранды и извлек оттуда легкий вязаный плед.
    Мягкая ткань накрыла её нежным облаком.
    - Так хорошо? – глаза едва уловимо улыбались.
    «Я бы предпочла тебя вместо пледа!»
    - А сам? Тебе не холодно разве? – она отодвинулась еще на дюйм.
    - А если Грей оттуда нас увидит? - Энрике ткнул пальцев небо. Глаза лукаво искрились.
    - Не увидит, мы спрячемся под одеяло, - она приподняла край пледа. Получилось весьма двусмысленно, и они оба негромко рассмеялись.
    Рик осторожно сел на край гамака, не отрывая от неё внимательного взгляда. Прилег поверх одеяла, оставляя между ними максимум расстояния.
    Энжи приподнялась на локте, протянула руку, коснулась его плеча.
    - Да ты просто ледяной! У тебя татушка скоро изморозью покроется! А ты тако-ой холо-о-одный, как айсберг в океа-а-ане! – шутливо напела Энжел и провела кончиком ногтя по плетению четких линий, обвивающих левый бицепс. - Красивая! Похоже на кельтские узоры, символизирующие вечность.
    - Нет, это просто тату, никакой символики.
    - Наверное, совсем свежая? Недавно набил?
    - Почему ты думаешь, что она свежая? – он хитро улыбался, следя глазами за пальчиком Энжел, выписывающим вензеля на его коже, и рассматривая тату, словно видел её впервые.

    [​IMG]


    - Нууу… - Энжи продолжала плести бесконечный узор на руке Энрике, - у тебя же регенерация. А при ней такие украшательства долго не держаться. Тату сходят начисто за несколько лет, пирсинг зарастает, как и любые шрамы. Просто чем больше вред нанесенный организму – тем сильнее реакция, порез от ножа или ожог зарастает быстрее, чем царапина. Тату – как царапина для организма, медленно, но верно он её сведет на нет. Такие вот «минусы» у твоего дара. У тебя четкий узор без следов разрушения – значит, сделан он недавно, два-три года, не больше. Потом придется заново набивать... Ты расстроился что ли? – спросила она, заметив, что взгляд снова потух, а рука напряглась. - Еще раз сделаешь, не беда!
    - Нет, - он улыбался, но улыбка показалась ей вымученной, - я бы не стал больше делать, это просто память…
    - Извини, не хотела бередить твое прошлое, но, видимо, опять влезла куда не надо.
    - Ты меня прости. Тебя, наверное, достали все эти недоговоренности. Я тебе все расскажу, все, что ты захочешь знать, когда тебе ничего не будет угрожать. Я очень боюсь за тебя. Боюсь навредить. Боюсь, что не смогу тебя защитить.
    - А я в тебе не сомневаюсь. И Микки не сомневается. Он вырос, зная, что у него есть такой защитник как ты. Зная, что ты готов на всё ради него.

    [​IMG]


    - Я на все готов ради тебя.
    Глаза в глаза. Тихо, вполголоса.
    Для настоящей клятвы не нужен надрывный крик и битьё кулаком в грудь. Достаточно шепота. Достаточно одного взгляда.
    - Я в тебе не сомневаюсь… - снова повторила она, зарываясь рукой ему в волосы.
    Он сдвинулся чуть ближе, навстречу её ладони.

    ***
    А высоко в небе меркли звезды, молочно-розовый свет залил черные горы и пропитал воздух. Но Энжел было наплевать на окружающие красоты.
    Она улыбалась. Она ждала. Смотрела, как шаг за шагом Энрике приближается к ней. Поправил плед, прикрывая ей плечи - минус пять сантиметров. Шевельнулся, устраиваясь поудобнее – стал ближе еще на пару дюймов. Она заговорила – ему пришлось сдвинуться еще на чуток, чтобы услышать её тихий голос. Ответил, наклонившись над ней, хриплый шепот на ушко сократил расстояние до минимума. Ближе… ближе… ближе!
    Рука легла ей на плечо, придерживая мягкую ткань и защищая от шаловливого ветра, пытающегося забраться под покрывало. Прикосновение плавно переросло в объятье. Он обнимал её вместе с пледом, что-то говорил, негромко, почти шептал на ушко, дыхание шевелило прядь её волос. Ей было все равно, о чем говорить. Она, наконец, вытащила край пледа из-под него и укутала Рику плечи. Ночная прохлада исчезала с его кожи под теплом ее ладони, они все-таки оказались вместе под одним одеялом. Почти по дружески. Почти. Потому что он старательно пытался не касаться ее бедром. Но гамак качался, и соприкосновений было не избежать. И каждый раз она невольно улыбалась, чувствуя, что мужчина, делящий с ней гамак в эти холодные рассветные часы отнюдь к ней не равнодушен, хотя и пытается скрыть это. О чем они говорили… Она потом так и не вспомнила. Помнила только прохладу его кожи и тепло дыхания. Только руку на спине. Сильную, властную. Ладонь не двигалась, но Энжел безошибочно чувствовала в ней силу и уверенность. Так держит партнер в танце свою подругу, едва уловимым движением заставляя изгибаться в головокружительных па. Крутит и кидает, ласкает и ведет за собой, командует и манит. В его ладони есть эта сила. Просто она ждет своего часа, ждет своей музыки, чтобы толкнуть партнершу в омут танца. Часа, чтобы спуститься ниже, к пояснице, прогибая податливое тело согласно его желаниям. Такой руке хотелось подчиняться. Кружиться в вихре страсти по мановению пальцев, изгибаться лозой, извиваться змеёй, вытягиваться в струну. И Энжи готова была ждать. Их музыка рано или поздно заиграет.
    Когда лучи солнца осторожно высунулись из-за края горы и водопады засверкали сотнями радуг - они стояли на краю террасы закутанные в один плед. Она прижималась к его груди спиной, но в этом больше не было невинности «Титаника». Они наслаждались не рассветом, залившим красками сверкающие обсидиановой чернотой горы, не водопадами, украшенными переливами радужных бликов, не бесконечностью неба, расписанного сумасшедшим художником и смешавшего там всю палитру, или свежестью воздуха. Они наслаждались друг другом. Энрике держал её за плечи. Она откинула голову назад, глядя в небо. Не видя неба. Не замечая ничего вокруг. Существовало лишь тепло недвижимых рук и биение сердца.

    [​IMG]


    Конечно, Энрике так до конца и не расслабился, не позволил себе ничего лишнего. Держался изо всех сил. Слишком сильно он вбил себе в голову что немой - монстр какой-то в глазах людей. Что ей может быть неприятно от того, что он рядом. Энжи решила позже подробно расспросить его на эту тему. Его самого «тьма немого» явно пугала больше, чем её, а ведь он даже не видел, какой он в её ментальной реальности, не видел, как выглядят другие немые глазами сияющих. Это мешало ему сильнее, чем ей. И страх, что Грей догадается о них, о том, что между ними «что-то есть», что он станет опасен для неё, так же, как опасен для Микки. Тут он прав. Энжи понимала, что Грей не оставит его в покое, и то, что Энжел Грею тоже нравилась – только усугубит реакцию. Нет, Грейди, конечно же, не любил её, и даже приложи Энжи усилия, попытайся обворожить его – наверное, и не влюбился бы. Но он хотел обладать ей, как экзотической зверушкой, как дорогим авто, как роскошным домом. Он решил, что она должна быть его. И он привык получать то, что хочет. Любыми средствами. Там, на побережье, Грей дал ей это понять – он желает, чтобы она стала его девушкой. И точка. И плевать, хочет она этого или нет. На Леграна он злился, но не принимал его ухаживания за Энж всерьез. Видимо считал, что стоит ему цыкнуть на своего друга – и Легран уйдет, освобождая ему дорогу. Ха! Как бы не так! Энжи видела, что Легран тоже вырос. Он не уйдет так просто. Он изменился. И этот новый Легран не уступит Грею. Он не пойдет в лоб, но и не сдаст позиции, Легран хитер и обладает чутьем. А Рика пока никто не воспринимал как соперника. Знали бы они, что Энжи испытывает к этому парню – не были бы так спокойны. Легран догадывается, но его разум не готов принять реальность, в которой Энжел нравится немой раб. Он гонит от себя такие мысли, считая их чушью. Майк… Майк понял, он хорошо знает Энж, и знает, что ей плевать на статусы, раб - свободный, немой - сияющий, богач - бедняк. Он, наверное, тоже будет против и будет ревновать. Она ведь ревновала его к девушкам. Ей всегда казалось, что он выбирает не то, что нужно, что интересующиеся им девицы его не достойны, как сварливая свекровь относилась к его мимолетным увлечениям. А он гонял всех парней от Энжи не хуже цербера, считая, что они ей не пара...
    Как бы не наболтал чего лишнего Энрике. Выставит её акулой, пожирающей на обед мужские сердца, чтобы Энрике сам свалил. Угораздило же её оказаться на планете, где в дефиците женское население. Энжи никогда не думала, что её будет напрягать обилие мужского внимания. А ведь напрягает. Потому что это может помешать единственному, который её интересует. Энрике – тот еще орешек, об него она вполне может сломать зубки. А он сомнет все свои желания в комок и никто не увидит, что он хочет на самом деле. И ей бы он не открылся и не показал, что она ему нравится, если бы она не намекала многократно, что он нравится ей. Да что намекала! Говорила прямым текстом. И все равно он в это не верит! Да это у неё на лбу написано! А ведь он прав, придется прятать чувства и никому не показывать. Может быть сейчас, на крыше – единственные минуты, когда они открыты друг другу. Или почти открыты.
    Все у неё не так.
    И даже первый поцелуй у них был не как у всех.

    [​IMG]


    Первый поцелуй...
    Она закрыла глаза и сильнее откинула голову назад. Его дыхание коснулось щеки. Опустилось к уголкам губ. Нежно. Трепетно. Возбуждающе. Страстно. Обжигающее тепло выдоха слилось с морозным ветерком вдоха. Прохлада дыхания двинулась от её губ по щеке к виску. Прикосновение не было равномерным, это были сотни маленьких прыжочков по коже, тысячи крошечных танцевальных па, они поднялись к уголку глаза и замерли на секунду, словно запутавшись в её ресницах, сменившись горячей волной выдоха, скользнули к виску и разлились огнем в волосах. А потом вернулись по её щеке цепочкой прохладных шагов и замерли у губ полным штилем.
    Её никто и никогда раньше так не «целовал».
    Энрике не прикоснулся к ней губами.
    Нет.
    Губы – предатели, они выдадут, расскажут всему миру о таинстве, что связывает мужчину и женщину, они не остановятся в своей жажде любви и страсти, будут призывно приоткрываться при встречах, манить, очерчивая контуры влажным язычком, будут страдать, искусанные в кровь в мечтах о новых поцелуях. Губы не умеют молчать, им всегда мало, всегда хочется еще и ещё, они вожделеют всё и сразу, жадные и беспечные в своих желаниях. Они неподвластны разуму, стоит лишь вспомнить о поцелуях и губы раскрываются словно бутон навстречу солнцу. Их жажда слишком очевидна, закушены ли они в ожидании, приоткрыты ли в предвкушении, утомлены ли страстью, все еще припухшие и соблазняюще-влажные, или разгоряченно-сухие и тоскующие… Губы – ловушки, раз поймав в свои сети, они больше не отпустят жертву, легкомысленно рассказывая миру о своих желаниях и победах.
    Поэтому Рик и не коснулся её губами, понимая, что пути обратно не будет.
    И все же он её поцеловал. Как мог … Нежно, страстно и невинно. Сумасшедшее танго поцелуев кончиком носа, сводящее с ума не хуже изощренной ласки, и заставляющее балансировать на тонкой грани безумия, между жаждой чего-то большего и желанием, чтобы этот невесомый танец тепла и холода на коже никогда не прекращался. Легкое прикосновение к шее, подбородку, губам, ресницам, тысячи крошеных порхающих бабочек на щеке. Они словно проникали сквозь кожу и селились внутри неё, заполняя все её существо безмятежным счастьем. А с десяток самых больших и нахальных пробрались в самый низ живота, устроив там показательное авиашоу.
    Они продолжали кружить и щекотать её своими крылышками, когда рассвет полностью завладел этим миром, залив его молочно-розовым светом. Когда Энжи и Рику пришлось спуститься с крыши. Не исчезли они и когда Энжел снова оказалась за рулем «Скайвея», когда дала круг над парковкой, и одинокая фигура с поднятой вверх рукой, удаляясь, превратилась в точку и затем пропала вовсе. Она увезла их с собой: огромных, блестящих обсидианово-прозрачными крыльями, продолжающих свой суматошный полет в самой глубине её естества. Счастливая, от того что в ней снова живут эти создания.

    [​IMG]
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 16 другим нравится это.
  17. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 13 ноя 2013 | Сообщение #37
    [​IMG]

    «Ты повесила морковку перед носом у ослика».
    Слова Рика никак не выходили у Энжел из головы.
    Она уже не знала злиться ей или радоваться.
    Его рвение найти ксилл превзошло все её ожидания. Энжи казалось, что она сама не так сильно хочет добраться до чудодейственного минерала, как Энрике. Он просто погряз в работе, но если до сезона дождей он, таким образом, прятался от неё и от себя, то теперь он по-настоящему хотел найти этот камень, больше, чем Грейди и вся команда рейнджеров вместе взятые.

    [​IMG]


    Он хотел стать сияющим.
    Морковка висела у него перед носом и гнала его вперед.

    Энрике готов был не спать и не есть. Часами они с Майклом или Дарреном сидели над 3D-моделью шахт, просматривали все по двести раз. А потом лезли в самые страшные и опасные норы, чтобы проверить свои теории. И убедиться, что ксилла там нет…
    Время летело, словно камень под гору, наращивая темп и унося надежду. Они перерыли уже весь уровень, остались только уголки, куда добраться помешали обвалы.
    Энжел уже начала сканировать гору глубже, предполагая, что рано или поздно им придется спуститься вниз, на шестой уровень. Там тоже работал парень, который нашел ксилл, а подобрать этот драгоценный камушек он мог в самых недрах этих адских пещер. Энрике там не был, но насиловал свою память, вытаскивая из глубин прошлого все услышанные им разговоры о разработках на пятом и шестом уровнях.

    [​IMG]


    Но пробраться туда…
    Энжи уже начала сомневаться, что им это по силам. Многие старые штольни разрушены, пещеры и тоннели сместились, а горные породы в этом дьявольском котле перемешались в невообразимую кашу .
    Но самое плохое было то, что шахты все время трясло. Затишье чередовалось с микроземлетрясениями с завидным постоянством. А когда пещеры «знобило» - приходилось бросать поиски, бежать к лифтам и спешно подниматься наверх.
    Рика землетрясения тоже пугали. Если уж он, привыкший бесконечному дрожанию почвы, становился нервным, а темные провалы глаз горели неподдельной тревогой, то что говорить про рейнджеров или команду Грея.
    - Энрике, что происходит? Почему тебя так беспокоят эти пустяковые потряхивания, - хорохорилась Энжел.
    - Я не уверен, что это такая уж ерунда. Сейчас всё хуже, чем раньше, трясет сильнее и чаще. Не так, как было двадцать лет назад, изменения налицо. Такое впечатление, что тогда что-то сдвинулось, словно нарушилось равновесие.
    - Все это время шахты продержались, надеюсь, выдержат и еще немножко, пока мы ксилл ищем.
    - Все это время шахты разрушались! Надо быть очень осторожными, чтобы не провалиться к чертям в самое пекло. Я чую опасность, и все равно веду вас все глубже под землю.
    - Мы осторожны, Рик, и готовы ко всему. И не ты нас сюда завел, а мы тебя. Мы будем внимательны вдвойне, втройне, если ты считаешь, что так нужно.
    Он замолкал, тревожно скользя темным взглядом по потолкам и стенам подземных пещер.
    И они лезли все глубже и глубже.
    Обвалы, вызванные микроземлетрясениями, все же достали и её команду. Двое парней, Дин и Диксон, угодили под камнепад и с довольно тяжелыми травмами попали в ведение доктора Грасса, выбыв из состава «шахтеров» на ближайшие три недели.
    Часы тикали. Время утекало водой сквозь пальцы, а драгоценная жила все так и не находилась. Каждый человек стал на вес золота.
    Легран уломал Грея и убедил Энж, что он будет полезен в шахтах. Беспечности у него поубавилось, а еще одни руки не были лишними. Люди Грейди выкладывались так же, как и рейнджеры, даже сам Грей пару раз спускался в шахты, заменяя кого-то из своих парней.
    Грейди и сам понимал опасность затягивания поисков ксилла, понимал, что каждая минута повышает риск засветиться и быть обнаруженными. Но терпение не входило в число его добродетелей, Грей начинал злиться и вымещал свою злость единственным любимым им способом – на Энрике.
    Рик держался, а вот Энжи все отчаяннее хотелось бросить всё и сбежать, или пристрелить Грея, который с завидным упорством нагружал Энрике совершенно не нужной работой на ранчо, а затем уставшего и не выспавшегося парня гнал в шахты, приставляя к нему «надсмотрщика» из числа своих людей. И если узнавал, что Энж отправляла Энрике спать – на следующий день тому доставалось еще больше. Всё её добро выходило парню боком.
    Никакие увещевания не помогали. Грей говорил «хорошо, не буду», но обещания хватало лишь на пару дней. А потом все начиналось снова.
    Бывало, Грей упирался и ни в какую не отпускал Рика, придумывая для того сотни задач на ранчо, словно ксилл ему самому и не нужен, и на поиски этого минерала у него есть целая вечность. Возвращал Энрике на базу только после настойчивых требований Энж, порой избитого «в наказание за нарушение» и с кровавыми следами от наручников на запястьях.
    «Если хочешь чтобы он был цел – можешь вернуть мне мальчишку. Может тогда этот уродец снова начнет меня слушаться, - равнодушно цедил Грей в ответ на бурю возмущений Энжел. - Я не собираюсь спускать ему ни одной ошибки или нарушения моих правил».
    Спорить было бесполезно, но плясать под дудку Грея Энжи категорически не хотелось. Подмять его и сделать управляемым у неё никак не получалось.
    Энжел все чаще приходилось ездить на ранчо Грея, вопреки настойчивым просьбам Рика держаться подальше от «Грейсленда», раз за разом вызволяя его с очередного бессмысленного задания. Она являлась на ранчо, включала самую наглую стервозу, фыркая на любое слово и испуская искры негодования. Энжел видела, что в режиме «стерва» она нравится Грею намного больше и активно этим пользовалась.

    [​IMG]


    Парня это заводило, бесило, раздражало, он пытался «перестервозить» её, и, после очередного сеанса пикировки, когда Энж «сдавалась» и переключалась на ласково мурлычущую тигрицу – великодушно соглашался на всё, что она хотела. Что ей и требовалось, собственно. Энжела продолжала мурлыкать еще с полчаса, распыляя вокруг себя флюиды обаяния, а Грей гордился собой, считая, что это он победил и сделал её такой покладистой. Но попытки продолжить завоевания дальше заканчивались крахом, возвращалась «стерва», и с нахальной, но обаятельной улыбкой динамила парня, обещая, что все возможно «в будущем», если он будет «хорошим мальчиком».
    Грей не был наивным дурачком, прекрасно понимая, что Энжи его дразнит, а иногда и сталкивает лбом с друзьями, Леграном и Дамоном. Но это ему и нравилось. Ему нужна была победа над ней, любой ценой, и он не собирался отступать. Что он будет делать дальше, завоевав ценный трофей – он, похоже, и не задумывался. Его интересовал лишь процесс, и процесс ему нравился. Оба приятеля, в два голоса пели ему, что Грейди ничего не светит и стоит отбросить идею-фикс, но Грей, с присущей ему упертостью, продолжал гнуть своё. Друзья искренне желали ему провала: Дамон Энжел откровенно недолюбливал, считая, что она ничего хорошего в жизнь Грейди не привнесет, а у Леграна были на Энж свои планы, и соперник, пусть и неудачливый, был ему не нужен.

    [​IMG]


    Блондин с удовольствием принимал участие во всех посиделках с Энжел, незаметно оттирая от неё Грея. Он все чаще конкурировал с ним, хотя и был младшим в троице, но все больше выходил из под влияния Грея, чем, естественно, сердил товарища. Грейди бесила потеря рычагов управления и закусивший удила Легран. А вымещал своё недовольство он как всегда на Энрике. Круг замыкался.

    За всеми этими проблемами все, что зародилось между ней и Энрике на берегу Млечной Гавани словно отошло на второй план. Спряталось. Затаилось.
    Они ждали. Скрывались от всех. Даже Майкл, не замечая между ними никаких точек соприкосновения, перестал коситься на Рика как на врага народа. К удивлению Энжел, он так ни разу и не спросил её об Энрике после возвращения с отдыха.
    Иногда, видя усталого, молчаливого Энрике, сосредоточенного на поисках ксилла, ей казалось, что все исчезло безвозвратно. Но наступал миг, когда она оказывалась рядом с ним, и вдруг чувствовала, как его рука скользит по её запястью, накрывает ладонь, и пальцы сплетаются в замок. Это было их объятьем, их поцелуем при встрече, заменяло тысячи слов и признаний. Он ничего не говорил, но этого было достаточно, чтобы разбудить бабочек, поселившихся в ней с тех пор. Это сплетение пальцев придавало ей сил. Она понимала, что в Энрике ничего не изменилось, что никакие побои Грея, а виновной в них он не раз пытался сделать её, не повлияют на отношение Энрике к ней.

    [​IMG]


    Конечно, она переживала, металась не находя себе места, когда Грей оставлял Рика на ранчо больше чем на сутки. Энжи видела, как нервничает Микеле в такие дни. Теперь, после проведенного на отдыхе времени, разлука с другом давалась парнишке все труднее. Он, как и Энжела, пытался себя контролировать и никому не показывать, как он волнуется за Рика.
    Это еще больше сблизило мальчика с Энжел. Она прислушивалась к парнишке и его эмоциям. Пока он вел себя спокойно, пытаясь загрузить себя изучением каких-нибудь школьных дисциплин, тренировками, посильной работой на базе – она ждала. Занималась делами и в отсутствие Энрике. Но наступал момент, когда Микки начинал метаться как загнанный зверек, глаза становились светлыми и тревожными, все у него валилось из рук, и он уходил к себе в комнату и садился «смотреть фильм», пустым взглядом следя за происходящим на экране.
    - Микки, пора начинать беспокоиться? – спрашивала она у него.

    [​IMG]


    - Не знаю, я думаю с ним все в порядке, - но отчаянье на лице говорило совсем об ином. Энжи выдерживала час, максимум два, и отправляла кого-нибудь из ребят за Энрике. Звонила Грейди и ставила его перед фактом, что Рик срочно нужен ей в шахтах. Грей ворчал, но Рика отдавал.
    Вздыхала облегченно, когда Энрике появлялся на базе, уставший, иногда со следами очередных Греевских наказаний, но живой и улыбающийся. И вдвойне радовалась, когда паника в глазах Микеле сменялась счастьем от встречи с другом. Чего именно Микеле так боялся - он не говорил, как и Энрике. Энжел слегка сердили эти секреты, но выпытывать их у ребят она не собиралась.
    И вообще, на отдых и разговоры по душам времени совершенно не хватало.

    Шахты, шахты, шахты. Трижды треклятые шахты.
    Её уже тошнило от карт и тоннелей. Людей не хватало. Команде Грея пришлось вкалывать наравне с рейнджерами. Легран тоже понял, что в шахтах не до ухаживаний, и перестал смешивать работу и личные увлечения. Он снова и снова спускался в шахты. И уже не только из-за Энжел. Парень втянулся в процесс, отлично управлялся со сканером, горным буром и другим оборудованием. Ему и самому это нравилось, праздное ничегонеделание Леграна больше не устраивало. Да и ребята перестали считать его неразумным дитём и негласно приняли в команду, а за глаза называли парня «наш человек в гестапо». Энжи сначала старалась не ставить Рика и Леграна в одну тройку, но вскоре поняла, что они неплохо работают вместе, Легран задирать Энрике больше не пытался, и даже проникся к нему неким подобием уважения. И доверял ему больше чем любому из команды Грея. Да и при Легране ребята Грейди, особенно набранные из охраны особняка, тоже вели себя прилично. В общем-то, из десяти «работников» Грея явно негативно к Рику относились лишь двое, и Дамон, но тот, скорее, по привычке. Сам Дамон в шахты спускался не часто. Грей не пускал, да и не отличался тот «умом и сообразительностью», поэтому чаще всего, как человека с мускулатурой, преобладающей над мозгом, его ставили на работы, где была нужна физическая сила. А такая работа Дамону откровенно не нравилась.

    Время шло, поиски продолжались, но шахты так и не хотели расстаться со спрятанными в их глубинах сокровищами.

    Благодарю IMHO за изумительные позы! Спасибо огромное!
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 15 другим нравится это.
  18. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 24 ноя 2013 | Сообщение #38
    [​IMG]



    Утро началось как обычно.
    Энжел приехала в шахты на рассвете и вместе с Майклом и Егором отправилась сменить одну из троек, работающих в самом дальнем углу северного сектора. Там обвал двадцатилетней давности перекрыл тоннель, пробраться дальше в пещеры в обход завала было возможно только через нижний уровень, а туда Энжел соваться пока не хотела. Оптимальным вариантом она посчитала проделать проход в монолите. В пещеры спустили буровую установку и стали пробиваться к недоступным тоннелям.
    Бур работал три дня, круглосуточно сменялись обслуживающие бригады, а сегодня утром Леон, работающий в буровой тройке с Леграном и Энрике, доложил, что они пробили каменную преграду и проход готов.
    Энжел планировала, что они наскоро осмотрят открывшиеся им коридоры, так сказать проведут разведку боем, надеялась получить от Энрике хотя бы немного полезной информации, и если там все не слишком разрушено - она сможет заняться подробным сканированием и снятием данных для компьютерного анализа. К Энжел и Майклу чуть позже должны были присоединиться Дана и её группа, сменив тройку Грейди, работавшую в ночную смену вместе с Риком, Леграном и Леоном. Энжел предпочитала, чтобы в исследования новых зон люди Грея не лезли.
    Группа Энжи спустилась вниз и довольно быстро пробралась в северный сектор.

    [​IMG]


    Парни из ночной бригады уже откатили буровую установку в сторону от проделанной в монолите дыры. В камне получилась приличных размеров нора чуть больше метра в диаметре и длинной метров в тридцать, по которой вполне можно было пройти пригнувшись.
    Поприветствовав всех, Энжел тут же приступила к делу.
    - Энрике, ну что там? Леон сказал, ты уже ходил на ту сторону.
    - Ходил… Это видимо и есть «Королевская зАла», сюда даже экскурсии устраивали раньше, но я здесь не был, только слышал про неё. Красиво… и опасно.
    - А подробнее?
    - Большая пещера… Описывать не буду – сама увидишь. Слева - провал шириной метров семь и явно бездонный, стена за ним – отвесная, ровная, с отрицательным уклоном, вверху почти смыкается с потолком «зАлы». Дальше этот раскол становится у́же, метра два-три. И видна примыкающая штольня с другой стороны провала, видимо, это и есть спуск на четвертый уровень. Как ты и говорила – пробраться можно и снизу, но уж больно подъем здесь сложный, перепад высот, каменная осыпь, вокруг весьма неустойчивые стены, зацепиться не за что. Я бы там и чихать не рискнул, чтобы обвал не вызвать. В конце «зАлы» - новый тоннель. Идет круто вниз и, если не ошибаюсь, там вода. Боюсь, что без акваланга и гидрокостюма дальше не пройти. Ну что, идем? Это все равно лучше видеть! Только после входа надо держаться левее, ближе к стенам. Прошу за мной, леди и джентльмены!
    Энрике с Леграном неожиданно хитро переглянулись. Энжел удивленно вскинула бровь.

    - Что ж, пошли, посмотрим. Леон, останься пока на страховке, а бригада Грея может подниматься наверх.
    Все попрощались с «грейдерами», так за глаза рейнджеры называли парней Грейди, убедились, что ребята отправились на выход. Легран с ними не пошел, буркнув вслед, что вернется позже, чтобы его не ждали, так как он хочет еще на базу рейнджеров заехать.
    Энрике, Майкл и Энжел осторожно пролезли в проделанную в скальном монолите дыру, Легран и Егор скользнули следом за ними.
    Энжи выбралась в пещеру и восторженно ахнула. Даже Майкл, спелеоаквалангист со стажем, побывавший во множестве прекраснейших мест на разных планетах и привыкший к подземным красотам, издал восторженное «Вау!»
    Энрике был прав.
    Иначе как «зАла», да еще с эпитетом «Королевская», назвать открывшуюся перед ними пещеру было нельзя.

    [​IMG]


    Огромная, словно резная перевернутая чаша. Высокий потолок, сплошь заросший иглами сталактитов, подпирали узорчатые колонны сталагнатов.* Стены плавно опускались вниз наплывами кальцитовых наростов, похожих на застывшие занавеси, неровно обшитые бахромой. Окаменевшие драпировки струились на пол и волнами стекали вниз, в бездонную тьму пропасти изумительной красоты застывшими водопадами. Оплавленными свечами поднимались башни сталагмитов, величественные и хрупкие, многие почти достигали потолка пещеры, а их вершины терялись в поросли сосулек. Каскады и колонны, причудливые создания природы, напоминающие пагоды, невообразимые скульптуры, сумасшедшей красоты барельефы на стенах, образованные натеками. Самые роскошные дворцы, фонтаны, пики и кальцитовые водопады были искусно подсвечены снизу прожекторами. Ослепительно белые занавеси и колонны, мерцающие серебристыми искрами влаги, источали холод дворца Снежной королевы, но заразительная звонкая капель, негромкое эхо журчащих ручейков, кремовые, бежевые, порой с оранжевыми потеками причудливые гномы-сталагмиты, словно цветы, усеявшие неровный пол, казалось, принесли в царство зимы и снега неугомонную весну.
    Судя по тому, как заговорчески переглядывались и довольно щурились Рик и Легран – световое шоу в пещере устроили именно они. Энжел одобрительно улыбнулась довольным парням, продолжая восторженно разглядывать зал.
    Красота… Опасная красота, как правильно подметил Энрике.
    В пещере было влажно. Звонко и размеренно падали капли, звенели переливы ручейков. Пол пещеры был наклонный и сползал кальцитовыми натеками в пропасть. Он блестел, словно покрытый лаком, и в его трещинах и ямках скопилась вода. Энжел уже успела споткнуться об один из отростков и поскользнуться на мокрых наплывах, когда, раскрыв рот, разглядывала подземные красоты. Майк легко поймал её за локоть, и поднял с пола большой обломок «сосульки». Направил луч фонаря в потолок, жестом призвав Энжи посмотреть туда же.
    Местами поросль сталактитов больше походила на обломки зубов какого-то доисторического животного. Видимо тряхануло тут неслабо, раз от этих наростов, толщиной в человеческую ногу, остались лишь косо сломленные пеньки. Пол пещеры тоже лишился части сталагмитов, их словно сбрила под самый корень неведомая сила, и небрежно стряхнула в пропасть: на скошенном скользком полу пещеры обломков было немного.
    - И что нам с этой красотой делать? Начать туристов водить? - Энжел развела руки и пожала плечами.

    [​IMG]


    - Дааа… Ксиллом здесь и не пахнет! Пойдем, осмотрим дальнюю часть пещеры.
    Майк осторожно зашагал по глянцево-блестящему полу, аккуратно подсвечивая фонариком путь.
    Энжи двинула следом, смещаясь к обрыву. Парень покосился неодобрительно, но ничего не сказал.
    Встала на краю. Что там внизу? Бездна? Провал небольшой, ширина метров семь-восемь, но дна его не только луч фонаря не достаёт, но и сканер путается в показаниях глубины. По другую сторону пропасти - темный камень, гладкий, словно срезанный ножом.
    Другой камень, другой цвет, другой мир.
    Жутко хотелось заглянуть вниз, но она не рискнула без страховки походить слишком близко. Скользко. И непонятно насколько эти белоснежные каменные водопады прочные.
    Пол чашеобразной пещеры везде с небольшим уклоном к провалу, видимо, поэтому почти не загроможден камнями и рухнувшими сталактитами – все скатилось в бездну. Чисто физически стоять на краю разлома, у которого и дна-то не видно, да еще и на наклонной поверхности было страшновато. Мелкие камешки из-под каблуков катились к краю, срывались и исчезали во мраке.
    Осмотрев все, Энжел отошла от провала, и устремилась к ребятам, что-то оживленно обсуждающим.
    Впереди, там, где потолок чашеобразной пещеры спускался к полу причудливыми кальцитовыми драпировками чернел вход нового тоннеля. Провал между стеной справа и полом пещеры сужался там до двух-трех метров и дальше, у самого входа в тоннель, смыкался со стенами. Недалеко от нового коридора в скале за провалом зиял пролом треугольной формы, образуя довольно широкий вход в новую систему тоннелей. Он находился ниже пола зАлы примерно на три метра и имел довольно крутой каменистый склон, ведущий на «четвертый», как называл его Энрике, уровень пещер.
    Четвертый…
    Шахту лифта и подъемник команда Энжел восстановила, первые два уровня рейнджеров не привлекали, вся работа была сосредоточена на «третьем», но спуститься без проблем можно было на «четвертый» и «пятый» уровни. Энжи уже заглядывалась вниз, на интересующий их «шестой», поэтому на «пятый» уже ходили пару раз, чтобы с меньшей погрешностью сканировать низ лежащие пещеры. Четвертый уровень закартографирован был весьма приблизительно и абсолютно не исследован, до сих пор с разведмиссией туда никто не совался.
    - Ну, как первые впечатления? Надо бы вдоль края натянуть трос, чтоб никто случайно не свалился. Наклон небольшой, но неприятный, - Энжи передернула плечами.

    [​IMG]


    - Согласен! - откликнулся Майк, - У входа – скользко, а дальше, - он махнул фонарем вперед, куда Энжи еще не добралась, - дальше пол пещеры покрыт камнями. Такое впечатление, что это морская галька. Такие они все округлые и идеально гладкие, отшлифованные водой. На них поскользнешься как на горохе и улетишь в «космос»… Зацепиться не за что. Поставим временное ограждение - пару опор и трос между ними. Но это лишь в начале пещеры возможно. Ближе к концу - уклон сильнее, и пол уже не натеки кальцита, а осыпь из галечника… Откуда он здесь? Что под ним – непонятно. Опору там не вбить, – нахмурился Майкл.
    Компания, светя фонарями, добралась до осыпи, напротив которой находился вход на нижний уровень.
    Все ступали очень осторожно, стараясь не тревожить не слишком надежно лежащие камни.
    Разнокалиберные камешки, размером от куриного яйца, до арбузообразного булыжника широкой рекой пересекали пещеру и стекали в пропасть. Они шатались и двигались под ногами, словно норовили ускользнуть, возникал неосознанный страх, что нога провалиться между ними.
    - Действительно, это явно морские камни. Но не удивлена. Над нами – дно древнего океана. Ты не забыл, что сначала эта часть материка была морским дном, а потом поднялась выше и стала высокогорным плато. Возможно, над нами береговая линия, где таких голышей должно быть немеряно. Вопрос, как они попали в пещеру?
    Легран посветил в противоположную от края осыпи сторону, на стену «зАлы».
    - Ого! - воскликнул он, заставив всех обернуться. В узорчатой стене «Королевской зАлы», зияла «дыра», безобразно заткнутая разнокалиберными камнями. Их выкатившиеся на свободу собратья и образовали каменную реку на этой стороне, которая после провала почти трехметровой ширины, продолжалась такой же осыпью на пару метров ниже, на четвертом уровне. Сразу после входа на уровень тоннель резко шел под уклон, усыпанный скальными обломками, мелкими камнями и булыжниками, явно перелетевшими с этой «стороны» пещеры. Обрывистые «берега» провала украшала паутина трещин, и от этого они казались весьма ненадежными.

    [​IMG]


    - Вот откуда они высыпались! Опасное местечко. Может подвесную дорожку здесь устроить? Майк, посмотри на тоннель в конце зАлы – стены там уже не такие хлипкие, можно вбить пару скальных крючьев и организовать «воздушную переправу».
    - «Грейдеры» сюда не полезут. Они склонностью к альпинизму не страдают, им ножками больше нравится, чем на тросе под потолком висеть. Но что-нибудь придумаем.
    - А может дыру в стене зацементировать? И пол бетоном залить, дорожку сделать, все надежнее, чем по этому каменному гороху ходить? - предложил Энрике, - Здесь раньше такие осыпи бетоном заливали. На первом уровне склад еще жив, я там небольшую бетономешалку видел. Может быть, она еще рабочая. А цемент и прочее в мешках завезем сюда. Дня три работы, просохнет до корочки и ходить можно будет, не опасаясь, что камни покатятся под горку и ты вместе с ними, как на ленте эвалатора.
    - Хорошая идея! Только это все до первого землетрясения. Мне не кажется, что бетон эту прорву камней в стене удержит. Посмотри на пол! – Майкл провел лучом фонаря по камням, усеивающим пол, - Свежак! Ни пылинки! Не удивлюсь, если при каждом землетрясении этот коврик обновляется. Верхние и самые мелкие улетают в пропасть. Здесь, по идее, должна быть гора из камней, высыпавшихся в дыру в стене, полностью нам путь перегораживающая, но так как трясет частенько - вся горка уже понемногу в провал ссыпалась. А когда сильно жахнет - то и пробка эта из стены вылетит, как ядро из пушки. Что-то в провал свалится, а некоторые через него на нижний уровень перелететь вполне могут. Поэтому там и склон такой, из залетных валунов. Это все отсюда насыпалось.
    Все четверо уже добрались до противоположного края пещеры и, стоя в относительной безопасности каменного тоннеля, шарили лучами света узкому спуску.
    - Оставайтесь здесь, я спущусь и гляну что там.
    Майк со сканером исчез во тьме коридора.
    - Там вода, - Энрике привалился к стене, - надо было сразу предупредить, чтобы Майк акваланг прихватил и гидрокостюм. Извини, не сообразил сразу.
    - Сразу лезть все рано не стоит. Сначала все просканируем. А завтра уже с аквалангом вернемся, - успокоила его Энж.
    Минут через пять Майк вернулся и сунул под нос Энжел панель сканера.
    - Рик прав, без спец снаряжения здесь не пройти. Тоннель затоплен на метров на сто, воду не откачать, это часть подземного озера, что мы обнаружили недавно. Дальнейшее продвижение – либо через затопленный тоннель, либо пробурить новый ход. Но придется всю технику тащить через «Королевскую зАлу». Жалко такую красоту калечить.
    - Может мостки построить, с ограждениями, как в пещерах, куда экскурсии водят? Красота здесь редкостная. Суперновый Афон!*

    [​IMG]


    Майк перебрался к Энрике и долго шушукался с ним, тыкая стилусом в планшет с картой пещер. Энжел рассматривала причудливые природные изваяния. Легран ходил за ней с таким видом, как будто всю эту подземную красоту создал он и подарил ей на день рождения. Вдоволь навосхищавшись, Энжел и Легран вернулись к Майклу и Рику.
    - Ну, что придумали?
    - Мостки поставим, если нужно будет спускать сюда буровую бригаду. Пока так попробуем. Вернусь сюда с аквалангом. Возьму Даррена и Леона. Сначала надо посмотреть что там, за водной преградой и стоит ли тащить туда «грейдеров». А пока… Идея с бетоном неплоха, как временная мера, завтра попробуем, - Майк хлопнул Рика по плечу.
    Словно в ответ Энрике пошатнулся: земля под ногами дрогнула так ощутимо, что все инстинктивно присели.
    - Черт, Майк, ты не мог поаккуратнее его стукать, чтоб скалы не тряслись! – нервно выпалил Легран.
    - Все назад! – скомандовала Энжел, - Отходим лифтам! Достали эти землетрясения! Майк, ты ведёшь, заберешь Леона со страховки, Легран за ними, затем Рик, я замыкаю! Осторожно через осыпь, по одному! Смотрите, куда ноги ставите! Егор, встречаешь! - крикнула она парню, стоявшему по ту сторону каменной реки.
    Майкл легко рванул вперед, луч его фонаря метался по полу пещеры, все остальные, расступившись, светили мимо него и немного вперед, по возможности освещая ему путь.
    Тряхануло еще раз, ощутимее, послышался грохот осыпающихся в пропасть камней. В тишине пещеры звук казался оглушительным.
    Побежал Легран. Энжел светила ему в ноги и с ужасом видела, как каменная река медленно сносит его к провалу.
    - Быстрее! – закричала Энжел ему вслед. Тот наддал что было сил.
    Майк уже стоял, развернувшись к ним лицом, поймал добежавшего Леграна и отпихнул его к стене. Энрике тормознул, оглядываясь на неё, но она толкнула его в спину.
    - Давай!

    [​IMG]


    Как только он добежал до безопасного твердого пола пещеры, Энжел рванулась следом.
    Земля вздрогнула так, что она едва устояла на ногах. Замахала руками, пытаясь удержать равновесие, мысленно представляя, как элегантно она сейчас шлепнется на задницу, и каменный эвалатор в два счета довезет её к самому краю и сгрузит прямиком в преисподнюю. Но это лишь страхи. Сбить с ног её очень непросто, за секундой паники всегда следует холодный расчёт, а тренированное тело, порой, действует быстрее разума.
    Река из разнокалиберных булыжников и гальки, словно взбесившаяся беговая дорожка, несла её к провалу, и даже развернула Энжел лицом к приближающейся пропасти.
    Новая земная судорога и грохот за спиной, от которого даже уши заложило. Треснуло, громыхнуло, пахнуло пылью, просвистело над ухом, а затем что-то тяжелое больно ударило её в плечо, и снова развернуло, но уже к чашеобразной стене пещеры. Еще один каменный снаряд пролетел в сантиметре от головы, Энжел успела отклониться. Из дыры в боку «зАлы», которую пять минут назад они планировали залить бетоном, вырвался каменный поток, словно все её содержимое вышибло как пробку из бутылки шампанского. Камни размером с футбольный мяч выбило с такой силой, что они как пушечные ядра пролетели над провалом, часть их залетела в тоннель нижнего уровня, часть врезалась в стену и обрушилась вниз. Одна такая торпеда и попала Энжел в плечо. Тело и тут среагировало быстрее, минимизируя ущерб от прямого попадания, энергия ударившего в спину снаряда не сломала ей кость, а прошла вскользь, и лишь развернула девушку на сто восемьдесят градусов.
    Зато теперь она ясно видела, как поток разнокалиберных булыжников, освобожденных землетрясением, собирается смыть её в провал. И хотя третьего глаза на затылке у неё не было, Энжел прекрасно понимала, что до края осталось не более полуметра. А за этой пустотой, тремя метрами ниже, зиял пролом в стене, и находилась каменная осыпь, ведущая на четвертый уровень.
    Сдаваться она не собиралась. Первый испуг прошел, и Энжел уже отчетливо представляла, что ей нужно сделать: оказавшись на краю сделать сальто назад, перелететь трехметровый провал и приземлиться на осыпи нижнего уровня. И постараться ничего себе не сломать. В то, что из такой стойки она перепрыгнет провал – Энжел не сомневалась. А вот приземление на неровный каменистый склон, вполне возможно, грозит ей парой синяков, а, в худшем случае, переломов. Но это уже ерунда.
    - Нет, назад! – закричала она, заметив, что Энрике рванул в её сторону.
    Но было поздно.
    Он оказался на краю провала одновременно с ней, схватил её словно куклу в охапку и прыгнул вперед.
    Энжел казалось, что они летели через бездну подозрительно долго. За это время она вполне могла успеть стукнуть его пару раз кулаками в грудь, обозвать безмозглым идиотом, помешавшим ей прыгнуть, и крепко обнять и расцеловать его за то, что он помчался за ней, пытаясь спасти, хотя она в этом и не нуждалась. Майк знал, что она и из переплетов покруче выбиралась без потерь, и поэтому даже не дернулся, прекрасно понимая, что Энжи готова прыгать и ей это по плечу.
    «Господи! Какой ты идиот, Энрике! Мой любимый идиот! Спасатель чертов!»
    Продолжительный, почти трансатлантический перелет, закончился вполне ожидаемым ударом об землю, который едва не вышиб из них обоих дух.
    Энрике прыгнул так, что в воздухе умудрился перевернуться спиной вперед, защищая Энжел своим телом. Они рухнули на камни с такой силой, что Энжел впечаталась в Рика, а парень, не сдержавшись, вскрикнул и глухо застонал. Он принял на себя первый удар, и Энжел очень сомневалась, что после такого полета у него останутся целыми все кости.
    Но она ошиблась. Парень умел падать. И он был готов к падению.
    Они покатились.
    Энжел больно приложилась плечом о камень и в следующий миг оказалась под Энрике, готовясь к тому, что он придавит её всей своей массой. Но его руки сработали как амортизаторы, оттолкнув их от земли, и она снова оказалась сверху. Одна его рука прикрывала ей голову, оберегая от ударов, другая обнимала за плечи и служила рычагом, не позволяющим ему размять её в лепешку.
    На мгновение в голове мелькнула мысль, что это была бы не самая худшая смерть.
    Тут её снова впечатало спиной в камни, и она все-таки ощутимо треснулась головой. Зашипела, снова взлетев над Энрике, и услышала, как он сквозь зубы выругался, ударившись спиной об выступающий булыжник. Еще пара не совсем безболезненных переворотов и они остановились.
    Энжел снова оказалась сверху. Рука, обнимающая её за спину, безвольно сползла к плечу, успев напугать Энжи.
    «Рик, ты в порядке, жив?» - едва не закричала она, но успокоилась, глубокий вдох поднял его грудную клетку, а сквозь эхо камнепада она расслышала мощный бит сердца, гонящего насыщенную адреналином кровь по венам.

    [​IMG]


    Так они пролежали с полминуты, не шевелясь и восстанавливая дыхание.
    Наконец рука, прижимающая голову Энжел к плечу, ослабила хватку. Он осторожно провел ладонью по её волосам.
    - Ты цела?
    - Цела, – она скатилась с него на камни и снова зашипела от боли в плече. Приложилась-таки, синяк гарантирован. Болело бедро и попа, которой тоже неслабо досталось от булыжной перины.
    - А ты? – спросила она, почувствовав, что парень с трудом сдержал стон, когда она двинулась и слезла с него.
    - Сейчас узнаю, - через силу усмехнулся Рик и повернул голову в её сторону.
    Согнул ноги в коленях, подвигал плечами, рукой, размял ладони. Правая рука двигалась плохо и он болезненно сморщился.
    - Плечо выбил, похоже.
    - Плечо? - Энжел мгновенно поднялась и потянулась к нему. Он тоже привстал, опершись на руку.
    - Я в порядке! А ты как? Больно? – словно в доказательство он потянулся к ней поврежденной рукой. В его глазах не было боли, точнее она была, спрятавшаяся позади мощной волны беспокойства за неё.

    [​IMG]


    - В порядке он! Ты так и будешь бесконечно меня спасать? Я бы перепрыгнула! Ты мог так не рисковать собой. Майк остался. Он в меня верит, а ты?
    Осторожно сел, скосив на неё глаза.
    - Прости, я мало тебя знаю, на что ты способна и что можешь. Мне бы хотелось верить в тебя, как верит Майкл, но пока мне хочется тебя спасать и защищать.
    - Спасатель ты мой! – обняла она парня, на миг замершего под её руками, но сразу же откликнувшегося и прижавшего её с удвоенной силой.
    «Энжел!» - врезался ей в мозг отчаянный ментальный зов Майкла.
    «Майк!» - позвала она в ответ. В очередной раз пожалела, что так и не научилась ментальному общению на расстоянии.
    Энжел отпустила Рика, прочертив кончиками пальцев линию от виска к губам.
    - Мы в порядке, живы! – закричала она во весь голос, обернувшись в сторону входа на уровень, по которому шарили лучи фонарей, сомневаясь, что Майкл поймет отправленные ему ментальные образы.
    Энжел покряхтела как старушка и поднялась, инстинктивно поглаживая ушибленное бедро и ягодицу. Некогда разлеживаться. Здешние микроземлетрясения никогда не ограничивались парой-тройкой потряхиваний, обычно удары разной интенсивности повторялись на протяжении одного-двух часов. А потом опять все затихало на пару дней или недель.
    Протянула руку Энрике, помогая встать.
    - Как ты себе ничего не сломал? – изумилась она.
    Он подергал здоровой рукой за ворот куртки.
    - Мотокуртка со встроенной защитой: плечи, локти, спина. Это Майкла, он мне её дал для работы здесь. Улететь на камни с двухметровой высоты в такой экипировке – фигня.
    - Фигня? А плечо выбил! Рик, ты не должен был прыгать. Это все равно был риск, – укоризненно произнесла она, понимая безрассудство его поступка. Он мог погибнуть, спасая её, или переломать себе все кости в падении, но лишь улыбнулась и поймала его руку. Они переплели пальцы, и пошли, держась за руки, осторожно подбираясь к краю. Навстречу им катились редкие камни, которым хватило энергии перелететь через провал. Основная масса серой гремящей рекой текла из дыры в каменном боку «зАлы» и исчезала в пропасти. Майк, Легран и Егор стояли у края этого потока и светили фонариками в Рика и Энж.
    Фонарь Энжел был жив: когда Рик поймал её в объятья и прыгнул, небольшой прибор был зажат между ними и поэтому уцелел. Фонарь Энрике, который он сунул в боковой карман куртки, разбился. Осколки стекла и помятый корпус он выбросил, а аккумуляторы аккуратно положил обратно в карман.
    - Энжи, Рик, я вас вытащу! Забьем скальные крючья, и на тросе поднимем. Сейчас все организуем! - прокричал Майк.
    Словно в ответ на его самоуверенное заявление земля снова содрогнулась, и из дыры хлынул новый поток камней.
    Все инстинктивно присели, а Энрике обнял Энжел за плечи, притягивая к себе и слегка отступая от края.

    [​IMG]


    Нарастающий грохот и гулкий удар, так что сразу заложило уши. Здоровенный валун, сдвинутый с места землетрясением, докатился до дыры в стене и врезался в край, застряв там вместе с другими булыжниками, пытавшимися «прорваться» одновременно с ним. Сверху, над проломом, от удара откололся еще один приличных размеров кусок стены. Гигантский камень почти полностью запечатал проход, придавив своей массой несколько более мелких своих собратьев.
    - Как удачно ты тут нарисовался! – процедил Майкл в адрес камушка, потроша рюкзак и раскладывая на полу крючья и моток троса.
    - Нет, Майкл! Не надо! – прокричал ему Энрике, перекрывая стихающий грохот камнепада, - Надо переждать землетрясение! Новый удар может быть сильнее, и эту пробку вышибет. Ненадолго она. А когда каменюка вылетит – размажет нас всех, как масло по булочке, если мы будем тут суетиться. Он может перелететь через провал и запечатать этот тоннель. Нам очень повезет, если он просто свалится в пропасть. Посмотрим, что будет, не сможем вернуться здесь - пройдем по четвертому уровню к лифтам. Переждите землетрясение и возвращайтесь сюда. Если проход будет перекрыт, и отсюда вернуться мы не сможем - ждите нас наверху.
    * Сталактиты, сталагмиты, сталагнаты и т.п. - кальцитовые натёчно-капельные образования.
    Сталагмит - (от греч. stalagma — капля) Минеральное, известковое натёчное образование (чаще известковое), возникающее на дне пещер при испарении падающей сверху минерализованной воды и нарастающее снизу вверх. Имеет вид сосулек, столбов, конических спелеотем, иногда в виде конуса, растущее с пола пещер навстречу сталактитам. Возникает на дне пещер при разбрызгивании, дегазации, иногда испарении капель воды, падающих со свода. Состоит из кальцита и других минералов. Сталактит - то же самое, но растет с потолка пещер в виде сосулек. Сталагнат - сросшийся в колонну Сталактит и Сталагмит.
    Натёчная кора - кора, покрывающая дно и стены карстовых полостей. Обычная натёчная кора состоит из кальцита, гипса, барита, опала.
    Натёчный водопад - натёчное образование на стенке пещеры, напоминающее окаменевший водопад.
    Натёчный занавес - совокупность натёчных образований, возникающих в результате стока воды по наклонной стене или из длинной трещины. Натёчный занавес может быть образован отдельными или слившимися сталактитами. Синонимы: завеса; драпировка; бахрома.
    * Суперновый Афон - намек на Новоафонскую пещеру в Абхазии, знаменитую своими красивейшими сталактитовыми залами.
    Благодарю креаторов поз за их работу и прекрасные мастерские: IMHO - за новенький эксклюзивчик, Ginara, Fierce, Delightful, Тайли и многих других.
    Severinka - за удивительные украшения и необходимые аксессуары, и за помощь.
    Meronin - за качественную одежду.
    Спасибо моим читателям за поддержку.
    Благодарю неизвестных авторов за фотографии сталактитовых пещер, найденных на просторах интернета, и разработчиков игры The Elder Scrolls V: Skyrim - частично пещеры отсняты там.
     
    may_korn, MantiCore, NiceVi и 14 другим нравится это.
  19. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 7 дек 2013 | Сообщение #39
    [​IMG]

    - Рик, ты с ума сошел! Уровень не исследован! Вы не выберетесь!
    - Я там работал и карта у нас есть!
    - Карты нет, - поправила его Энжел, вытаскивая из поясной сумки складной планшет. Один край его пластикового корпуса был расколот, а видимая часть экрана зияла вмятиной и была покрыта трещинами. Прибор все еще мигал голубым огоньком готовности, но не раскрывался и не работал.
    Энжел с сожалением сунула его обратно в сумку. Электронные мозги у него остались целы, но вот продемонстрировать их людям он уже не мог.
    Пол под ногами снова дважды содрогнулся… Камень в дыре заскрипел и затрещал…
    - Майк, убирайтесь отсюда подобру-поздорову! Энрике прав, здесь в землетрясение ловить нечего, эта штука вот–вот вылетит как пушечное ядро. Пока он нас не раскатал по стенкам надо уходить. Кинь мне твою карту на всякий случай!
    Майкл достал свой планшет, засунул его в рюкзак вместе с мотками троса и крючьями, которые было выложил на землю, и швырнул через провал.
    - Мало ли, вдруг пригодится! А я вернусь с новым запасом. Но, надеюсь, что удастся вытащить вас здесь.
    Энжел легко поймала рюкзак.
    - Майкл, ребята, не беспокойтесь! – прокричал Энрике. - Если здесь не получится – мы вернемся через нижний уровень. А пока все не устаканится - спрячемся, чтобы под камнепад не угодить. Если придется идти по четвертому уровню - ждите нас завтра. Прямая дорога завалена. Идти будем в обход и очень осторожно, за сутки дойдем, но нужен будет привал.



    - Двоим небезопасно! Лучше троим! – только и успел сказать Майкл, как мимо него метнулась тень. Он, похоже, уловил движение краем глаза, вытянул руку в том направлении, но поймал лишь воздух. Легран разбежался и одним легким прыжком перемахнул через почти трехметровый провал, едва задев край, осыпавшийся водопадом камней в темноту. Крутанул в воздухе сальто, приземлился на ноги, тут же эффектно перекатился через голову, гася скорость, и лихо затормозил на склоне, придерживаясь одной рукой за камни пола.
    Крутой акробатический трюк с перекатом через голову и стойкой, должной стать апофеозом демонстрации его умений, неожиданно закончился вскриком и порцией отборной брани. Легран поднялся и затряс рукой, с которой ручьем текла кровь: острый камень разодрал ему ладонь.
    - Легран, какого черта! – успела рыкнуть на него Энжел.
    Парень зажал кровоточащую рану полой куртки, но подклад быстро пропитался кровью.
    Энжел уже подлетела к Леграну, нашарила в рюкзаке аптечку, щедро залила рану антисептиком, бедолага даже зашипел как раненый кот. Затем намазала рану лечебным биоклеем и туго замотала бинтом. На это ей понадобилось чуть более минуты.

    [​IMG]


    Все это время Майкл, стоя на другой стороне провала, осыпал Леграна витиеватым набором крепких слов за его безбашенный поступок.
    - Ладно, Майк, не кипятись! Прыгнул и прыгнул. Тройками путешествовать в пещерах надежнее, сам знаешь. Я бы предпочла тебя, но раз уж здесь оказался этот кузнечик – придется идти с ним.
    Она деланно вздохнула и ткнула Леграна локтем в бок. Парень радостно улыбнулся.

    - Майк, Егор – поднимайтесь наверх. Здесь опасно. Вернетесь, когда все затихнет. Мы тоже уходим! Если нас здесь закроет - встретимся наверху! Завтра! И отставить панику!
    - Есть отставить панику, кэп! - шутливо козырнул Майк, но в голосе уверенности не было.

    [​IMG]


    Земля под ногами снова содрогнулась. Камень напротив затрещал еще отчаяннее, а булыжники помельче уже почти выбрались из-под его тяжелой серой задницы. Еще немного и их вышибет с приличной скоростью из этой дыры. И они наверняка перелетят через провал и легко смогут покалечить кого-нибудь из них. А потом и их большой брат покатится, и, при везении, улетит вниз, а если нет - то он вполне способен перегородить этот коридор.
    - Пошли отсюда, - она двинулась вниз по осыпи, - Легран, какого чёрта ты решил прыгнуть? Фильмов что ли пересмотрел? Возомнил себя героем боевика?
    - Я паркуром занимался больше пяти лет, - не оправдываясь, а констатируя факт, заявил Легран. В доказательство он слегка разбежался, прыгнул на стену, сделав по ней два шага, аккуратно приземлился, сразу крутанул двойное сальто с винтом, и завершил «выступление» перекатом через голову. Встал, театрально раскинув руки в стороны, и поклонился, словно ожидая аплодисментов за свое выступление.*
    - Ну как? Скажи, я хорош! - иронично поинтересовался Легран, стукнув себя кулаком в грудь. Но даже ирония не смогла прикрыть самодовольные нотки в голосе парня.

    [​IMG]


    - Браво! Тик-так, стрекосат – би твист и рол... Дааа! Ты, безусловно, звездец, как хорош! - Энжи не смогла удержаться от смеха. - А что ж покалечился сразу, паркурианин?
    - Ты тоже знаешь паркур? – удивился Легран.
    - Это акробатические элементы и они входят в систему тренировок рейнджеров. Стандартная детсадовская программа, только без лишних выкрутасов и театральных поклонов. А с чего тебя паркур заинтересовал?
    - Э-э-э… Паркур – это город без границ, это философия улиц, это свобода! - пафосно произнес он. - А если серьезно... Я же в детстве бродяжничал. Жил где придется, с бомжами, ворами и бандитами всех мастей. На стрёме стоял, пока другие «делами» занимались. Бегал от полиции. И всегда завидовал старшим, которые через стены и заборы влет перепрыгивали. Паркур в уличных бандах весьма популярен и жизненно необходим. Я мелкий еще был, за старшими не успевал. Вот меня и поймали однажды и в приют отправили. Знай я паркур тогда – убежал бы. Зато потом, в «Грейсленде», смог научиться, «воплотил мечту», хотя ни паркур, ни фриран мне, по сути, уже нужны не были. А теперь мои умения пригодились!
    Энжи укоризненно вздохнула.
    - Ну нафига ты полез! Майкл тебя после такого нарушения в пещеры не пустит.
    - Рик тоже «нарушил», - буркнул Легран, - и я все равно более прыгучий, чем Майкл, он тяжелый, так ему сроду не прыгнуть.
    Энжел закатила глаза: самонадеянность выше крыши, Майки паркуром, конечно, не занимался, но прыгать и падать умел ничуть не хуже цирковых атлетов и киношных каскадеров.
    - И потом, я не мог тебя одну с ним оставить! - он стрельнул глазами в Энрике.
    - Я её съем что ли? – съехидничал Рик.

    [​IMG]


    - Я тебе не доверяю! Видел, как ты руки распустил, стоило на три метра в сторону отойти!
    - Ну, извини! - ответила вместо Энрике Энжел, - ему пришлось меня спасать и оберегать от переломов. Это были «особые защитные объятья», - скроила она хитрую мордашку. - Мне только твоей ревности тут не хватает! Рик правильно рискнул, и он был уверен на сто процентов, что со мной перепрыгнет, и знал, что куртка на нем с защитой. Без неё мы бы так легко не отделались.
    - Можно подумать, будь он в одних шелковых труселях, он бы не прыгнул! - фыркнул Легран.
    Энжел и Энрике рассмеялись. Прав блондин, прыжок Рика от наличия у него мотокуртки с защитой никак не зависел.
    Они уже спустились с осыпи и свернули за угол, перебравшись через небольшой завал из валунов, скопившихся внизу, когда земля снова ощутимо вздрогнула под ногами, и послышался грохот от вырвавшихся на свободу камней и глухой удар, скрежет и гул, как будто кто-то огромный и неповоротливый продирался к ним сквозь толщу земли. Стены коридора, казалось, завибрировали, с потолка им на голову посыпалась мелкая каменная крошка. Шум катящихся по осыпи булыжников и ватная тишина в ушах. Все инстинктивно ускорили шаги и почти побежали.
    - Вот нас и запечатало! Как в воду глядели. Рик, найди нам безопасную пещерку, землетрясение переждать, желательно, чтобы пол из-под ног не ушел внезапно, и ничего на голову не рухнуло. И плечо тебе надо вправить.
    Они шли еще минут десять и, наконец, свернули в один из проходов. Небольшой грот. По стене стекал скудный ручеек воды, пересекал пещеру и исчезал в проходе в противоположной стене.
    - Переждем здесь, - объявил Энрике.
    В рюкзаке Майка нашелся небольшой наскальный прожектор, его прикрепили к камню и в пещерке сразу стало светло и даже уютно.
    Рик снял куртку, пытаясь самостоятельно осмотреть плечо.
    Энжел моментально оказалась рядом, сканера под рукой не было, но она неплохо могла определить и пальпацией что и куда сдвинулось. Парень стянул футболку и присел на валун, стараясь не морщиться, процедура осмотра получилась достаточно болезненной.

    [​IMG]


    - Все ясно, попробуем вправить. Легран, обхвати его сзади и удерживай.
    Она показала ему как надо держать, и Легран послушно прижал Энрике к себе.
    - Рик, расслабься и сиди смирно.
    Выбрала нужные точки, зафиксировала плечо и рванула руку на себя. Энрике взвыл сквозь зубы, а плечо с ясно слышимым щелчком встало на место.
    - Вот так. Легче?
    - Полегче! - выдохнул Энрике, попытался подвигать рукой и снова скривился от боли.
    - Скоро пройдет, просто посиди не двигаясь.
    Рик намочил футболку в ручейке, приложил к плечу, сел на брошенную на землю куртку и устало привалился к стене.
    Легран обошел пещеру, придирчиво рассматривая каждый камень, выбрал самый большой валун, сдул с него несуществующие пылинки, уселся, по-королевски подбоченясь, и жестом пригласил Энжел присесть рядом.
    - Прошу сюда, леди!
    Энжи, улыбнулась и воспользовалась приглашением. Провела пальцем по камушку, проверив, не осталось ли на нем пыли. Затем стянула свой френч, бросила его на «трон» и аккуратно пристроила на кожаную подушку свою ушибленную попу. Расстегнула рубашку и обнажила плечо, осматривая полученные при падении синяки. Синюшно-бордовый отпечаток камня уже проступал на руке чуть выше локтя.
    «Прямо как принцесса на горошине! После кувырков на перине из булыжников вся в синяках!»
    Опустила рубашку еще ниже, открывая спину и пытаясь посмотреть на лопатку, в которую попал каменный снаряд из стены. Жаль, что голова не вертится на все триста шестьдесят, ни черта не видно!
    Сидевший рядом Легран нервно сглотнул, искоса наблюдая за её манипуляциями с одеждой.
    - Легран, посмотри на спину, что там? Эта «зАла» меня едва не застрелила, не пещера, а снайпер! Только не закапай меня слюной, рейнджер! – добавила она чуть тише, и едва удержалась, чтобы не потянуться пальчиком к подбородку, вправляя на место отвисшую челюсть.
    - Угу, - снова сглотнул Легран, сжал зубы и направил луч света на её обнаженную спину.
    Осторожно коснулся пальцами кожи, рисуя на ней овал от лопатки до плеча.
    - Здесь синяк будет неслабый и ссадина большая, но она уже не кровоточит. Обработать?

    [​IMG]


    Энжел протянула ему баллончик спрея и пластырь.
    - Залей рану и заклей пластырем. Справишься?
    Спустила с плеча лямку бюстгальтера, чтобы не мешала.
    - Угу, - нервно буркнул Легран.
    На элементарную процедуру ему понадобилось минут десять. Фонарь дрожал в руке, спрей никак не хотел брызгать куда надо, а пластырь – клеиться. Энжел в шутку пригрозила, что уйдет к другому «доктору», и процесс пошел веселее. Легран даже смог разгладить пластырь на её спине и помог натянуть рубашку и куртку.
    - Я тебе здесь не девушка с дискотеки и это не стриптиз-шоу программа! Я такая же боевая единица, как и ты. Учись оказывать элементарную медпомощь, не взирая на пол, симпатии-антипатии, и любые ранги и звания. Если понадобиться твоя помощь, я хочу быть уверена, что ты сможешь оказать её и мне и Энрике.
    - Я смогу, Энжи, смогу! – как можно убедительнее произнес парень. - Уговоришь Майкла, чтобы он мне разрешил спускаться? Я ведь прыгнул, только когда он сказал, что нужен третий!
    - Ты не только о себе думай, третий! Грей на Энрике всех собак спустит, если с тобой что случиться. А за руку твою кому отольется? А если он узнает, что ты полез сюда, потому что приревновал…
    Легран виновато посмотрел на Энрике.
    Тот сидел у противоположной стены, похожий на нахохлившегося ворона, и массировал плечо. Было видно, что рука у него уже действует.
    - Ты как? Плечо встало на место? – спросила Энжел.
    - Нормально, - улыбнулся парень. Энжи видела, что он внимательно следил за процедурой. Лицо спокойное, даже невозмутимое, только губа закушена.

    [​IMG]


    Святые Врата! Еще один «настоящий рейнджер» на её голову!
    Она попыталась сдержать улыбку, но не смогла.

    ***

    Легран развлекал их байками еще часа два. Вот ведь птица-говорун, как только язык не устанет! Энрике перебрался к ним поближе и уселся у стены со стороны Леграна. Грамотно! Так она могла смотреть на говоруна и Рика одновременно, а не стрелять глазами из стороны в сторону, нервируя Леграна. Блондин вел себя на удивление корректно, не замыкая на себя все внимание, да и Энрике участвовал в разговоре. К концу второго часа они уже вполне мирно беседовали, а иногда ржали как кони, пугая эхом пустынные коридоры. Обсуждали бригаду «грейдеров», к коим Легран себя не причислял ни на один процент, вспоминали открывшуюся им пещеру, недавние приключения, кульбиты Леграна, прыжок Рика, в два голоса убеждали Энжел, что без них она бы не справилась.
    Толчки затихли почти час назад.
    За это время все успокоились и даже мандраж от резкого всплеска адреналина прошел.
    Они выдержали еще с полчаса. Легран сбегал проверить выход и вернулся с нерадостной, но ожидаемой вестью: огромный валун залетел на уровень и перекрыл путь наверх, застряв в проходе в крайне неустойчивой позиции, грозя прокатиться по тем, кто к нему приблизится. Взрывать его – слишком рискованно, все окружающие скалы нестабильны. А иначе мимо него не пробраться. Путешествие по разрушенному уровню к лифтам всем казалось самым безопасным способом вернуться.
    Обсудили до мельчайших деталей предстоящий путь и способ продвижения по пещерам.
    Проверили имеющуюся амуницию: экран биоридера Энрике потрескался, но прибор работал, ридеры Леграна и Энжи не пострадали. У Леграна было два фонарика, и он вооружил одним из них Рика. В поясной сумке Энжел помещался лишь планшет, ныне разбитый, складной нож с кучей примочек, сменные аккумуляторы для фонаря и небольшой гравипистолет. Всю остальную амуницию она складировала в рюкзаке Майкла. Там, помимо рабочего планшета с картами и мощного наскального прожектора, оказался горный сканер, прибор ночного видения, скальный молоток, репшнур, крючья, кошки, карабины и другое альпинистское снаряжение, самонадувной одноместный коврик, вода, несколько упаковок сухпая и большая аптечка. Энжел сразу же выдала по пайку парням, и они съели небольшие порции с плохо скрываемым аппетитом. Энжи отказалась, она только спустилась в шахты и была сыта, а ребята проголодались, отработав полную десятичасовую смену: «обед» был почти шесть часов назад. У Рика был небольшой моток троса с двумя карабинами, прицепленный к поясу. В рюкзачке Леграна, к удивлению Энжел, обнаружилась большая плитка горького шоколада, мешочек каких-то местных, диковинного вида орешков, начатая упаковка сырной нарезки и копченого мяса, и подозрительно булькающая большая металлическая фляжка.
    - А это еще что такое? Алкоголь на работе? – возмутилась она. - Ты точно больше ни в какие пещеры не пойдешь! Ты пил?

    [​IMG]


    - Он по глотку всех угостил сегодня. Мы все «выпили», - вставил Рик.
    - И ты? - удивилась Энжел.
    Энрике молча кивнул.
    - И по какому поводу банкет? – потрясла она фляжкой и прилагающейся к ней «закуской».
    - У меня день рождения сегодня. Годовщина по местному, - неожиданно смущенно сказал Легран, - вот и отметил с ребятами, так, чисто символически. Это же не настоящая дата, а местная, двадцать три оборота. Вселенская через двадцать семь дней будет. Тоже двадцать три.*

    *С началом путешествий в космос «считать года» человеку стало сложнее. Сначала было много путаницы, но постепенно пришли к единому летоисчислению или возрастоопределению.
    Люди расселились по всей Галактике. Новые планеты обращались вокруг своих звезд отнюдь не так, как Земля. Год, или оборот мог быть как двухсот, так и шестисотдневный. А в сутках было отнюдь не двадцать четыре часа. Если планета носилась вокруг своей звезды как сумасшедшая, и день сменял ночь не в ритме вальса, а в темпе не менее сумасшедшей лезгинки, то жителю этой планеты, по местному исчислению, вполне могло перевалить за три сотни лет, а на Земле едва исполнилось бы восемнадцать. Поэтому и было принято решение считать за стандартный Вселенский Год - 365-дневный цикл, в стандартных сутках – двадцать четыре часа, в часе шестьдесят минут. Все планеты могли отныне вводить своё собственное времяисчисление, но каждый житель должен был знать дату своего рождения по Вселенскому Времени и иметь личный «таймер возраста», и по стандартному циклу считать года. Таким образом, у каждого жителя Галактики стало, как минимум, два дня рождения – Вселенская Днюха, отмечаемая через каждые 365 двадцатичетырехчасовых дня или 8760 часов, этот возраст и фиксировался во всех межпланетных документах. Отмечали и «годовщину по-местному» или «оборот», как чаще называли планетарный год. Сутки Байлы были чуть короче земных – двадцать два часа, а дней в Байларском году – больше – 397, Энжи это выяснила еще до прилета на планету. Поэтому Вселенский день рождения и местный здесь практически совпадали, точнее за год набегало всего в двадцать шесть с минутами часов, по галактическим параметрам разница минимальная. Но каждый Байларский год все дальше отодвигал друг от друга эти даты.
    Да и у землян тоже стало два дня рождения – Вселенский и Земной, где учитывался високосный год. Сама Энжел уже давно отмечала только «по-вселенски», чаще всего игнорируя вообще все даты в бесконечных скитаниях от звезды к звезде. Майк же, наоборот, ностальгируя, регулярно праздновал не только Вселенскую Днюху, но и каждый «оборот», не забывал отсчитывать, сколько бы ему исполнилось лет, живи он на своей родной планете. Склонность шумно отмечать все значимые и незначительные события осталась у него со времен его звездного прошлого. В этом году получилось так, что эти две даты совпали и приходились на один день, и он хотел отметить это событие со всей возможной помпезностью, собираясь пригласить кучу друзей. Но попал на Байлу, и больше всего расстраивался, что ему из-за атмосферы секретности не удастся пригласить сюда тех, кого бы он хотел видеть. Так что Леграна она вполне понимала, и почти не сердилась за его «фляжку» на рабочем месте. В конце концов, не поляну же он накрыл в подземельях и не споил всех в дым. Угораздило парня накануне своего дня рождения попасть в ночную смену, мог бы и подмениться, подумалось Энжел. А теперь еще и угодил в переделку вместе с ней. Энжи даже стало неудобно, что она сегодня так отчитала парня, да и Майкл наговорил ему немало неприятных вещей.
    Блондин сидел молча, ожидая её слов, как приговора.
    Энжел вздохнула.
    - Ну, поздравляю, именинник! Веселого дня рождения! - она не смогла удержаться и обняла расстроенного парня.
    Тот не растерялся, прижимая к себе Энжи, естественно, не совсем по-дружески.

    [​IMG]


    - Я согласен на «поздравительный поцелуй», раз уж «особые спасительные объятья» мне не светят.
    - Ну, ты и нахал! – рассмеялась она, но все-таки смачно чмокнула его в щеку. - Береги фляжку! Сегодня еще будет время отметить это событие. А теперь - в путь!

    ***

    Двигались осторожно, выверяя каждый шаг. Энрике впереди, Легран следом за ним, Энжел замыкала. Она шла чуть левее парней, подсвечивая фонарем стены и потолок, чтобы случайно не вписаться головой в нависающий козырек или выступающий сбоку карниз. Пару раз наткнулись на завалы из искалеченной техники и камней. Легран тихо ахнул, когда луч фонаря вырвал из темноты человеческий череп и скелет в остатках одежды. На третьем уровне команде Энжел несколько раз встречались человеческие останки, но от них мало что сохранилось, кости явно растащили какие-то животные.
    Здесь же тело было нетронуто, только время и сухой воздух пещеры превратили его в некое подобие мумии.
    Энрике медленно подошел к скелету, стряхнул пыль с того, что осталось от рабочего комбеза. Сверкнула металлическая бирка с цифрами.
    - Джейсон Рид, - сказал он, взглянув на цифры, оторвал пластинку от одежды и засунул в карман, - я его хорошо знал. Я здесь работал, когда произошла катастрофа. В одну смену с ним.
    Присел, помолчал, а затем подобрал камень и положил его на грудь скелету.
    Легран и Энжел поняли все без слов.
    Они втроем наскоро засыпали человеческие останки камнями, бросить его не погребенным и просто идти дальше никто бы не смог.

    [​IMG]


    Энрике был напряжен и большей частью молчал. Даже Легран перестал балагурить под мрачной тяжестью нависшей над ними толщи земли, где эхо катастрофы, казалось, еще гуляло под сводами.
    Здесь действительно все было разрушено, и завалы встречались на каждом шагу. Вскоре пришлось продираться ползком по узкому и грязному шкуродеру, по дну которого текла холодная вода. Вымокли и вымазались как черти, но это сократило их путь к лифтам почти на четверть: при планировании они считали, что этот участок непроходим и были готовы сделать крюк. Тоннель, куда они пробрались, оказался явно искусственного происхождения, вырубленный в скале, с ржавым монорельсом для вагонетки в центре. Монорельс вывел их в большую пещеру, где и оборвался, упершись в гигантский завал из камней и искореженного железа. Стальная балка была смята и изломана, словно тонкая ветка рукой гиганта, конец её ржавым пальцем торчал из-под потолка.
    Энжел просканировала завал.
    - Можно перебраться сверху, - кивнула она на гору из камней, только сразу с той стороны обрыв. Надо посмотреть, возможно ли там спуститься.
    Рик полез первым. Довольно легко взобрался под потолок и исчез в темноте лаза. Вернулся он минут через двадцать, когда Энжел уже начала беспокоиться.
    - Поднимайтесь, я все подготовил, спустимся на тросе. А дальше вполне проходимо.
    Легран помог Энжел взобрались наверх, и легко запрыгнул сам, успешно продемонстрировав мастерство трейсера.

    [​IMG]


    Рик уже ждал их наверху. Поочередно протиснулись между изломанными металлическими балками и очутились на обрыве.
    Справа грохотал, исчезая в скальных глубинах, небольшой водопадик. Левее по стене шел узкий карниз, вдоль которого Рик и закрепил страховочный трос. Энрике легко прокрался по выступу, спустился ниже, и очутился над небольшим озерцом. Спрыгнул с полутораметровой высоты в воду, подняв тучу брызг.
    - Здесь всего по колено, а там берег, - сверкнул он фонариком в сторону, - спускайтесь, я встречаю!
    Энжел надела на Леграна обвязку и прицепила к страховке. Страховка пришлась явно не по вкусу его самолюбию, но парень довольно быстро и уверенно прошагал по козырьку и спрыгнул в озеро. Разразился ругательствами, перекрывшими даже грохот водопада. Из всего цветистого многоэтажия Энжел поняла лишь то, что он, видите ли, промок, а вода, видите ли, ледяная. Она поспешно зацепилась за натянутый страховочный трос и потопала по карнизу, торопясь к ожидающим её парням. Спрыгнула в воду и тоже ругнулась – штаны мгновенно промокли, и кожу обожгло холодом. Потом все дружно, не обращая внимания на брызги, побежали к берегу.
    - Рик, тут недалеко грот, - она вытащила планшет с картой, - нужно будет снять и отжать одежду. Сильно лучше не станет, но все-таки не в мокром идти! – простучала она зубами.
    Минут через пять добрались до нужной им пещеры.
    Спешно разделись. Помогли друг другу отжать одежду, вылили из ботинок воду. Парни старались не смотреть на обнаженные ноги Энжел, рубашка и френч почти не прикрывали нижнее белье, но деваться было некуда.
    Легран лязгал челюстями так, словно выстукивал чечетку.
    - Подожди, - она остановила парня, уже облачившегося в штаны и собравшегося натягивать обувь.
    - Сначала вот это. Термогольфы! - она вытащила из поясной сумки три небольших брикетика, размером с зажигалку. - Надеваем!
    Она раздала «брикетики» и размотала свой. Натянула на ноги тонкие гольфы, и похожие на капроновые чулки до колена, поверх них надела хорошо отжатые, но все равно влажные носки, и сунула ступни в мокрые ботинки.
    Легран зябко передернул плечами, но повторил за ней манипуляции с «брикетиком».
    - Нифига себе! Греет! – восторженно протянул он. Встал и потопал хлюпающими ботинками.
    Энжел усмехнулась.
    - Это как раз на такой случай. Ткань пропитана термосоставом, хватает его ненадолго, часа на два-три, но за это время и носки ваши высохнут, и брюки, и ботинки, частично, да и ноге комфортно, не мерзнет. Но от сопутствующих ароматов подсыхающей обуви, увы, никуда не денешься. Так что держите свои ноги подальше от моего носа! И… У меня осталась только одна пара, поэтому, желательно нам больше не купаться.
    Парни весело рассмеялись, клятвенно обещая, что больше в воду не полезут, а если впереди будет лужа, то Энжел придется перенести их на ручках, так как оставшуюся пару носков они по-джентльменски уступят ей.
    Тепло моментально подняло всем настроение, и даже зубы перестали стучать.
    - Что там у тебя во фляжке? Водка? Виски? – поинтересовалась Энж. - Самое время принять по «юз грамм» для сугреву.
    - Обижаешь! Коньяк, настоящий французский, с Земли! Грей … поделился, - улыбнулся Легран.
    - Обобрал приятеля? – засмеялась Энжи, заметив, как блондин споткнулся на последнем слове.
    - С него не убудет, а у меня все-таки днюха! – он достал из рюкзака фляжку, плитку шоколада и протянул Энжи.
    Энжел скрутила пробку, понюхала содержимое и сделала большой глоток. Жидкость приятно обожгла горло и растеклась теплой волной по телу.
    - Хорош! - выдохнула она, отломила кусочек шоколадки и вернула Леграну.
    Тот протянул «боекомплект» Энрике. Рик тоже с удовольствием отхлебнул из горлышка и отдал фляжку парню. Легран, на правах хозяина, сделал два больших глотка и счастливо улыбнулся.
    Энжел вдруг поняла, что Легран дал Рику фляжку первому, на автомате, как равному. Ей подумалось, что случись такая ситуация на несколько месяцев раньше, он или не дал бы вообще, или только после себя и потом стал бы брезгливо вытирать горлышко.

    [​IMG]


    Парень меняется на глазах. Не такое уж крепкое рабовладельческое нутро у него оказалось. Так, шелуха, которая слетела незаметно для него самого.
    Энжел протянула руку к фляжке, Легран с готовностью передал её девушке.
    - С днем рождения! – символически чокнулась она с блондином, поднимая металлическую емкость. - За тебя, Легран! Ты молодец! Я в тебя верю, все у тебя будет замечательно! Обязательно!
    Она не торопясь отхлебнула, смакуя обжигающую жидкость.
    - С днем рождения! – повторил Рик, завладев фляжкой.
    - Спасибо! Никогда бы не подумал, что буду так отмечать «оборот». Но мне нравится! - он глотнул коньяку и покосился сначала на Энжел, а потом на Рика. - Чисто теоретически я бы предпочел отметить его только с тобой, - негромко промурлыкал Легран Энжел на ушко.
    Энжи рассмеялась, покачивая головой.
    «Вот же, неугомонный, всюду свои пять копеек вставит».
    - Ну что, согрелся, теоретик? Погнали дальше?


    * Узнать немного подробностей о паркуре и фриране, а также посмотреть видео с трюками вы можете в моем дневничке "Скажи "друг" и входи!"
    Терминология и названия прыжков на разных ресурсах во многом отличаются, поэтому и я не претендую на истину, а лишь цитирую чьи-то слова.
    Трейсер - имя нарицательное, которое используется для позиционирования людей, занимающихся паркуром.
    Рол (англ. Parkour roll) — Рол являтся одним из самых важных элементов в паркуре. Это перекат, преимущественно через плечо, для снижения нагрузки на ноги при приземлении. Используется трейсерами всего мира после приземления с большой высоты, или для сохранения скорости передвижения.
    Стрекосат — Маховое заднее сальто (Back flip) в смещенной плоскости. Вращение проходит не через голову, а через плечо, противоположное маховой ноге, а за счет резкого маха одной ногой вперед и отталкивания от земли второй. Обычно делается с небольшого разбега.
    Би-твист (англ. B-twist) — Вращение вытянутого тела вокруг продольной оси в горизонтальной плоскости.

    Огромное спасибо Severinkе за фляжку, выполненную на заказ для этой серии, и повязку на ладонь для Леграна, а так же фонарик, и другие необходимые аксессуары!
    Благодарю наших мастеров поз, чьи мастерские я разоряю своими набегами: MsAdrienne, Delightful, Fierce, Ginara и многих других
    Отдельная благодаарность за заказики:
    Ginara - за парную позу для этой серии.
    IMHO - за прекрасный блог и позу № 300 для Леграна. Юбилейная!
    Благодарю Леди_Лейн за помощь в исправлении ошибок, поддержку и советы :)
     
    may_korn, MantiCore, Satyavati и 14 другим нравится это.
  20. Vainona
    Vainona

    абарзец


    Старший администратор
    Сообщения:
    6.156
    Дата: 27 дек 2013 | Сообщение #40
    [​IMG]

    Троица, не торопясь, двинулась в путь. Спиртное приятно грело желудок, но в голову почти не ударило. Хороший коньяк, у Леграна губа не дура, нашел что стащить.
    Дальше спокойно шли еще часа три по довольно большим и хорошо сохранившимся коридорам. Снова наткнулись на каменную преграду, в самом низу которой зияла нора, ведущая, как показывал сканер, сквозь завал.
    Энжел нора удивила. Она очень напоминала ту, что они пробили буром в монолите, только чуть меньше в диаметре и змеёй извивающуюся в толще обрушившихся горных пород. Если бы не изгибы лаза – вполне можно было подумать, что тут поработал бур. Энрике настороженно осмотрел все вокруг и первым полез в нору. Вернулся быстро и взмахом руки поторопил их за собой. За завалом оказалась довольно большая пещера, разветвляющаяся на два рукава. Ближайший к ним, явно рукотворный, прорезал скалу метров на десять и резко обрывался вниз. На стене останки какой-то металлической конструкции, ржавые скобы, на полу – монорельс, обломанный конец его упирался в потолок, закрученный словно штопор, другой исчезал под завалом, из-под которого они только что вылезли.
    Энрике осторожно направился вдоль монорельса, удивив этим Энжел: сканер и карты однозначно указывали, что коридор заканчивался провалом. Пещера под ним, довольно большая, была частично заполнена водой. Энрике остановился на краю пролома, придерживаясь рукой за стену. Луч фонаря направлен вниз и скользит во тьме, но ни дна, ни поверхности воды не достигает.
    Энжел подошла к Энрике, но прикоснуться к плечу побоялась: слишком он казался напряженным. Дернется еще, а стоит на самом краю.

    [​IMG]


    - Рик! – позвала Энжи и почти вцепилась двумя руками в рукав куртки, готовая ко всему. Но он не дернулся, вообще не шевельнулся.
    - Рик! – еще тише, словно боясь напугать нависшую над ними тишину.
    Он обернулся, темный омут взгляда скользнул мимо неё. Даже в отсветах фонарного луча было видно, что он бледен, а глаза наполнены стеклянным блеском.
    - Я… был здесь, - едва смог выдавить он, - там, внизу, остался мой друг. Он там… Они все там…
    Энрике опустился на колено, собрал ладонью мелкие камешки и песок, устилавшие пол коридора. Вытянул руку над провалом и позволил песчинкам тонкой шуршащей струйкой течь из его ладони во тьму.
    - Терон… Энцо… Дилан… Старк...
    Он перечислял имена, спотыкаясь на каждом слове, но не потому что забыл, а потому что помнил всех слишком хорошо. Давняя боль вырвалась и накрыла его черными крыльями.
    Энжи присела рядом. Её рука лежала у него на плече. Легран остановился позади них.
    Все песчинки высыпались, и Рик раскрыл ладонь. Вытянул руку дальше, словно пытаясь уловить невидимую энергию, поднимающуюся из мрачных глубин.
    - Салей! - хрипло произнес он в темноту. Или позвал?
    - Я вернулся…
    Замолчал, прислушиваясь и словно ожидая ответа.

    Энжи осторожно поднялась на ноги. Тонкие пальчики все еще касались его плеча.
    - Хочешь остаться один, проститься? Мы подождем тебя там.
    Она осторожно отступила, подхватила Леграна под руку и увела ко входу в тоннель. Они молча ждали пока одинокая фигура, подсвеченная лучом лежащего на земле фонаря, не поднялась и не направилась к ним.
    Энжи облегченно выдохнула. Она сама не понимала, почему её так трясло, пока парень сидел на краю провала.
    Рик подошел к ним, глубоко вздохнул и произнес, все еще хриплым и тихим голосом:
    - Я… простился с ними. Теперь всё.
    Легран хмурился и часто моргал.
    - Мне жаль тех, кто здесь погиб, твоего друга… я рад, что ты выбрался, - сказал он глухо и похлопал Рика по плечу. Энрике поднял на него взгляд, и рука Леграна замерла на темной коже куртки. Парни смотрели друг другу прямо в глаза.
    - Спасибо, - ладонь Рика легла на плечо Леграна. Но в следующий миг оба, словно смутившись, убрали руки.
    «А ведь еще немного и они бы обнялись… как приятели… как друзья».
    Энжел втерлась между ними и взяла парней под руки. Руку Энрике она сжала чуть сильнее.
    - Можно двигать дальше? Готов? – последнее относилось к Энрике.
    - Да, - ответил он глуховато, но спокойно, - я в порядке.

    ***

    И они двинули.
    Фонари шарили по стенам и полу. Останавливались через каждые сто метров, сканировали, сливали данные в планшет, корректировали карты. Снова шли. Маршрут оказался не простым, все устали как собаки. Напряжение не отпускало.
    Снова уткнулись в завал, но каменная преграда зияла дырами, словно головка сыра.
    - Что это за мышки здесь потрудились, - пробормотала Энжел себе под нос, ныряя следом за Леграном в один из ходов. Почти все норы вели сквозь груду камней в соседнюю пещеру.
    Энрике, всегда спокойный, нервничал все сильнее, озирался, прислушивался и даже запретил всем разговаривать без особой необходимости. Легран заметно устал и при каждом удобном случае норовил кинуть задницу на каменный пол и привалиться к стене. Сказывалась отработанная у бура смена и уже шестичасовое путешествие по разрушенному уровню.
    - Ребят, пора остановиться на отдых. Энрике, давай подберем безопасное местечко, где можно выспаться.
    Они как раз нырнули в новый коридор, изобилующий гротами и многочисленными боковыми ответвлениями, как показывали карты. Ей уже хотелось выбрать небольшую пещерку с ручейком, перекусить и хотя бы просто полежать несколько часов без движения. Ноги гудели, да и спина устала от бесконечного движения в полусогнутом состоянии. Легран тут же уселся на камень, низко опустив голову и баюкая раненую руку. Тяжело вздохнул и молча покосился на Энрике.

    [​IMG]


    Рик помолчал, словно обдумывая её предложение, и отрицательно покачал головой.
    - Нельзя. Надо выйти из зоны.
    - Какой зоны?
    Но ответить Энрике не успел.
    В узком коридорчике, похожем на большую и грязную нору, напротив которого они остановились, что-то задвигалось, словно неровная груда камней перекатывалась с места на место.
    Все дружно направили свет фонарей в проход.
    С первого взгляда Энжел показалось, что это на самом деле камни, но, присмотревшись чуть внимательнее, становилось понятно, что это живое существо.
    Оно лежало к ним «хвостом», вытянувшись вдоль стены. И сейчас подняло переднюю часть туловища на полметра над землей, разворачиваясь в их сторону. Больше всего существо было похоже на бронированного каменного червя. Спину и бока защищали костяные наросты, почти не отличимые по цвету и текстуре от окружающих камней, которые прямо на глазах у Энж поднимались и меняли положение, словно чаши радаров. Голова похожа на бугристый валун со странно раздвоенной нижней челюстью и острыми как ножи краями. Нижние половинки челюсти двигались как ножницы, издавая звук, похожий на скрежет металла по точилу. Верхняя челюсть устрашающе утыкана десятком длинных желтоватых клыков. Рот открылся, демонстрируя огромных размеров глотку, слюнявую и влажно блестящую, словно бездонный мешок из мышц и мяса. Язык, гибкий и длинный, толщиной в человеческую руку высовывался из пасти на манер змеиного, дергался и извивался, словно пробовал воздух на вкус. Глаз, ушей, носа и других органов чувств она не видела. Только там где смыкались челюсти, было нечто, напоминающее подрагивающие мембраны.
    «Возможно, это и есть органы слуха или нечто подобное», - отметила Энжи.
    Тело червя, массивное, состоящее из сегментов, покрыто грубой чешуеобразной кожей. Большие костяные наросты, гребнем тянущиеся по спине, явно служили ему дополнительной защитой, а может и чем-то еще.
    И ножки.
    Если это были ноги, конечно, а не что-нибудь другое. Каждый сегмент тела на животе имел пару отростков, похожих на торчащие из тела ножки. Существо поднялось над землей и Энжел были отчетливо видны эти выступы, или когти, или рожки, нормального определения она подобрать не могла, торчащие из более светлого брюха. Самые верхние две–три пары «ног» медленно выдвинулись из тела, оказавшись изогнутыми и толстыми, похожими на диковинного вида рога или бивни. С негромким стуком они сомкнулись словно клешни, снова разошлись в стороны и втянулись в тело, оставшись снаружи в виде небольших шевелящихся костяных наростов.
    Энжел была не уверена, могло ли существо ими «брать» что-нибудь, но удержать жертву, проткнуть её, сломать и смять эти «отростки» явно могли. А спрятанные в теле – выполняли функции ног, помогая существу передвигаться.
    Червяк мотал головой из стороны в сторону, высовывая острый длинный язык.

    [​IMG]


    Пока Энжел рассматривала его, он почти полностью развернулся в узком проходе, хвост исчез за массивным телом.



    Энжи очнулась от рывка.
    Рука метнулась к оружию.
    «Стрелять?»
    - Бежим! – дернул её Энрике.
    Легран не заставил себя уговаривать и ломанулся первым по самому широкому из коридоров.
    - Легран, за мной, вперед не лезь! Энжи, замыкаешь! - Энрике обогнал блондина. - Не торопись, а то влетим в опасности похуже!
    - Это многоножка? – спросил Легран на бегу. - Та самая, про которую все говорят?
    Энжел сразу вспомнила рассказ Рика про слепыша-многонога.
    - Он на самом деле слепой? - спросила она, догоняя парней.
    Энрике обернулся и кратко кивнул. Они бежали по коридору, а за ними довольно шустро полз четырехметровый червяк.
    У очередной развилки Энрике на миг остановился и скомандовал:
    - Делайте как я! Кидайте туда.
    Подхватил небольшой валун и кинул его в один из тоннелей. Булыжник покатился, грохоча и сшибая другие камни, небольшой уклон в проходе превратил брошенный камень в лавину. Энжел и Легран успели бросить лишь пару валунов, как Энрике снова велел всем бежать, но предупредил, чтобы поменьше шумели. Преследующий червяк уже почти догнал людей, но поравнявшись на развилке с туннелем, в который они швыряли камни, резко свернул туда.
    - Бегооом! – прошептал Энрике и троица побежала дальше по коридору. Они неслись в темноте, подсвечивая фонариками стены и пол. Неожиданно тоннель сузился, превратившись в низкий и грязный лаз. Энрике пошел первым. Энжел замыкала.
    Сначала она слышала лишь своё шумное дыхание и кряхтение парней впереди, но затем сзади послышался звук, словно что-то большое продиралось по тоннелю, скребя когтями по камням. Червяк догонял людей.

    [​IMG]


    На их счастье лаз вывел в большую пещеру, зияющую десятком новых проходов.
    - Нужно посмотреть карту, мы сбились с маршрута. Половина из них, - Рик кивнул на темные пятна многочисленных входов, – тупики.
    Энжел активировала карту. Минуты хватило, чтобы сориентироваться.
    - Эти два нам подходят! - Энрике ткнул пальцем в дальние от них тоннели. - Левый пошире, идем по нему, до первого поворота, там налево, а потом три ответвления пропускаем и сворачиваем направо, потом еще раз направо, если доберемся до водопада – мы в безопасности. Шум воды они не любят, он им мешает ориентироваться.
    Из норы, откуда они совсем недавно выбрались, показалась горбатая морда чудовища с торчащими клыками. Змееподобный язык пробовал воздух на вкус.
    Они замерли, но червяк безошибочно повернул безглазую голову в их сторону.
    - Ыыыы! Бежииим! – простонал Легран еле слышно. Его заметно трясло.
    Энрике махнул рукой и компания побежала через пещеру ко входу в нужный им тоннель.
    Червяк выполз из лаза, который явно был ему тесноват, и шустро засеменил на коротких когтеобразных лапках за ними. Забегая в тоннель Энжел увидела как чудище подняло тело вверх и бросило его вперед, на манер змеи, сразу сократив расстояние между ним и беглецами на треть.
    - Увидите, что я кидаю камни – присоединяйтесь! Это его отвлечет ненадолго, – прокричал Рик бегущим за ним плечом к плечу Энжи и Леграну.
    Тоннель был неровный, изобиловал козырьками и выступами. Его свод то поднимался на пять-семь метров, то снижался так, что им приходилось идти согнувшись.
    Развилка. Торопливо покидали камни в правый тоннель, но уклона там не было и камни далеко катиться не хотели, да и небольших, которые им было по силам сдвинуть, рядом с проходом было немного. Ладонь Леграна опять начала кровоточить, бинт превратился в одно большое красно-бурое пятно.
    - Потри бинтом камень, чтобы кровь осталась, - скомандовал Рик и бросил помеченный алым булыжник у самого входа. - Уходим! Только тихо и руку в карман убери, чтоб кровью поменьше пахло.
    Они свернули налево и быстрым шагом пошли прочь от шума приближающейся сзади твари. Потом снова побежали. Легран споткнулся и едва не упал, Энжел успела его поймать, но раненой рукой он задел за стену, оставив на ней кровавую полосу, и заскрипел зубами от боли.
    - Черт! – Энрике витиевато выругался. - Бежим!
    Рванул вперед и налетел лбом на выступающий каменный козырек. Рассек не сильно, но кровь сразу же потекла по лицу.
    - Стоп! – Энжел, спешно побрызгала спреем и залепила ему ранку пластырем. Наскоро примотала к ладони Леграна дополнительный кусок бинта.
    - Так хоть кровь наружу капать не будет, нормально потом перебинтую.
    Они снова побежали. Червяк преследовал их, и отставать, похоже, не собирался. Пробежали мимо трех, достаточно широких ответвлений. Свернули направо, помчались по огромному сводчатому коридору. Слева обнаружился довольно узкий лаз, ведущий куда-то вниз. Бросили в него с пяток валунов, гулко покатившихся под горку и поднявших кучу пыли при движении. Развилка. Еще раз свернули направо. Впереди отчетливо слышался шум воды.
    Энжи облегченно вздохнула… и со всего маху влетела в спину резко остановившемуся Энрике. Легран налетел на Энжи и тут же вцепился в неё двумя руками.
    - Назад! – выдохнул Энрике еле слышно.
    Прямо впереди, свернувшись в кольцо посреди коридора, лежал червь, раза в полтора больше того, что их преследовал. Он уже начал поднимать массивную камнеподобную голову. Два передних клыка у него были сломаны почти под корень, отчего вид был еще более устрашающий.

    [​IMG]


    Позади огромного червя, неожиданно поднялась еще одна голова, несуразно большая для тонкого и длинного тела. Нижние челюсти защелкали словно ножницы. Существо зашипело, высунув тонкий гибкий язык.
    - Твою дивизию! - горестно выругался Рик. - Назад!
    Пройти мимо этой парочки к водопаду нечего было и мечтать.
    Энжи потянулась рукой к гравипистолету на поясе.
    Увидев движение, Энрике отрицательно покачал головой:
    - Гравик? В пещерах не стоит гравизаряды применять, может рухнуть что-нибудь нам же на голову, а простые пули его не берут.
    Энжел попятилась. Она хотела было свернуть в другой проход, но Энрике остановил её.
    - Там тупик!
    Троица рванула назад. Энжел чувствовала, как Энрике настойчиво толкает её в спину.
    - Беги!
    - Куда бежать? Назад? Там же еще один червячила!
    - Смотрите на стены, в большом коридоре я видел козырек, попробуем забраться наверх.
    Они вернулись в высокий сводчатый тоннель, откуда кидали камни в боковой лаз. Из дыры торчал хвост червя, тварь явно выбиралась из узкой норы на реверсе.
    - Есть! – услышала она голос Рика.
    Его фонарь светил вверх по почти отвесной стене. На высоте примерно в пять метров был явно виден выступ.
    - Там или ниша или лаз-шкуродер куда-то еще. Энжи, давай, я подсажу, проверь, что там. И сразу забирайся туда.
    - Тут только с альпинистским снаряжением влезешь. Без него никак.
    - Крючья вбивать нельзя, не успеем, и шум быстро привлечет слепыша. Он нас пока не почуял. Легран, вставай мне на спину, подсади Энжел.
    Рик присел у стены, уперевшись в неё руками. Легран влез ему на плечи, согнулся. Энжел довольно легко взобралась по парням и встала Леграну на плечи.
    Цирк на выезде, акробаты на арене!

    [​IMG]


    - Держитесь, встаю! – Энрике с глухим штангистким рыком поднялся. Легран пошатнулся, перебирая руками по стене. Голова Энжел оказалась чуть ниже края. Она вытянула руки, зацепилась за выступ, оттолкнулась от плеч Леграна и легко закинула своё тело вверх.
    - Ниша! - вполголоса произнесла она, разворачиваясь и свешиваясь вниз. - Всем места хватит!
    Видимо её толчок был слишком резок для их неустойчивой «конструкции». Легран потерял равновесие и заваливался на бок, удержать его Эрике не смог. Смог лишь замедлить и чуть смягчить падение, поймав его за рюкзак в полуметре от земли, и помешал тому с размаху треснуться лбом об камни. Но Легран все же упал на четыре точки, приложившись многострадальной ладонью и коленями, и смачно выругался.
    Энжел улеглась поудобнее, расставив для равновесия ноги, и свесилась вниз по грудь.
    - Закиньте мне рюкзаки! Легран! Подсади Энрике! Он влезет, а с ним вдвоем мы тебя поймаем. Ты же умеешь прыгать на стены!
    - Нет! Нет, Энжи! Ты меня здесь хочешь бросить, для этой твари? Туда не допрыгнуть!
    В голосе послышались истерические нотки.
    - Мы тебя вытащим! – попыталась она докричаться до него, но видела лишь испуганные зеленые глаза.

    [​IMG]

    Благодарю Тайли за позы, созданные на заказ, для этой серии (трое акробатов на арене цирка [​IMG] ), Delightful за корректировку позы под Леграна; Ginary и Fierce, без их трудов у меня не обходится ни одна серия, а так же креатора IgnisSerpentus, чей Dark Apocalypse: Shrieker сыграл у меня роль слепого червя-многоножки. К сожалению в DAZ я работать не умею, поэтому использовала для сериала не саму daz-модель Shrieker, а лишь скриншоты, созданные IgnisSerpentus, обрабатывая их в фотошопе. Этот червячок идеально совпал с тем образом многоножки, что был в моей истории, спасибо автору за этого замечательного червячка!
     
    may_korn, MantiCore, Satyavati и 16 другим нравится это.